Наследница пламени (СИ) - Жемчуг Шарлотта - Страница 10

Я направилась к столу и подхватила бокал пунша. Я стояла и наблюдала, как девушки влюбленными глазами смотрят на своих партнеров, а те на них. Смотрелось, как будто все обезумили, возможно любовь это и есть безумие, как доказывает и мой горький опыт. Вдруг я услышала ахи и охи. Когда я обернулась, я увидела Фису, лежащую на руках у Мирона и уже собиравшуюся толпу вокруг них. Я подбежала к Мирону, он подхватил Фису и направлялся с ней к выходу. Она лишь смотрела стеклянными глазами в пустоту и что-то бормотала:

— Огонь…Огонь…здание…огонь…везде пламя…

Я направилась за ним, но увидев это Мирон сказал:

— Она жаловалась на головную боль, в зале душно. Я выведу ее на свежий воздух, а ты оставайся, не переживай.

Я решила его послушаться и надеться, что с моей подругой все хорошо.

Когда я вернулась, я увидела у столика лорда Себастьяна и остановилась. Толпа уже разошлась и все вели себя, как ни в чем не бывало. Огневик начал стремительно приближаться ко мне, с грацией хищника, коим он сейчас и являлся. Подошло время пятого танца, которым обычно был Весенний Вальс.

— Леди, не окажете ли вы мне честь, подарить танец?

— С удовольствием. — Ответила я на вопрос самого лорда Себастьяна!

Все же я сплю.

Мы заняли место в танцевальном рисунке и заиграла музыка.

Шаг, поворот, его руки подхватывают меня за талию, и я взмываю вверх. Мои ладони на его плечах, через секунду меня бережно ставят на паркет и вот мы снова кружимся рука об руку. В это время его огонь утихает и глаза снова напоминают звездную ночь. Он смотрит в мои, я в его, он держит мою руку, я его.

Именно в этот момент я поняла, что всего моего самовнушения хватала лишь до первого взгляда, до первой улыбки, до следующей фразы. Нет больше смысла рассказывать себе, что это неправильно. Не имеет значения сколько проблем и боли это принесет. Да и в принципе, чем это закончится тоже не важно. Потому что теперь я точно уверена, что сделала, то, что поклялась не делать больше никогда. Я влюбилась. Я признаюсь в этом самой себе.

Мы бы так и тонули в глазах друг друга и я бы вечно таяла в его руках, но из противоположных дверей донеся женский крик.

Мы так и замерли в танце, но уже через секунду ринулись на звук. Я бежала, поддерживая платье и проклиная всех, кто посмел разрушить этот момент. Возможно самый лучший момент в моей жизни.

К двери подбежало еще пару парней водников и огневиков, за ней пылал огонь выше моей головы. Я попыталась поглотить огонь, для этого нужно его подчинить, что оказалось невозможным. Мы переводили недоуменный взгляд друг на друга. Лорд Себастьян тоже был в смятении. Вода не помогала, тогда, с отчаяньем в глазах куратор крикнул:

— Все на выход! Огонь не подчиняется, живей!

Последнее было уже не словом, а рычанием. Магистр выстроил огненный щит и отдавал все свои силы для его поддержки, чтобы огонь не распространился дальше.

Все рванули к выходу. Как только последний человек оказался в безопасности я уже достроила кокон вокруг нас с лордом Себастьяном. Он посмотрел на меня с тоской и нежностью, как только понял, что я сделала. В эту минуту было видно, что силы вот-вот окончательно покинут его, тогда я и поняла, что даже последний миг можно продлить. Я взяла лорда Себастьяна за руку и начала вливать в него свои силы, он хотел убрать руку, на, что я лишь крепче сжала его. Мир начинал кружиться, мне становилось холодно. Я не поняла, когда перевернулся мир и я оказалась на руках у магистра и уже где-то далеко слышала:

— Нет прекрати! Я выведу нас. Только не закрывай глаза….

Что пытались донести до меня дальше я уже не слышала, глаза окончательно застелила красная пелена.

