Просроченное завтра (СИ) - Горышина Ольга - Страница 39

Он сунул мобильник в карман и поднялся. Его взгляд остановился на коленях Алены, и та догадалась протянуть пакет по новой. Александр схватил его и захлопнул дверь. Парень продолжал стоять у «газельки», и скорее всего слышал весь разговор, хотя Александр говорил довольно тихо, почти уткнувшись Алене в плечо, но и одного вида сидящего почти что на асфальте хозяина должно было хватить на много-много кухонных разговоров. Александр как-то сглупил, разрываясь мыслями между домом и предстоящей встречей. Или ей самой — она не слышала ни одного слова Оксаны, потому что мобильник утонул в широкой ладони ее мужа, но ответы Александра Сергеевича ей не понравились. Кажется, она поняла его шкурный интерес к ее скромной персоне — нет, она не станет «жучком» и приманкой для Станислава Витальевича. Этого точно нет в договоре. Правда, Стас прекрасно обрисовал ее обязанности — делать то, что скажут они с Сашей.

Но Саша пойдет лесом, как только намекнет, что она должна приручить его партнера. В бразильском сериале совкового разлива она сниматься не будет. Хорошо придумал! Если она права хотя бы наполовину, то Александр Сергеевич форменная свинья. И главное — все так открыто. А что если она расскажет про его намерения Стасу? Ага, скажет — он никогда не поверит в подлость господина Светлова и только на смех ее поднимет. Ну, вот ведь козлы — сделали ее хранилищем секретов. Если бы Макс увидел утром записку, началось бы такое… Выкинуть надо. Или… Нет, мыльная опера так мыльная опера. Если Сашенька обнаглеет, Оксаночка найдет эту записку, и пусть придурок выкручивается, как хочет!

Алена повернула голову к окну — парень вернулся в «газельку», но дверь оставил открытой, чтобы курить сидя. Как хорошо, что стекла у БМВ тонированные — можно подглядывать в одностороннем порядке. Но наблюдать за ним быстро надоело. Алена хотела открыть коробку с конфетами, но передумала — не слишком ли много внимания за одни сутки? Александр Сергеевич что-то замыслил. И что-то нехорошее — ничего личного, только бизнес. Похоже, Стас взбрыкнул в упряжке, и его решили приструнить. Но она не будет этим хлыстиком. Такие девки называются даже хуже, чем-то, что продолжало лежать у нее на коленях. Она спрятала соску в бардачок и взяла с заднего сиденья папку. Кто эта Кристина, что живет в Америке? Должно быть, сестра.

Алена уставилась в буквы и начала проглатывать страницу за страницей, пока не споткнулась о фразу об эмиграции: «Меня пугал такой серьезный и необратимый шаг. Ведь это как родиться заново. Да еще по собственной воле. Большинство людей и жениться-то как следует не могут…» Да, да, Эльвира считает, что сын ее женился не как следует. Неужели она обвиняет невестку в рождении больного ребенка? Как жестоко!

Алена подняла глаза и увидела Александра, идущего налегке и размашистой походкой к «газельке». Кажется, с бизнесом все хорошо — бутылки сработали, а может там был и конверт. Она быстро вернула папку на заднее сиденье — пусть не знает, что она читала. Обсуждать литературные особенности прозы Сергея Довлатова не было ни сил, ни желания. Сестра уехала. Мать уедет. Он, наверное, следующий. Ну, туда им всем и дорога!

Александр Сергеевич сел в «газельку», и она скрылась за углом соседнего здания. Вернулся он минут через десять пешком, разговаривая по телефону. Потом еще остался на улице покурить. Алена чуть поменяла позу — сидеть в машине осточертело.

— Ты что, ни одной конфеты не съела? — спросил Александр, сев за руль. — А я хотел попросить… Нет, ради меня не открывай!

Алена положила коробочку на заднее сиденье.

— Забудешь, как плащ.

А про плащ он помнит! Да, плащ она действительно забыла — только дома. Так он сейчас про первый раз или нынешнее растеряшество говорил?

— Там папка. Не забуду, — выкрутилась она и достала из сумки второй батончик «баунти».

— Сколько их там у тебя?

— Больше нет, но нам же хватит.

— Хватит. Скажи честно, ведь забыла не только плащ, но и обед.

Она кивнула.

