МИ (Цикл) - Гудкайнд Терри - Страница 265

— У меня много вопросов, и я хочу получить ответы.

— Мы рады видеть, что ты еще сохранил рассудок, Ричард, — сказала сестра Верна. — И до сих пор жив.

— Почему сестра Грейс покончила с собой? Почему вы допустили это?

Сестра Элизабет шагнула вперед, держа в руках открытый ошейник.

— Мы уже говорили тебе, обсуждения закончены. Теперь все будет идти по правилам.

— У меня тоже есть свои правила, — сжал кулаки Ричард. — И вот первое: никто из вас сегодня себя не убьет.

Они пропустили его слова мимо ушей.

— Ты будешь слушать. Я, сестра Света Элизабет Майрик, объявляю тебе второе основание Рада-Хань и даю тебе вторую возможность принять нашу помощь. Первое из трех оснований для Рада-Хань заключается в том, чтобы избавить тебя от головной боли и сделать твой мозг восприимчивым для обучения. Ты отверг первое предложение. Я принесла тебе второе. — Она посмотрела ему в глаза, чтобы удостовериться, что он внимательно слушает. — Второе основание Рада-Хань состоит в том, что он позволит нам управлять тобой.

— Управлять мной? — насторожился Ричард. — Что вы хотите этим сказать?

— То, что я сказала.

— Я не собираюсь надевать на шею кольцо, чтобы вы могли управлять мной. — Он слегка наклонился вперед. — Да и по любой другой причине.

Сестра Элизабет подняла ошейник выше.

— Как тебе уже было сказано, принять второе предложение гораздо труднее. Но прошу тебя, поверь, ты находишься в большой опасности. Твое время на исходе. Пожалуйста, прими второе предложение сейчас. Согласиться с третьим основанием Рада-Хань будет еще труднее.

В глазах Ричарда появилось выражение, которое Кэлен видела у него лишь однажды — когда ему в первый раз предложили принять ошейник. Что-то нечеловеческое, что-то пугающее. По коже у нее пробежали мурашки. Когда он заговорил, в его голосе не осталось и следа гнева.

— Я уже сказал, — прошептал он. — Я не надену ошейник. Ни ради кого. Ни ради чего. Если вы хотите научить меня управлять даром, мы можем поговорить об этом. В мире происходят вещи, о которых вы и понятия не имеете. Вещи важные и чрезвычайно опасные. На мне как на Искателе лежит большая ответственность. Я не ребенок, как те, с кем вы привыкли иметь дело. Я уже вырос. И мы можем все обсудить.

Сестра Элизабет уставилась на него буравящим взглядом. Ричард отступил на шаг. Он закрыл глаза и качнулся, но внезапно выпрямился и полной грудью вдохнул воздух. Теперь он смотрел на сестру так же, как она на него. Между ними что-то произошло за эти несколько секунд, но Кэлен даже предположить не могла, что именно.

Взгляд сестры Элизабет вновь стал обычным. Ее руки, держащие ошейник, опустились, а голос понизился до испуганного шепота:

— Принимаешь ли ты второе предложение и Рада-Хань?

Голос Ричарда обрел прежнюю властность:

— Отвергаю.

Сестра Элизабет побледнела и, мгновение помедлив, повернулась к сестре Верне.

— Прости, сестра, я потерпела неудачу. — Она вложила Рада-Хань ей в руки. — Теперь все зависит от тебя.

Сестра Верна поцеловала ее в обе щеки.

— Свет простит тебя, сестра.

Сестра Элизабет опять повернулась к Ричарду. Лицо ее приняло отрешенное выражение.

— Пусть Свет будет благосклонен к тебе. Пусть придет день, когда ты отыщешь путь.

Ричард стоял, уперев кулаки в бока, и не сводил с нее глаз. Она запрокинула голову и так же, как сестра Грейс, встряхнула рукавом. В руке у нее сверкнул длинный нож с серебряной рукоятью. Ричард продолжал спокойно смотреть на нее. Она развернула нож острием к себе. Кэлен затаила дыхание, зная, что эта женщина хочет убить себя. Тишина, казалось, стала осязаемой. На мгновение, равное одному биению сердца, все застыли, как изваяния.

Но одновременно с первым движением кинжала Ричард метнулся вперед. Его скорость была поразительна. Прежде чем сестра Элизабет успела осознать, что случилось, Ричард перехватил ее руку и вырвал нож из ее пальцев. Она попыталась удержать оружие, но Ричард был гораздо сильнее.

— Я же сказал вам о своих правилах. Я не позволю тебе покончить с собой.

— Прошу тебя! Дай свершиться… — Внезапно она вздрогнула. Голова ее запрокинулась. Из глаз вырвался ослепительный луч, и сестра Элизабет рухнула на землю. Сестра Верна, наклонившись, выдернула из тела свой нож и в упор посмотрела на Ричарда:

— Ты должен похоронить ее сам. Если это сделает кто-то другой, тебя до конца жизни будут мучить кошмары, порожденные магией. От них нет спасения.

— Ты убила ее! Ты убийца! Как ты могла это сделать?

По-прежнему глядя на Ричарда, сестра Верна убрала нож в складки одежды. Потом она подошла к нему и, взяв нож убитой из его рук, спрятала оружие в одежде убитой.

— Ее убил ты, — прошептала она.

— Кровь на твоих руках!

— Кровь остается на топоре, но топор не действует сам по себе.

Рука Ричарда метнулась к ее горлу. Сестра не двинулась с места, она просто стояла и смотрела на него. Руки его наткнулись на невидимый барьер, и, как он ни пытался его сокрушить, у него ничего не выходило. А сестра Верна продолжала смотреть ему в глаза.

Только теперь Кэлен поняла, кто такие сестры Света.

Внезапно Ричард перестал прилагать усилия. Он опустил руки и заметно расслабился. Лицо его приняло спокойное выражение. А потом его рука мягко двинулась вперед, и в следующее мгновение пальцы сомкнулись на ее горле. В глазах сестры Верны мелькнул испуг, смешанный с недоверием.

— Ричард, — сердито прошептала она. — Убери руку.

— Как ты сама сказала, это не игрушки. Почему ты убила ее?

Внезапно он почувствовал, что теряет вес. По-прежнему держа сестру за горло, он повис над полом на высоте в несколько дюймов. Когда она поняла, что он не собирается подчиняться, в воздухе вспыхнуло пламя и охватило их обоих ревущим кольцом.

— Я сказала, убери руку.

Казалось, еще мгновение — и огонь пожрет Ричарда. Не успев даже понять, что она делает, Кэлен простерла руку по направлению к сестре Света. Из пальцев вырвалась голубая молния и с треском рассыпалась по стенам, а Кэлен прилагала отчаянные усилия, чтобы удержать рвущуюся на свободу мощь. Полутемная комната озарилась голубыми всполохами.

— Довольно! — Голубые нити всосали в себя ревущее пламя. — На сегодня достаточно убийств! — Молнии погасли.

В доме духов опять воцарилась тишина. Сестра Верна поглядела на Кэлен. В глазах ее плясала ярость. Ричард опустился на пол и отпустил ее горло.

— Я не причинила бы ему вреда. Я только хотела его припугнуть и заставить слушаться. — Она повернулась к Ричарду. — Кто научил тебя разбивать сеть?

— Никто. Я сам научился. Почему ты убила сестру Элизабет?

— Сам научился! — передразнила она. — Я говорила тебе. Это не игра. Мы соблюдаем правила. — Голос ее пресекся. — Я знала сестру Элизабет много лет. Если ты когда-нибудь видел свой меч белым, то, быть может, поймешь, чего мне стоило сделать то, что я сделала.

Ричард ничего не сказал ей насчет меча.

— И ты воображаешь, что после этого я тебе поверю?

— Твое время истекает, Ричард. После того, что я увидела сегодня, я буду удивлена, если боль не убьет тебя, и очень скоро. Не понимаю, как тебе до сих пор удается оставаться хотя бы в сознании. Но что бы ни защищало тебя, этой защиты надолго не хватит. Я понимаю, что тебе отвратительно видеть чью-нибудь смерть. Поверь, мне тоже, но все, что делается, делается для тебя, для спасения твоей жизни. — Она повернулась к Кэлен. — Будь крайне осмотрительна с применением силы, которой ты обладаешь, Мать-Исповедница. Сомневаюсь, что ты хотя бы отчасти представляешь себе, насколько она опасна. — Взгляд ее карих глаз вновь переместился на Ричарда. — Ты услышал первое и второе предложение и отверг их. Я еще вернусь. — Она наклонилась к нему. — У тебя осталась последняя возможность. Если ты откажешься от нашей помощи в третий раз, ты умрешь. Подумай об этом хорошенько, Ричард.

Как только дверь за сестрой Верной закрылась, Ричард склонился над телом убитой.