Семь Принцев и муж в придачу (СИ) - Рис Кларисса - Страница 65

Он тяжело вздохнул, опустил голову, чтобы избежать моего сверлящего надеждой и ожиданием взгляда потемневших розовых глаз. Наши лица и так были на одном уровне. Своим холодным, точно первая снежная ночь, дыханием он осторожно опалял мое лицо, боясь сделать тот крошечный шаг. Мой взгляд встретился с его взглядом, ловя в расширившихся зрачках собственное отражение. Я замерла в ожидании диком, нахлынувшим волной предвкушение, хотя это было почти нестерпимо. Всем своим естеством я трепетала, переполненная головокружительной бурей чувств и эмоций, что сменяли друг друга. Он словно страшился своих собственных дальнейших действий, не рискуя прыгнуть в бездну с головой. Наши сердца колотилось в бешеном ритме единого такта.

Правой рукой он слегка коснулся мои едва порозовевшей щеки. От нежной и бархатистой кожи все еще исходил душистый аромат лаванды после душа. Он вскружил ему голову, заставляя податься вперед и прижать меня сильнее к ровно вздымающейся груди под тонкой тканью рубашки. Я закрыла глаза, по его телу пробежалась сильная дрожь. Прикусив нижнюю губу, я продолжала послушно сидеть на его коленях, едва дыша. Ледяные пальцы очертили мои губы и скулы, скользя по гладкой коже. Другую руку запустил в мои волосы, прикасаясь к обнаженной шеи, приподнимая подбородок и разводя медленным движением вырез ослабевшего халата.

Я не открывала глаз, стараясь кожей прочувствовать всю полноту это нежных прикосновений. Дыхание стало сбиваться, а я все сильнее погружалась в бездну этого непередаваемого водоворота. Взяв мое лицо в ладони, он несильно потянул меня на себя, притягивая очень близко к себе, от чего наши губы слегка соприкоснулись. Я же не отстранилась и даже не пыталась сделать такой глупый шаг. Несколько минут мы продолжали так сидеть, соприкасаясь носами, словно завороженные друг другом. Я чувствовала на себе обжигающее дыхание, которое нестерпимо опаляло жаром. Резко убрав руки с моего лица, он продолжал прерывисто дышать. Нет! Так нельзя, еще чуть-чуть и я потеряю контроль! Меня уже трясло в лихорадке, я не знала куда себя деть.

Резко открыла глаза, мужское лицо выражало невозмутимое спокойствие. Разжав губы, я сделала глубокий вдох. Он продолжал сидеть неподвижно, словно испытывая меня на прочность. Один щелчок секундной стрелки, и я не выдерживаю, срываюсь, впиваясь в его губы собственными губами. И, о да, в ответ получаю страстный отклик на поцелуй.

Его язык скользнул между моих губ, в надежде достать до моего язычка, страстно лаская. Продолжая головокружительный поцелуй, его руки сомкнулись за моей спиной, стягивая с плеч мешающийся халат.

Я не выдержала, и сама выдернула руки из рукавов, запуская их в темную гриву его волос. Напор поцелуя усилился. Жар волной прокатился по всему моему телу, желание захлестнуло меня с головой, испарины покрыли наши лбы, дыхания перемешались и стали совсем уж прерывистыми, мы просто задыхались, нам не хватало воздуха.

В одно мгновение все резко прекратилось, как будто что-то ударило. Меня резко отстранили от жаркого тела и посмотрели с непередаваемой бурей в совсем уж темных от страсти глазах.

— Нет, — он тихо шептал это, — так нельзя. Это слишком неправильно.

— Почему? — в моих глазах читались непонимание и капелька обиды.

— Если мы продолжим, я не сдержусь, — о, я и не вспомнила про то, что самым наглым образом ерзала по его коленям, настолько сильно меня захватила страсть.

— Это моя комната, — сделала еще одно движение бедрами, — все, что тут происходит — только мое личное дело. Я не хочу расставаться, только обретя. Магия все равно будет требовать.

— Ты даже не представляешь, — пальцы сомкнулись на моей обнаженной коже бедер, — насколько сильно я хочу прижать тебя к этому проклятому столу и доказать, что кроме тебя мне больше никто не нужен.

— Тогда что тебе мешает? — прогнувшись я почти коснулась грудью его вздымающейся груди.

— Приличия, моя хорошая, — и пальцы пробежались выше под полы халата, — приличия.

— Какие? — удивилась я такому ответу.

— Час назад ты официально стала вдовой, оплакивающей утрату любимого мужа, — так, я проспала объявление о трауре, — и, если я сейчас начну тебе доказывать, даже если через пару поколений это всплывет, будет ой как не хорошо. Так что, моя дорогая, тебе придется ограничиться только этим.

— И сколько нам нельзя будет видеться? — неохотно я признала его правоту и сползла с насиженного места.

— Около года точно, — прикрыл Дархам глаза, — а дальше за тобой уже не будет такого пристального внимания.

— Боже, за что мне это все? — я поправила одежду, если халат за нее считался.

— Мне тоже это не нравится, — он поднялся, — но так надо.

— Ты прав, — другого ответа у меня и не оставалось.

— Прости, моя любимая, — меня вновь прижали к себе, — мы обязаны так поступить.

Легкое касание его губ к самому краюшку моих и крепкие объятия — вот и все, что мне осталось на прощание. Парень поступил так, как должен был. Теперь у нас нет права на личную жизнь. Я стала Королевой, которая ответственная за целую страну. А он человек, который будет искупать грех собственной магии.

Разлука — наказание для нас двоих. Только обретя, мы вынуждены добровольно это потерять. Даже если это больно и грустно, то, в первую очередь, мы должны думать о собственных странах, а уже потом о самих себе. Мы расстаемся на долгий год, а то и два. Остается же нам только одинокая грусть на память и светлый лучик надежды на скорую встречу. Через час Дархама уже не будет во дворце, а цветы простоят от силы неделю, гася в моем сердце тревогу. Память, правда, единственное, что будет со мной. Я не забуду эти два месяца никогда!

Эпилог

Я стояла и смотрела в даль. Балкон был увит плющом, а температура на улице позволяла не бояться простудиться. Округлый животик еще можно было удачно прятать под широкими блузками и рубашками. Платья-размахайки стали моими любимыми вещами в гардеробе. Моих губ коснулась легкая улыбка и неважно, что обо мне подумают, наследник моей семьи — это звучит гордо!

До окончания траура всего пара часов и я могу уже позволить себе сменить темные цвета в одежде на что-то более яркое и привлекательное. Мне даже не верилось, что с момента тех страшных событий прошло уже два года. Два тяжелых, но плодотворных года.

Леди Макберст все еще гоняет Костапа и в хвост, и в гриву, крича на него, что тот пока не достоин быть ее приемником. О, а какой был скандал, когда он набил морду своему бывшему лучшему другу, схватил жену с ребенком в охапку и, показав конструкцию из трех пальцев, послал всех на три буквы! От послушного и милого мальчика такого никак не ожидали. Вот с его женой мы точно стали подругами не разлей вода. Она — первая и заметила, что я в положении, и притащила через мамино зеркало мне врача, который и обрадовал меня новостью о пополнении в семье.

Больше всего я переживала все это время за Сайруса, после признания и казни Армадиды на нем совершенно не было лица. Даже его мама начала волноваться. Хорошо, хоть от звания Советника он не отказался и с головой ушел в работу. А спустя полтора года, после инцидента, он неожиданно ошарашил нас всех новостью, что от него беременна младшая дочь вице спикера, и он, как порядочный мужчина, готов на ней жениться. Вот такого поворота никто не мог ожидать! Народ даже на остатки траура плюнул и поздравлял молодых во всеуслышание.

Наверное, я бы даже сказала, как и предсказывал Дархам, после первого года траур уже перестал восприниматься чем-то сверх особо важным, и даже семьи погибших приняли наши извинения. Сейчас многие даже не помнят, сколько точно людей погибло на том рейсе. А для кого-то смерть близкого и вовсе не была трагедией. Жена одного из офицеров после получения денег укатила делать карьеру в мире фильмов для взрослых.

Моя же жизнь сложилась весьма продуктивно. Я стала настоящей Королевой. Как мама и говорила, дед положил много сил на создание идеального имиджа для меня и моей команды, а спустя почти два года попытался перетянуть власть на себя. Не там-то было, все нужные люди были незаметно заменены на выгодных мне кандидатов, и теперь не стоило опасаться козней этого старого интриганта со стажем. Поражение он, кстати, признал почти сразу.