Новое начало (ЛП) - Кастен Мона - Страница 43

— Да ладно тебе. — Я кокетливо захлопала ресницами, на что он вопросительно приподнял бровь.

— Нет.

— У нас было соглашение, Каден.

Он пристегнулся и, прищурившись, посмотрел на меня. Я подалась вперед и очаровательно улыбнулась. Чтобы добиться своего, мне пришлось использовать все свое обаяние.

— Я всегда ценил в тебе хороший вкус к музыке, — проворчал он, а затем протянул ко мне руку.

Радостно воскликнув, я протянула ему стопку компакт дисков Тейлор Свифт, которую упаковала ранее. Каден закатил глаза и взял их из моих рук, чтобы я смогла забраться в джип.

Через пару часов я познакомлюсь с матерью Кадена. Мне отчаянно нужна была музыка, которая задала бы нужное настроение. Не удручающий альтернативный рок, а песни, под которые я могла бы петь и танцевать, чтобы отвлечься от нервозности. И, как известно, Тейлор Свифт была для этого лучшим выбором, особенно более старые альбомы, у которых было более ритмичное кантри звучание.

С первых же нот песня «Fearless» захватила меня, и я на автомате стала подпевать. В то время как Каден, наоборот, скорчил преувеличенно недовольную гримасу. Он вел себя так, будто музыка была для него чистейшей пыткой. Он был занудой.

— Не могу поверить, что действительно позволил тебе провернуть это, — пробормотал он и взглянул в боковое зеркало, прежде чем свернул на главную улицу.

— Я даже знаю почему, — ответила я, барабаня пальцами по внутренней стороне двери, пока мы все дальше отдалялись от нашего квартирного комплекса.

Это было мое условие, иначе я бы не села в эту машину.

Когда пять дней назад мы с Каденом вернулись из нашего похода домой, я чуть ли не лопалась от волнения. И хотя Каден неоднократно уверял меня, что в этом не было ничего такого, и его мать с нетерпением ждала нашего знакомства, ему не удалось успокоить меня. Вместо этого мои мысли менялись от «унылых» к «на грани», и я перерыла весь свой гардероб в поисках наряда, который бы выглядел презентабельно для традиционного ужина в честь Дня благодарения. В какой-то момент моя комната превратилась в поле битвы, и вместо того, чтобы помочь мне, Каден, измотанный лицезрением моей одежды, просто рассмеялся надо мной, после чего я расплакалась и сообщила ему, что ни при каких обстоятельствах не поеду с ним к его матери.

Каден пожаловался на мое нытье, но, в конце концов, предложил мне сделку: во-первых, мне разрешалось самой выбрать саундтреки для двухчасовой поездки. Во-вторых, он помог мне собрать вещи.

Последнее происходило настолько же весело, насколько и звучит. Причем Каден, в отличие от меня, подошел к этому делу гораздо более конструктивно. В течение часа мы упаковали не только мою сумку, но и его.

И теперь мы ехали по шоссе в сторону Портленда. Боковым зрением я заметила, как Каден постукивал своими пальцами в том же ритме, что и я. Мне не удалось подавить хихиканье. В тот же момент он, хмурясь, посмотрел на меня, прежде чем его взгляд вновь вернулся на дорогу.

— Чего ты так по-идиотски хихикаешь?

Я закатила глаза. Видимо, в отличие от меня, музыка абсолютно не делала его счастливым.

— Я думаю, тебе она нравится так же, как и мне.

Он презрительно фыркнул.

— Тексты ужасные, звучание меня раздражает, и если мне придется еще раз слушать песню, в которой она жалуется на среднюю школу и одного из своих бывших, я, скорее всего, блевану.

Я лишь еще громче рассмеялась.

— Причем на твои колени, Эллисон, — невозмутимо добавил он.

Я немедленно перестала смеяться. Это произошло не столько из-за его мерзкой угрозы, сколько из-за того, как именно он произнес мое имя. Мне, несомненно, это понравилось, я не могла этого отрицать. Может быть, мне вообще не хотелось этого делать.

— Что ж, хорошо, — вздохнула я через мгновение, открывая бардачок. Я порылась в стопке компакт дисков и обнаружила альбом Бон Ивер, который мне очень нравилось слушать, когда у меня было более спокойное настроение.

