Сердце фейри (ЛП) - Хамм Эмма - Страница 7

— Если вы не знаете, где оно, как мне его найти?

— Есть те, кто знает, — Мака обхватила подбородок Сорчи, ее ладонь была большой, касалась обоих кончиков ее ушей. — Ты начнешь с поиска моих детей. Их зовут Кормак и Концепта. Используй их знания с умом.

— Вы хотите, чтобы я нашла двух фейри? Здесь?

— Они были изгнаны из Другого мира и остаются в твоем.

— В мороке или невидимые? — спросила Сорча.

Мака сжала челюсть Сорчи так, что у той слезились глаза.

— В мороке, чтобы выглядеть как люди. Они похожи на аристократов, но должны быть близнецами, живущими в одном поместье. Найди их, и ты начнешь путь.

— Что мне им сказать?

— Что я попросила найти их, и что они в долгу передо мной. Скажи им, что ты ищешь, и они отведут тебя.

Сорча не была так уверена, что это правда. Неизвестные фейри в долгу перед Туата не Дананн? Ее завтрак подступал к горлу.

Воздух наполнил ее легкие, Мака отошла. Мифы не готовили ее к холодному взгляду фейри. Она хотела убежать от этого злого взгляда. Что она сделала? Она как-то оскорбила фейри войны, еще не начав?

— Спасибо, — сказала Сорча. — за отца. Он так долго страдал.

— Мне нет дела до жизней людей, но я вижу, как это важно для тебя. Мне приятно.

Хоть было страшно, Сорча сглотнула и прошептала:

— Какова цена?

Вариантов было множество. Фейри могла попросить ребенка, жизнь Сорчи, что-то простое, как услуга.

Она не знала, сколько хотела платить. Многие зараженные люди могли не стоить жизни в рабстве. Но ради отца? Он спас ее от нищей жизни, забрал из болот в город, дал ей жизнь.

Как она могла отказаться?

Мака склонилась, опустила пальцы в священную воду храма. Она слизнула капли и улыбнулась.

— Ты будешь страдать, испытывать боль, можешь умереть. Платой будет мое наслаждение от просмотра.

— Куда вы меня отправляете? — Сорча слышала свой голос как из-под воды. Он был медленный и искаженный, доносился до нее с эхом.

— Это задание выгодно нам обеим, — ответила Мака. — Ты получишь лекарство. Я верну детей.

— Как лекарство связано с твоими детьми?

— Никак. Но я доверяю тебе возвращение моих детей в Тир-на-ног.

— Землю юности? — запнулась Сорча. — Другой мир?

— Мне надоедает объяснять тебе мои решения. Уходи, или я выгоню тебя из храма

Сорча схватила мешок и развернулась. Она не могла рисковать тем, что фейри передумает. Это был шанс спасти ее отца! Спасти всех!

Она замерла на краю поляны. Нога пересекла порог храма, прошла в лес. Другая осталась на зачарованная поляны.

Она оглянулась на фейри, расчетливо следящую за ней. Мака села на мох, ее пальцы играли в журчащей воде храма.

— Зачем ты это делаешь? — спросила Сорча в последний раз.

— Я тоже страдала от мужчин, и больше раз, чем хочу вспоминать. Моя мать сказала бы, что с ними лучше быть тихой, но продолжать поступать правильно, — глаза Маки вспыхнули. — Я не женщина, а щит и меч. Я вырежу свой путь или заставлю других создать его для меня.

— Как это связано со мной?

Их взгляды пересеклись, Мака улыбнулась.

— Ты такая же, человечек. Они говорят тебе снова и снова, что ты спокойный пруд, но мы обе знаем, что под поверхностью бушует буря. Я буду рада увидеть, как у тебя вырастут коготки.

Сорча в тревоге бросилась в лес. Ветви тянули ее за одежду и волосы. Она не давала им удержать ее. Она больше не была в безопасном укрытии.

Ее дыхание вылетало с хрипом из тела. Она заключила сделку с фейри. Чем она думала? Это были оковы.

А если она не найдет лекарство? Сорча выбралась из леса и упала на четвереньки у дороги. Она согласилась на погоню до конца жизни? Она будет вечность искать невозможное?

Она не могла надышаться. Воздух застревал в горле, грудь болела. Ребра раздвигались, рот открывался и закрывался, она пыталась дышать.

Она знала, что это была паническая атака. Часть ее разума узнала, что воображение уносит ее от благоразумия. Ее тело не понимало это, и тошнота поднималась из желудка.

Она закашляла, извергая завтрак. Желчь лилась из носа, сливалась со слюной, что капала с губ.

Что она сделала?

— Дыши, Сорча, — бормотала она. — Один вдох. Два.

Вдох, выдох, она считала биение сердца и движение легких. Птицы чирикали в деревьях неподалеку. Двадцать семь трелей, и они остановились. Колеса кареты скрипнули, камни захрустели под их весом.

Ее пальцы впились в почву. Она будет в порядке. Лекарство есть. Должно быть, ведь фейри не могли врать.

Теперь ей нужно было, как всегда, спасать людей. Семью. Она могла найти то, что спасет их и убьет жуков. Ее жизнь обрела смысл, а не одну работу повитухи для борделя и целого города.

— Это Сорча? — колеса остановились. Копыта топнули по земле, она вздрогнула. — Сорча, милая, что ты делаешь? Опасно быть на дороге в сумерках!

Пронзительный голос заставил ее скривиться.

— Госпожа Агата. Рада вас видеть.

— Я надеялась, встреча будет при лучших обстоятельствах, а не на дороге! Поднимайся, дитя.

Слова были похожи на фейри. Сорча села на корточки, вытерла руки о платье и встала с трудом на ноги.

Паника отступила, ее место заняла решимость.

Красная карета стояла перед ней. Колеса сияли позолотой, как и эмблема розы. Изящная занавеска с цветами была отодвинута с окошка, и там было морщинистое лицо госпожи Агаты.

— Как вы? — утомленно спросила Сорча у нелюбимой пациентки.

— Я хотела позвать тебя, Сорча. У меня восхитительные новости!

— Вы снова беременны?

— Снова!

— Снова, — вздохнула Сорча. Ее ложь оказалась правдой. — Поздравляю. Думаю, скоро вы заглянете в бордель?

— О, нет. Мне нужно, чтобы ты пришла ко мне!

Госпожа Агата никогда не приходила в публичный дом за лечением. Она считала их дом логовом отбросов и воров, сколько бы Сорча ни говорила ей, что это самое безопасное место в Уи-Нейлле.

Она вытерла рот рукавом, стараясь не замечать едкий вкус тошноты на языке.

— Это не ваша обычная карета, Агата.

— О, нет. Ее одолжил мне дорогой друг. Я еду к ним! Ты ведь слышала о близнецах Макнара? Милые ребята.

Сорча застыла.

— Близнецах?

— О, так ты еще о них не слышала? Они тут новенькие, но это самая милая семья. Такие щедрые! Такие современные!

Она посмотрела на лес.

— Спасибо, что добры ко мне.

Движение задело ветви неподалеку. Сорче показалось, что она уловила необычную зеленую вспышку и блеск волос фейри.

— Агата? Вашим друзьям не нужна повитуха?

— Почему нет? Ты знаешь, что я хотела бы, чтобы ты встретила моих друзей, Сорча. Не твои сестры, ясное дело. Идем со мной! Будет приятно видеть новое лицо среди скучных собраний.

Сорча посмотрела на платье в земле и пятно рвоты на рукаве. Ее сестры выглядели бы лучше, даже после дня тяжелого труда. Жаль, Агата не понимала этого.

— Это будет честью для меня, Агата, — Сорча прошла на подножку и открыла дверцу кареты. Черные подушки и вощеное дерево покрывали впечатляющий интерьер.

— Я хочу придумать имя новому ребенку!

— Ах, а сколько их уже?

— Девять, дитя. Ты же всех принимала!

— Да, — сказала Сорча, садясь напротив Агаты. — Простите, но я сбилась на семи.

— Честно говоря, и я. Что думаешь о Дервале?

* * *

Их карета ехала ужасно скучно. Сорча удерживала улыбку на лице, показывая больше зубов, чем нужно. Агата все болтала, будто ее слушали. Когда они добрались до поместья близнецов Макнара, Сорча была уверена, что они обсудили все существующие имена.

Она была готова покинуть тесное место. Пейзаж проносился медленно, Сорча сама шагала бы быстрее. Общество ей не нравилось, а место назначения могло и не оказаться веселым.

Но было глупо не использовать такой шанс.

Они остановились, и кучер стукнул рукой по крыше. Сорча открыла дверцу кареты и уставилась на роскошный дом. Белый мрамор мерцал в розовых лучах солнца. Дом был в четыре этажа с редкими стеклянными окнами. Две лестницы вели с земли, пересекались полукругом, который венчала красная входная дверь.