Рубеж (ЛП) - Эдвардс Джанет - Страница 103

— Уже ушел в парк, — ответил папа. — Хочет быть там, когда прибудет еда.

Я засмеялась.

— Нам лучше пойти к нему.

Мы двинулись к парку. В нескольких его точках у столов с едой и питьем собирались толпы людей, но моя семья всегда устраивалась возле детской площадки. Было нечто сюрреалистичное в том, чтобы стоять с членами своего отряда и наблюдать за играми малышей там, где в детстве я провела так много времени. Особенно меня развеселила одна девочка, которая радостно копалась в песочнице, забыв о своем белом праздничном платье.

— Я принес тебе хрустящий шоколадный кекс, Эмбер. — Появившийся Грегас протянул мне угощение.

Я крепко держала Лукаса одной рукой, но свободной приняла взятку.

— Чего ты хочешь, Грегас?

Брат взглянул на меня с раненым видом.

— Не понимаю, о чем ты. Я просто увидел твои любимые кексы и подумал, что надо принести один тебе.

Я скорбно покачала головой.

— Грегас, мы, наверное, уже раз сто проделывали этот ритуал. Просто скажи, чего хочешь.

— Ладно, я бы хотел попросить у тебя маленькое одолжение, — признался брат. — Я решил последовать совету Базз и перебраться в комнату в одном из районов сил законопорядка на подростковом уровне. Не знаю, как объяснить переезд родителям, ведь тебе известно, наш папа считает неправильным, когда подростки требуют смены комнаты, но если ты скажешь им, что, по-твоему, это хорошая идея…

Я засмеялась.

— Грегас, тебе не нужно, чтобы я что-либо объясняла нашим родителям. Просто скажи, мол, после фиаско с чайкой ты решил, что должен переехать подальше от Уэсли и завести более ответственных друзей.

— Это может сработать, — задумчиво согласился брат 145a05. — Но вдруг они продолжат возражать?

— Тогда, обещаю, я их уговорю, — сказала я. — Но делам придется подождать до наступления Нового года. Прямо сейчас я должна остаться с Лукасом.

Грегас встревоженно взглянул на моего командира-тактика и, понизив голос, прошептал мне:

— С ним происходит что-то ужасное. Я только что получил от него холодный мрачный отклик.

Обычно я избегала пользоваться телепатией рядом с семьей, но на сей раз рискнула проверить разум Лукаса. И обнаружила, что его обычно блестящие быстрые мыслительные цепи подернуты серым и медленно тянутся сквозь туман отчаяния. Я смогла выдержать лишь секунду, изучая их, а затем вернулась в свою голову, но этого мгновения оказалось достаточно, чтобы получить ответ на вопрос, чем занимался Лукас на подростковом уровне.

В последний раз он выходил к экспресс-ленте на Новый год в шесть лет, когда отец от него отказался. Сейчас же видел своих старых призраков, а подсознание кричало ему, что этот праздник окончится такой же катастрофой, как и прошлый.

Нет, все будет не так же, а даже хуже. В прошлый раз Лукас потерял только отца. Сейчас лишится и меня, и любимой работы. Мы пойдем к экспресс-ленте, с наступлением Нового года я его отвергну, а потом закрою перед ним двери отдела.

Я знала, что не смогу спорить с подсознанием Лукаса. Меня тянуло утащить любимого куда-нибудь в тихое место и заверить: ему необязательно проходить через все эти муки, чтобы провести со мной Новый год. Мы не обязаны идти к экспресс-ленте. И не обязаны отмечать с моей семьей. Мы можем скрыться вместе и пропустить весь праздник.

Но Лукас находился здесь не только из-за меня. Базз и Адика решили присоединиться к моему семейному празднованию по своим причинам. Лукас тоже. Он счел, что пора встретиться со старыми призраками, значит, я должна поддержать любимого, а не умалять его усилия.

Я прошептала в ответ Грегасу:

— Ты видел, как у меня были проблемы после чрезвычайного рейда. И сам испытывал сложности после шквала полученных откликов. Сейчас Лукасу плохо, но он будет в полном порядке, как только наступит Новый год.

Лицо Грегаса выразило сомнение.

— Что бы с ним ни происходило, он не сможет так быстро придти в себя.

— Лукас обрабатывает информацию и эмоции на сверхчеловеческой скорости, — заверила я.

Брат пожал плечами.

— Ладно, ты истинный телепат, тебе виднее.

