Невеста наместника (СИ) - Караванова Наталья Михайловна - Страница 115

А Темери с благодарностью принимала ее помощь. Правая рука все еще немного болела, а событий дня оказалось слишком много для выздоравливающего организма.

Адмирал Старрен ответил на чей-то вопрос:

— Ремонты и погрузка завершены. Мне пора возвращаться. Вот праздник закончится, и отчалим. В столице ждут новостей, так что…

— Что планируешь делать? — спросил Шеддерик, — протягивая другу вино и кусок только что подогретого над углями мяса.

— Я все еще должен тебя арестовать. — Он невесело усмехнулся. — Совру, что на восьмой день твой труп начал вонять и мне пришлось выкинуть его в море.

— А потом?

— Потом… не знаю. Если к концу осени попрошусь к вам жить, не прогоните?

— Будем рады — ответила за Шеддерика Темери.

— Чеора, — улыбнулся он, снова пронзительно взглянув на девушку, — я все еще надеюсь погулять на вашей настоящей свадьбе.

— Тогда тебе лучше пока не уезжать, — ответил за нее Шеддерик.

— Так все же… — Старрен обернулся на Нейтри, но та о чем-то оживленно беседовала с Тильвой Текар. — чего хотел Эммегил? И почему все так сложилось?

Шеддерик пожал плечами. Ответы у него были, но кое-что оставалось пока только предположением.

— Прошлой осенью император узнал, что зимой у него родится ребенок. Я предполагаю, в тот момент ему было крайне важно, чтобы «подставной наследник» был под рукой, и с одной стороны не помер раньше времени, а с другой, чтобы его, в смысле — меня, можно было контролировать. А из Коанера меня мог вытянуть только Хеверик, у Ифлена там нет официального представительства. Были использованы саруги, это очень дорогой и экзотический способ убийства, который должен был меня заинтересовать, а впоследствии именно я мог оказаться главным подозреваемым, но не в этом суть. Хеверик, едва почувствовав, что смертельно болен, вызвал меня, как на то и рассчитывал император, сделал своим телохранителем и взял слово, что я после его смерти буду так же помогать Кинрику. Но и этого ему показалось мало. Да, он боялся переворота, боялся восстания, но зная, что умирает, он, чтобы насолить императору, не иначе, тоже признал меня наследником. Император до открытия навигации об этом узнать не мог, но узнал чеор Эммегил, у которого всегда были свои виды на Танеррет, и который был одним из тех, кто доставил наместнику Хеверику саруги и активировал их.

— Так это подтверждено? — адмирал приподнял брови.

— Сиан Латне, который служил у Эммегила, предоставил Гун-хе его переписку. Там много интересного, но светлый лорд был осторожен и имен не называл. Да, подтверждено. Эммегил решил, что интересы императора удачно совпадают с его интересами и попытался нанять убийц в доме Шевека, но те отказались — у них есть свой устав, который не дает им убивать членов правящих семей — так что в этом смысле мы с Кинриком были в безопасности. Чего нельзя сказать о других людях, которые были нам дороги. Помните чеору Талису Конне? Она лишь взялась вывести саруги из страны и не знала, какую именно роль они играли в заговоре. Что ее не спасло. Эммегил нанял сиана-убийцу, который сделал вешки для семьи та Дирвила и… и других. Я чуть с ума не сошел, когда решил, что мое проклятье начало убивать всех подряд… хотя, возможно, без него тут тоже не обошлось. Ланне еще повезло — как я говорил, у него бывает много гостей, и это стало большой проблемой для сиана, которому в спальню хозяев было долго не попасть. Когда я понял, что лучший способ избежать восстания — это устроить свадьбу Кинрика и рэты, и отправился за ней в монастырь, Эммегил счел, что лучшего времени, чтобы от меня избавиться не будет. У меня был лишь небольшой эскорт, можно было бы потом списать мою смерть на разбойников. Но ему донесли о цели поездки. И вот в компании наемников появился тот же самый сиан. Я точно знаю, что это был он — только один сиан помечал свои вешки яркой оранжевой краской.

— Так нас искали люди Эммегила? — Темери почти не удивилась.

— Да. Он был уверен, что после моего ареста и смерти Кинрика, легко сможет получить титул наместника. А ваша свадьба сделала бы это почти невозможным, ведь он тайно поддерживал повстанцев хозяина Каннега, в надежде, что когда бунт будет подавлен, не останется никого, кто сможет оспорить его власть.

— А ожерелье? — продолжила расспросы Темери. — Я думала, это просто одно из развлечений чеоры та Роа.

— Не совсем. Тут дело больше в Вельве Конне… и в Кинрике.

Кинрик, услышав свое имя, обернулся.

— Во мне?

— Конечно. Прошлым летом тебя добивались сразу несколько прекрасных дам, а ты крутил со всеми, уделяя им равное внимание. Вельва же… она сочла, что ей мало просто ночи с тобой. Ей хотелось большего. Подарков, праздников. Денег. Но она видела, что происходит, и что через постель тебя не удержать. Она поступила хитрее, став помощницей, практически, сиделкой, при умирающем Хеверике. Она при каждом случае старалась показать тебе свою бескорыстность и искренность, и после смерти отца, только это помогло ей сохранить место в твоем окружении. А когда все узнали о прибытии невесты из монастыря, само собой разумеется, ты предложил Вельве стать компаньонкой для рэты.

— Она мне всегда казалась искренней и честной…

— Ну, вот она честно и поведала своему любовнику та Мангу о том, что я еду в монастырь за невестой. Она расчетливая, умная, хладнокровная женщина, которая готова многим пожертвовать ради цели. Но она и сама никогда не думала, что способна на убийство. Развлечение с ожерельем придумали они с чеорой та Роа вместе. Только ни о каких кандалах даже речи не было. Они просто навесили на цепочку с десяток всяких вульгарных и дешевых образцов… а вот узнавший об этом чеор та Манг сам придумал, как эту идею повернуть в свою пользу и в пользу Эммегила.

— Он же ничего такого не сказал монахиням, когда они призвали его тень? — удивился Кинрик.

— Гун-хе очень подробно расспросил чеору та Роа после его смерти и после ареста Вельвы. Настолько подробно, что она чуть было не покинула цитадель в неизвестном направлении. А потом нашел письмо в архиве сиана-ювелира, который выполнял подправленный заказ. Та Манг знал о планах Вельвы соблазнить Канрика. И собирался ее всячески поддерживать. Сианы при любой власти были бы в выигрыше, а иметь любовницу, которая крутит наместником, как хочет… Я даже думаю, он собирался помочь Вельве женить Кинрика на себе. И идею отправить рэту в гости к Нейтри придумал тоже он. Вельва надеялась, что будет просто крупный скандал. И планировала воспользоваться случаем затащить опоенного любовным зельем Кинрика к себе в постель. А вот пожар — это уж собственная инициатива чеора та Манга. Он был уверен, что Эммегил его поддержит, а в случае чего — поможет скрыться. Но Эммегилу свидетели тоже были не нужны. Кстати, умирать та Манг не собирался. Когда Гун-хе пришел его допрашивать, он намеревался сбежать через окно, но подоконник сгнил и… в общем, он просто не смог удержаться.

— А нам Эммегил рапортовал о раскрытом заговоре против императора… — медленно кивнул Старрен. — Думал, что раз в империи знают о саругах, то даже расследовать ничего не будут…

— Эммегил старался не допустить свадьбу, потому что рассчитывал забраться на трон наместника по трупам малькан и ифленцев, которые должны были погибнуть во время восстания. — Чеор та Хенвил колюче усмехнулся. — Ему почти удалось. Если бы не…

Он перевел взгляд на Темершану. Улыбка стала мягкой и теплой.

Темери, оказывается, задремала в своем кресле.

Слишком много переживаний, слишком устала… а завтра снова трудный день.

Гости, усовестившись, вспомнили, что пора собираться.

Шедде сказал, что проводит ее и вернется.

Темери проснулась, заметно смутилась. Коридоры крепости казались ей в этот вечер особенно длинными, они к тому же сначала как-то странно покачивались в такт шагам. Потом сон немного отступил. Шеддерик отворил двери и остановился.

— Темери, — окликнул он тихонько.

Она обернулась.

В глазах — вопрос и ожидание.