Глава 9

Или, как правильно благодарить

Когда я открыла глаза я увидела белый потолок, белые стены, белую простынь и белую сорочку. Видимо я умерла, но, когда я села, поняла, что чувствую себя отлично. Я повернула голову и увидела…Себастьяна. Все же теперь про себя хотя бы я имею право его так называть. Он спас мне жизнь или я спасла его-это уже не важно. Он спал в кресле. Которое стояло около моей кровати. Он был все в том же костюме, рукава которого порядком обгорели. Тени залегли под глазами и выглядел он мягко говоря не очень. Только после моего тщательного исследование магистра, поняла, что он не отходил от моей кровати. У меня точно было магическое истощение, но сейчас мой резерв полон. Сколько же времени на это понадобилось…

Я опять упала на кровать.

— Ты проснулась?

Хрипловатым со сна голосом спросил Себастьян и в одно мгновение оказался на краю моей кровати.

— Как ты себя чувствуешь? — Был задан мне очередной вопрос, а я…потеряла дар речи. Он беспокоится, по-настоящему. Ему не все равно…

Все, что я была в силах сделать это прижаться к Себастьяну и бессовестно разрыдаться на его плече. Я не позволяла себе этого даже перед дедушкой, а сейчас слезы, как будто ручьями лились из моих глаз. Меня так же сжали в объятия крепкие руки и успокаивающе поглаживали по спине. Только тогда до меня дошло, что я в одной сорочке, но я не могла остановиться.

— Тише, тише…Я тоже перепугался. Только не за себя, но все же…

Затем меня мягко от себя отстранили и проникновенным голосом спросили, глядя прямо в глаза:

— Зачем ты это сделала?

— Вы бы погибли там, я бы никогда себе этого не простила.

После этого меня снова захватили в объятья, и мы могли бы так просидеть вечно, пока нас не отвлек стук в дверь.

Себастьян отстранился, устало мне улыбнулся. Встал, открыл дверь. За ней оказались Фиса и Мирон.

Несмотря на присутствие преподавателя Анфиса побежала ко мне и сжала в объятьях и начала говорить, почти плача.

— Ты очнулась! Слава богам! Я так переживала! Я больше тебя нигде одну не оставлю.

Тогда прямо у выхода Себастьян тихо сказал, так, что кроме меня вряд ли кто-либо услышал:

— Я тоже больше тебя не оставлю.

И вышел, затем раздался грохот, и я провалилась в темноту.

Я очнулась опять в той же палате, только рядом вместо кресла стояла еще и ширма, а за ней были видны очертания кровати.

Я подумала, что слишком много пострадавших было на балу и просто не хватает мест. Оказалось, все совсем иначе….

Вторым, что я отметила, это то, что во мне лишь половина резерва моего дара! Хотя при первом пробуждении я была полна сил и энергии. Сейчас же я чувствовала слабость и головную боль. За ширмой что-то зашуршало простынями, затем село. Это определенно мужчина… Очертания были видны плохо, но за счет, так удачно падающего освещения я могла, хоть, что-то различать.

Мужчина сел, затем аккуратно заглянул за ширму. Заглянул уже не какой-то мужчина, а лорд Себастьян. Странно его аура изменилась, стала отсвечивать по синему свечению серебряными искрами. Наверно это был остаток моей энергии, но так много!

Я тоже села, совершенно не стесняясь своего внешнего вида. Огневик выглядел не лучше. Все такое же бледное лицо. Бесформенная белая рубаха и белые же пижамные штаны. В общем обыкновенный лежащий в лазарете человек. Но что-то в его взгляде или в виде, или просто в нем самом было такое, что сейчас, он мне показался идеальнее, чем в черном смокинге, сшитом с иголочки и белоснежной рубашке.

На меня смотрели с недоумением, но очень по-детски и как-то радостно…Ну уж нет! Ари! Ты там, что, головой ударилась? Забудь…Но снова вспомнился бал, вспомнилось и то, что я сама себе же призналась в том, что влюблена…а врать себе- это самое ужасное, что можно сделать в жизни! Поэтому я просто приняла, как данность, что я влюбленная дура и стану собой еще не скоро.

Первый прервал тишину Себастьян:

— Я чего, то не помню, или я тоже отдавал тебе свои силы?

Я признаюсь, не сразу сообразила, о чем он, но потом мы с ним одновременно зажгли небольшие шарики огня. Они были похожи, как две капли воды. Шары, которые в основе бледно голубые и каждый из шаров охватывает белое сияние с серебряными искрами. Это было невероятно…