Я посмотрела, как он отошел к родителям, и растерянно покачала головой. Небрежность, с которой Грегас это произнес, показала мне, что брат принял и свои, и мои способности. Как ему удалось сделать это так быстро, если я месяцами мучительно приспосабливалась к своей телепатии?

Мне пришла в голову зловещая мысль. Моего брата выбрали в участники подростковой игры. Он защитил себя от дикой пчелы так, что произвел впечатление даже на Адику. Грегас узнал сокрушительные новости о себе и обо мне и мгновенно отразил удар.

Нет, я не хотела беспокоиться о том, что лотерея сделает с пограничным телепатом, обладающим таким списком качеств. У Грегаса еще есть время, а я должна сосредоточиться на Лукасе.

Я съела хрустящий кекс, а потом не отпускала любимого, пока солнца медленно угасали до лунной яркости повсюду в парке, кроме районов с наполненными едой столами. Когда тени углубились, включились новогодние украшения: деревья нарядили в белые фонари в форме танцующих детей.

Наконец, оставшиеся солнца трижды вспыхнули красным в знак приближения Нового года к Синей зоне. Наша группа собралась вместе и направилась к ближайшей экспресс-ленте, идущей на юг. Мы миновали группу лифтов, когда двери одного из них вдруг открылись, и к нам вышел Форж. Базз нахмурилась, но он послал ей совершенно невинный взгляд и спросил:

— Что ты здесь делаешь?

— Я решила провести Новый год с Эмбер.

— Какое счастливое совпадение, — сказал Форж. — Мои родители живут прямо над этим местом на четырнадцатом уровне, поэтому я подумал, что стоит спуститься на лифте и пожелать Эмбер новогодней удачи.

— Еще одно счастливое совпадение в том, что у меня красный праздничный наряд, а у тебя — красный с черным, — подозрительно заметила Базз.

— У меня традиция носить цвета Хеллоуина в другие праздники улья, — объяснил Форж.

— Точно, — подтвердила я. — В прошлый Праздник Форж надел не только красный с черным костюм, но еще и хеллоуинскую маску. Шанна принесла праздничные для всех подростков в нашем коридоре и взбесилась, что Форж выбрал не ту.

— Мне стоило послать Шанну в утиль, — сказал Форж. — Но мне показалось, не надо ссориться перед тем, как лотерея разлучит нас навсегда. Я просто сказал, что должен оставаться собой.

Базз кивнула.

— Каждый должен оставаться собой.

Мы подошли к группе людей, стоявших возле той точки, где экспресс-, средняя и медленная лента двигались с одинаковой скоростью. Лукас застыл рядом со мной молчаливой статуей, но все остальные продолжали разговаривать, пока знак над лентами не мигнул три раза. Болтовня резко прервалась, и все повернулись на север.

В повисшей тишине раздался возбужденный крик малыша:

— Новый год идет!

За взрывом смеха последовала еще минута ожидания, а затем послышались аплодисменты и приближающиеся с севера по коридору поздравления. По ленте к нам подъезжала фигура. Мужчина с несомненно фальшивыми длинными волосами и бородой, такой же белой, как его развевающаяся одежда. Серебряные песочные часы в правой руке украшало число 2533.

Люди захлопали в ладоши, их внимание разрывалось между приближающимся мужчиной и цифрами на знаке над головой. Когда фигура Нового года прошла под ним, номер сменился с 2532 на 2533, и все закричали: «Новогодней удачи!»

— Новогодней удачи! — присоединилась я к крику, и застывшая фигура Лукаса внезапно ожила. Он повернулся ко мне и одарил очаровательной улыбкой.

— Новогодней удачи! — эхом прозвучали его слова.

На кратчайший миг я проверила его разум. Туман отчаяния уходил, и мысли возвращались к нормальной скорости и яркости. Я вспомнила, как избавилась от тени Тобиаса. Лукас очищался от теней своего прошлого.

Мы с ним посмотрели, как экспресс-лента унесла Новый год на юг, затем вновь повернулись к северу, чтобы взглянуть на первых пассажиров. Их возглавляла Леди Удача в золотом костюме, она несла корзину шоколадок с добрыми пожеланиями и бросала их в людей. Едва заметив нашу группу, Удача уронила уже почти опустевшую корзину на ленту и взяла новую, полную из кучи стоящих возле. Поравнявшись с нами, она повернулась и осыпала нас дождем из сладостей.