Осенние звёзды - Мосман Ирина - Страница 52

— Двое. «Королевская парочка» — мальчик и девочка, — Светлана убежала к гостям, поправляя вчерашнюю укладку.

Николай тихонько прошуршал до коридора, занял наблюдательный пост.

Дверь в комнату была приоткрыта. Видеть он мог лишь отражение фигур в зеркальной «стенке». На диване сидел сын и существо женского пола, двое детишек шести-семи лет делили кресло. Он услышал Светкино:

— Я сейчас, только на минуточку, — и не успел он скрыться в недрах спальни, как жена вылетела из комнаты, пребольно ударив его дверью.

— Господи, ты еще здесь? Я же просила!

— Да бегу уже, бегу, — потирая ушибленный лоб, Николай проследовал в спальню за Светланой. Распахнув шкаф, та подала ему легкие брюки и светлую тенниску в тонкую полоску. Сбросив велюровый костюм, она осталась в красном нижнем белье. Натягивая тенниску, Николай отметил, что, конечно, фигура жены далека от совершенства, но в море кружев и рюш было что-то пикантное. Она уже надела юбку и синюю кофту, а ему все еще мерещилось яркое пятно.

— Может, я в магазин? — великодушно предложил он.

— Ага, как в прошлый раз? Я тебе список дала, а ты вернулся с пустыми сумками, так как некоторые названия продуктов просто отсутствуют в твоем лексиконе.

— Да откуда мне знать, что словом «цуккини» именуют кабачок, так бы и писала.

— А салат из тунца в огромной пластиковой коробке? На всю оставшуюся жизнь наелась. Ты в курсе, что салаты бывают листовые? Ассортимент магазинов, Коля, со времен развала СССР сильно изменился. Теперь можно купить не только «Завтрак туриста» и печенье «Юбилейное».

— Но перец я тебе купил, два пакетика, черный и красный.

— Стендаль ты наш, мне нужен был овощ, а не приправа, — улыбнулась Светлана. Ее обрадовал визит Ильи с девушкой. Лучше увидеть сына с женщиной, обремененной двумя детьми, чем жить, ожидая сюрприза от нынешнего поколения.

— Все, Светка, ты права, права, как всегда, иди в свой магазин, — он стал тихонько подталкивать жену в сторону коридора. Николаю не терпелось добраться до большой комнаты, узнать последние известия.

— Предложи гостье чай-кофе, детям воды с сиропом, — наставляла Светлана, стоя в прихожей.

— А потом их мамаша каждый месяц будет ко мне с их кариесными пеньками бегать, пусть пьют из-под крана, — и он затворил дверь за женой.

— Добрый день, — Николай вошел в гостиную. На лице сияла улыбка злодея, — разрешите представиться, Николай, отец.

— Иванна, — девушка встала с дивана, подала ручку-веточку. Указала на устроившихся рядом детей, занятых компьютерными игрушками. — Молодая леди — Элизабет, а юный джентльмен — Филипп.

— В честь Киркорова?

— Что вы, короля!

— Конечно, я так сразу и подумал, — кашлянул Николай.

Илья, затаив дыхание, не сводил глаз с лица говорившей. Девушка была сказочно красива. Совместное производство богов Олимпа и природы. Ручная сборка. Здесь были и ноги от подмышек, и грудь, умещающая поднос общепита, миндалевидные глаза кошки и, конечно, рыжие волосы. Упаковка была скромная: темно-синие джинсы и черная водолазка, чтобы не доводить мужчин до греха.

— Сынок, а где у нас банка с кофе?

— Мне только без кофеина, — встрепенулось небесное создание.

— Всенепременно, а детишкам тетя Света сейчас принесет лимонад, — и подошедшему сыну шепотом: — Чтоб зубы болели долго-долго и пришлось идти к страшному дяде-доктору.

На кухне, схватив оставленную на столе вилку, Николай набросился на еще теплые котлеты.

— Ты что, совсем с дуба рухнул? — возмутился он, прожевав первый кусок.

— Бать, клянусь, случайно вышло.

— Случайно — это если с одним, а здесь двое.

Сын пожал плечами:

— Есть свои плюсы. Третьего родим и будет многодетная семья. Тридцать процентов скидка на квартплату, проездной билет и…

— … и нищету плодить, — мрачно закончил фразу Николай.

— А ты предлагаешь лишних со скалы сбрасывать?

