МИ (Цикл) - Гудкайнд Терри - Страница 282

— Не знаю. Не обратил внимания. Впрочем, это действительно было больше похоже на час.

Он начал собирать свои немногочисленные пожитки. Чем больше он размышлял над тем, что увидел, тем менее реальным ему это представлялось. Словно сон, который после пробуждения быстро тускнеет в памяти. Отчетливый, страшный, но все же — сон. Ричард почувствовал себя последним дураком: ну надо же, испугаться сна! Он смертельно устал и, вероятно, пока пытался сосредоточиться на мече, незаметно для себя уснул. Это, кстати, объясняет, почему ему показалось, что прошло всего несколько минут. Он уснул, а вся эта чушь ему просто приснилась.

Ричард тяжело вздохнул. Он чувствовал слабость, но вместе с тем и облегчение. Ощутив на себе пристальный взгляд сестры Верны, он обернулся.

— Ну а теперь ты не хочешь побриться? Теперь, когда убедился, что я стараюсь тебе только помочь?

Ричард выпрямился.

— Я уже говорил: пленники не бреются.

— Ты не пленник, Ричард.

Ричард не торопясь скатал одеяло и тщательно уложил его в мешок.

— Ты согласишься снять с меня ошейник?

Она ответила не сразу, но ответила решительно:

— Нет. Только когда придет время.

— Могу ли я покинуть тебя и идти, куда пожелаю?

Она нетерпеливо вздохнула:

— Нет, ты должен идти со мной.

— А если я все-таки попытаюсь?

Ее глаза сузились:

— Тогда мне придется применить силу. Лучше тебе не пробовать.

Ричард выразительно кивнул.

— В моем понимании это и есть пленник. И до тех пор, пока я в плену, бриться не собираюсь.

Лошади тихонько заржали, когда подошел Ричард, и потянулись к нему. Сестра Верна посмотрела на них подозрительно. Приговаривая что-то ласковое, Ричард достал скребницу и принялся чистить лошадей, обращая особое внимание на их спины.

Сестра Верна скрестила руки на груди:

— Зачем ты это делаешь? Ты же чистил их вчера вечером.

— Потому что лошади любят покататься по земле. Для коня комок грязи под седлом — все равно что для тебя камешек в ботинке. