Инквизитор - не женская профессия - Жемчуг Шарлотта - Страница 15

— У нас с ней общий сын. Из-за этого пришлось ее приютить. — он поставил чашку на место. Уже растворенную магию нельзя было вычислить или убрать.

— Что это?

— Безболезненный способ. — я взяла чашку за ручку и выплеснула все содержимое через стол на Одэя. Тот поставил щит. — Я тебе это прощу только из-за любви, — тогда он передал другую чашку, перед этим конечно же поработав с ней тоже.

— Как ты не понимаешь? Я ни за что это не выпью! — в душе клокотала злоба.

— Объяснись. — он еще и смеется!

— Я никогда не избавлюсь от своего ребенка! Ты только что мне сказал, что где-то неподалеку и твой сын, ты не можешь к нему ничего не чувствовать, иначе бы не пустил их с матерью сюда. Ты не понимаешь, что творишь Марсель, меня все равно найдут. У тебя еще есть шанс просто вернуть меня в замок.

— Ладно, оставь ребенка, я готов потерпеть пару месяцев. — я выдохнула про себя, но он не внял моим словам и подозрительно быстро сдался. — Раз он важен для тебя, то я не хочу делать тебе больно, это скажется на твоих эмоциях, к тому же демон не против твоей новой ауры, а это главное. — говорил он так, будто у него раздвоение личности.

Сколько прошло времени, пока меня вызволили? Ведь в плохую концовку этой истории я отказывалась верить! Представьте себе, мне даже подзаряжали медальон пару раз в месяц. То есть прошло…могла я судить только по малышке, что прошло около трех месяцев. Не буду скрывать, что иногда надежда меня покидала. А вдруг он смирился? — думала я, а потом вспомнила о том, как три года подряд он следил за каждым моим шагом, и вера в лучшее медленно возвращалась вновь. Марсель меня почти не навещал последние дни, я даже подумывала о том, что его нет в замке и как-нибудь решиться на побег.

И вот в один день я почувствовала, будто бабочки порхают в животе. Малышка, моя малышка…это тронуло до слез. В последнее время слишком много может меня до них довести, по правде говоря.

В этот же день я поняла, что замок содрогается. Его я успела полностью исследовать и это не было замком герцога в Нендрии. За приделы комнаты мне вообще нельзя было выходить без охраны, а на улицу мне ход был закрыт я даже не знаю, где этот самый ход, но окно с четвертого этажа, на котором и находились мои покои можно было открыть. В лицо сразу попал порыв ледяного воздуха, зима. А вот за окном было войско. Не знаю сколько человек или вампиров, но не в этом была суть. Возглавлял его конечно же он!

Внутри все перехватило. Я же верила, я знала! Любимые зеленые глаза быстро заметили меня идо меня донесся голос:

— Две минуты, мы взламываем защиту. — на губах против воли расплылась улыбка. Я не отрывала взгляда от Антуана, а он от меня, только временами я видела, как он шевелит губами и ему кто-то отзывается с других сторон замка. Видимо спрашивает про защиту. Затем я услышала звуки уже за своей спиной. Это был Марсель. Вновь безумие залило его глаза, он не задумывался ни на секунду, а я не успела среагировать.

— Ни мне, так никому! — и в меня полетел зеленый сгусток силы. В книгах рассказывают, как при падении перед глазами успевает пронестись вся жизнь и замедляется время и скажу вам только одно — правда это все, только кто бы вам об этом рассказал. Думаю, что мало кому повезло выжить…

Но удача иногда благосклонна, жаль, что так редко, но я не очень жалуюсь. Я успела отделаться легким испугом, как меня подхватило облако магии, затем оно растворилось и так наверно было около десятка «облачков», которые быстро впитывались в меня. А затем я уже была на руках Антуана. Я прижалась к любимому всем телом и лишь всхлипывала, даже слезы со страха отказывались литься.

— Кристи, Кристи… — он покрывал мое лицо поцелуями. — Милая, все в порядке, две минуты, и мы дома. Как же я надеялся. — а мне до безумия не хотелось даже на секунду отрываться от мужа. Я не знала, как вести себя сейчас, как скорее всего и Антуан.

Когда он забирался на коня меня попытались сделать дальше от него, представляете? Я на это не была готова. В итоге мы ехали в карете, и не две минуты, а намного больше.

— Я ведь, как последний дурак поверил написанному, выучил на изусть. — он улыбнулся и положил руку мне на живот. Потом как-то неловко рассмеялся, почувствовав толчок, как и я, а потом стал серьезнее. — Мне жаль. Я буду корить себя за то, что не был в момент, когда этот… — он лишь шумно втянул воздух. — когда он тебя похитил и, когда она… — он снова приложил руки к нашей малышке. — впервые зашевелилась.

— Это не твоя вина. — мне, как никогда нравилось слушать его голос, вдыхать запах исключительно моего мужчины, сидеть в его объятьях…Что-то похожее я чувствовала при расставании с Антуаном в семнадцать лет, но в два раза меньше, или в миллион раз, я без понятия.

— Представь себе в записке было сказано следующее: «Антуан, я всегда знала, что такой Мир не для меня. Ты хотел меня привязать к себе. Тебе это удалось, но ненадолго. Я возвращаюсь домой. Я возвращаюсь одновременно никуда, но я повсюду. Знай, что я все равно тебя люблю. Ты понимаешь, что не удержишь меня. Я не смогу жить, зная, что у нашей девочки может быть вся такая жизнь. Не пытайся меня икать. Антуан, ты сам понимаешь, как лучше. Ведь, если любишь, то просто отпусти…» — на глаза набежали слезы. — Не плачь, все позади. Ему не удалось меня одурачить этой запиской.

— Это писала я, по собственному желанию. В день, как только узнала, об Эвите.

— Эвите?

— У меня было много времени, чтобы подумать над именем. Но тебя не волнует, что я писала такое?

— Волнует, но ты никуда не сбежишь. Даже, если захочешь. Только по тому, как дочка росла я смог восстановить кровную связь. Эвита… — он будто пробовал имя на вкус. — Мне невероятно нравится. Просто знай, что теперь вы с Эвитой от меня не убежите и я обещаю, что сделаю все, чтобы мои девочки были счастливы.