Они помолчали.

— Бери вилку, что стоишь, как неродной.

— Мамины? — поинтересовался Илья.

— Нет, из кулинарии, — съязвил Николай. — Сынок, зачем она тебе с чужими-то детьми? Эта штучка явно сюда для пристрела пришла, ты взгляни на нее и на себя. Вот нафига ты ей?

Илья безнадежно смотрел на отца.

— Понравился.

— Правда?! Кто цветом выделяется, кто запахом утверждается, кто видом и размером цветка, а чем, разрешите узнать, взяли вы?

— Я веселый…

— У нас половина Госдумы — внештатные сотрудники «Аншлага».

— Добрый.

— Как налоговая декларация.

— Детей люблю.

— Цветы жизни на наших могилах, — парировал Николай, убирая выжившие котлеты в холодильник и доставая гостевые чашки. В две насыпал кофе из банки, рядом с третьей положил чайный пакетик.

— Пап, у нее глаза, как северное сияние.

— Уе… — Николай схватился за голову. — Заразился воздушно-капельным от матери. Когда успел только. Ладно, «мишка на севере», пошли в комнату, а то потом ложек не досчитаемся.

Николай расставил на журнальном столике чашки. Илья принес чайник-термос и вазочку с печеньем. Детишки вопросительно посмотрели на мать.

— Только по одной, — строго сказала та, — там много холестерина.

— Извините, но кофея без вредностей не завезли, поэтому осмелюсь предложить чай.

— Если можно, я заварю свой. Я употребляю только белый, с листьями «чум-кири-яки», — это напиток с эффектом освобождения от полудряхлости. Творит чудеса, — она достала из сумки, лежавшей рядом на диване, коробочку с изображением дракона. Положила в чашку щепотку травы.

Николай предложил кипяток, но девушка жестом остановила его, пояснив:

— Рано. Сначала чай должен впитать ауру сидящих за столом.

Она закрыла глаза, в комнате повисла тишина. Завладев печеньем, дети потеряли интерес к миру взрослых. Прошла минута.

— Теперь можно, — кивнула Иванна Николаю, застывшему с чайником в руке и смотревшему на девушку, как на пациента, у которого вместо зуба мудрости оказался бивень мамонта.

Оттопырив мизинец, та взяла чашку и стала шумно дуть на чай.

Будущий тесть ждал с замиранием сердца, когда она перельет напиток в блюдце, чтобы предложить сахарку, похрустеть. Девушка, поймав на себе взгляд василиска, пояснила:

— В напиток нужно вдохнуть энергию, которая вернется в двойном размере.

— Ну как вы здесь? — в дверях стояла Светлана, встревоженная тишиной в квартире.

— Обалдеть, — только и сумел выдать ее муж, не в силах отвести взгляд от гостьи.

— Я с полдороги вернулась. Погода на улице замечательная, и посетила меня мысль пойти всем вместе в зоопарк, там и пообедаем. Выходной день, что дома сидеть?

Все посмотрели на Иванну.

— Прекрасная идея. Свежий воздух великолепно сочетается с пищей для ума, необходимым довеском к душевному покою.

Девочка отложила в сторону игрушку, подошла к Илье.

— Мы в зоопарк идем, ты с нами? Жирафа покажешь?

Светлана с умилением смотрела на них.

Мальчик явно хотел остаться дома и продолжал с усердием нажимать кнопки.

— Филипп, а ты? — спросил Илья.

— Не-а, я не пойду, гулялка сломалась.

Взрослые переглянулись.

Иванна допила чай, поднялась, взяла сумку и направилась в сторону коридора, обронив:

— Филипп, гулять!

Мальчик с явной неохотой поплелся за матерью и выбежавшей в коридор сестрой. Илья стал собирать посуду.

— Да, академик Павлов нервно курит в сторонке, — с восторгом заметил Николай, допив одним глотком кофе.

Светлана шикнула на него, показывая глазами в сторону кухни, где сын гремел посудомоечной машиной.

День был действительно прекрасный. Вторая половина апреля выдалась теплой, обещая традиционное похолодание на майские праздники. Светлана шла под руку с мужем и улыбалась. Мысли об Александре испарились, превратившись в легкое облачко воспоминаний. Дети то забегали вперед, то возвращались, Илья веселил их маму, периодически отвлекаясь на малышню, изображая то волка, то слона, то крокодила. Весело щебетали птицы.