Каден выглядел очень довольным, и в течение следующих нескольких минут, казалось, больше не был таким напряженным, как в начале поездки. Он даже слегка улыбнулся.

— Ты радуешься предстоящей встрече со своей мамой, не так ли? — осторожно спросила я, заряжаясь хорошим настроением, которое он излучал.

И даже если он просто слегка пожал плечами, его улыбка дала понять, что ответ был положительным.

Сначала я ощутила легкое прикосновение к плечу. Но проигнорировала его. Сон, в котором я находилась, был просто идеальным. Потом рука исчезла. Затем снова вернулась, дотронулась до моего колена, скользнула вверх по бедру и замерла.

Я так сильно подскочила на сиденье, что головой задела потолок машины. Мое паническое дыхание заполнило салон автомобиля. Только тогда я поняла, что мой ремень безопасности отстегнут. Я вскинула голову и уставилась во встревоженное лицо Кадена.

Это был только Каден. Всего лишь он.

Я с облегчением вздохнула, что прозвучало, скорее, как жадное заглатывание воздуха. Мне потребовалось мгновение, чтобы оправиться от испытанного мной ужаса. Только тогда я снова смогла взглянуть ему в глаза.

— Мы на месте, — нахмурившись, тихо сказал он. Подозрительно посмотрел на меня, но не спросил, что все это значит. И я была очень благодарна ему за это.

Наконец, я посмотрела в окно автомобиля.

Мы находились на подъездной дорожке белого коттеджа с симпатичной верандой, опоясывающей его по периметру. Это был маленький домик, в некоторых местах нуждающийся в покраске, со скамейкой под кухонным окном, множеством цветочных клумб вокруг веранды из темно-коричневого дерева и маленькой фронтовой частью крыши из того же материала. Он выглядел очень мило. Можно было ощутить уютную атмосферу, которая, казалось, окружала весь участок.

— Ты вырос здесь? — спросила я с трепетом и открыла пассажирскую дверь, соскальзывая с сиденья. Каден сделал то же самое и присоединился ко мне, когда я собиралась взять свою сумку.

— Частично. Родители развелись вскоре после того, как мне исполнилось одиннадцать. — Сложив руки за головой и нацепив кривую улыбку на лицо, которая не выглядела особенно счастливой, он посмотрел на дом своей матери. — С тех пор по выходным мне приходилось разъезжать между ее домом и домом отца на другой стороне города.

Я сжала губы, изучая его профиль. Его челюсть была напряжена, и я могла увидеть, как он старался не проявить никаких чувств. Но в очередной раз заметила, насколько невероятно плохо у него это получалось. Видимо, из-за его импульсивной натуры в большинстве случаев можно было ясно понять, что происходит у него внутри. Я услышала громкий скрип, и его лицо мгновенно просветлело. Теперь это была настоящая улыбка, из-за которой вокруг его глаз появлялись морщинки.

— Это грустная история, связанная с множеством слез и, таким образом, не очень подходит для сегодняшнего дня, не так ли, Каден? — раздался женский голос, и я повернула голову в ту сторону.

Мать Кадена вышла через темно-синюю парадную дверь на крыльцо. Я сразу же заметила, насколько они похожи друг на друга. У них был одинаковый цвет волос и глаз, и даже морщинки вокруг них, на которые я так часто смотрела, он унаследовал от нее. Спенсер действительно не преувеличивал. Мать Кадена была прекрасна. Она была маленького роста, но обладала женственной фигурой с изгибами во всех нужных местах и длинными волнистыми волосами, которые доставали ей почти до груди.

Каден тут же поднялся по ступенькам на крыльцо, чтобы заключить свою мать в объятия. Он был, по меньшей мере, на полторы головы выше, чем она. Затем поднял ее на секунду, что вызвало ее удивленный смех. Когда он отстранился, она обхватила лицо Кадена ладонями.

— Тебе срочно нужно побриться. С этой бородой ты выглядишь как настоящий мужчина, а я еще не готова к этому, — сказала она с широкой улыбкой, похожей на ту, которая была у Кадена. У меня на мгновение перехватило дыхание.

— С прошлого раза мало что изменилось, мам, — сухо заметил Каден, после чего она шутливо стукнула его по плечу. Затем взглянула мимо него и обнаружила меня.