— Всем, кажется, повезло. Не в курсе, где Стас покупает пиццы?

Алена покачала головой, и Александр набрал Стасу:

— Ты закажи. Я заберу. Не вариант. Иначе мы с Леной пойдем обедать. Я знал, что сработает. Скинь ей на пейджер адрес. Давай.

Алена дрожащей рукой полезла в сумку за пейджером и стала напряженно ждать сигнала. Зачем он так с ней? Неужели нельзя просто заказать пиццу. Чем же Стас ему так насолил? Или была какая-то темная история с ее предшественницей? Не зря же он остановил мать, когда та начала про секретарш. Ужас! Во что она ввязалась? Предлагал же вызвать такси — надо было соглашаться.

— Ты в курсе, да, что вы со Стасом завтра у меня? — спросил Александр, когда она показала ему адрес.

— Я в выходные езжу к маме… — попыталась соврать Алена. Она не хочет включаться в его игру. И не будет.

— Завтра дождь. Поедешь через неделю. И вообще привыкай к ненормированной рабочей неделе. Субботы-воскресенья в бизнесе очень редки. Как и приглашения ко мне домой. Воспринимай это, как корпоративную вечеринку. Это часть рабочего времени. Отказаться нельзя. И судя по твоим шатаниям со Стасом, ты мне порядком задолжала рабочих часов. Так что сиди и помалкивай.

Все это он произнес без улыбки. От «Саши» не осталось и следа, как и от того «Александра Сергеевича», который подошел к «газельке», явно разрулив неприятную ситуацию. Да, поспешила она назвать его Сашей и этим явно насмешила Стаса. Или насторожила. Он же должен знать характер партнера по бизнесу.

Наверное, он его действительно знал, потому что встречал их внизу с сигаретой в зубах. И потому, что он просто ее жевал, она была не первой и даже не второй. Стас забрал пиццы, даже не взглянув в сторону Алены. А она демонстративно поставила сверху коробочку с «Рафаэлло».

— Зря ты это сделала! — послышался за спиной голос Александра.

Не зря, господин Светлов, не зря. Никаких личных подарков — все в коллектив.

— Растает же, дура! — разозлился он и схватил коробочку.

Стас смерил Алену таким взглядом, что у нее уши вспыхнули факелами.

— Ты фотографию принесла? — Алена кивнула. — Зайди в охрану.

Она снова кивнула и пошла вперед, но на входе сообразила придержать дверь. Стас поблагодарил. Александр — нет. Алена поправила подмышкой папку, хотя руки чесались всучить ту обратно хозяину.

В офисе снова были странные взгляды, но ни от пиццы, ни от «Рафаэлло» никто не отказался. Стас с Александром ушли на склад с концами, не оставив ей никакой работы, и она снова уткнулась в журнал. В папке он выглядел важным документом, и ее никто не трогал — а, может, оставили в покое и по другой причине. Алене не хотелось задумываться на эту тему. Ее больше интересовал иной вопрос — русские в Америке тупеют или отсюда валят одни идиоты? Или Довлатов просто передергивает факты, чтобы повеселить читателя? Она, наверное, не его читатель

— или ей просто не понять, как можно ввергнуть себя в описываемый им хаос эмиграции? Как же плохо должно было быть в Питере этой Кристине? С их-то деньгами чего же ей не хватало?

— Ты помнишь про субботу?

Алена чуть не подскочила из кресла. Александр Сергеевич с каменным лицом стоял напротив, опершись на стол обеими руками. Она кивнула, захлопнула папку и протянула ему с благодарностью.

— Прочитала, оставь в офисе. Пусть другие читают. Устроим литературные чтения. Раз здесь больше нечем заняться.

Алена вся сжалась и пролепетала:

— Мне не оставили никакого задания.

— А я уже сказал Стасу, что тебе нечего делать. Да, Стас? — Александр перешел с рыка на крик, и Алена услышала за спиной быстрые и тяжелые шаги.

— Саш, езжай домой. Я со всем разберусь.

— Как ты разберешься?

Александр будто приклеился к ее столу и с неприкрытой ненавистью глядел на того, кто стоял за спинкой ее стула. Остальные притихли. Ни одна клавиша не дернулась.

— На счетчик поставишь? Забыл, какой сейчас год? Мы все в жопе. Одинаковой! Только ты пытаешься загнать нас в еще большую!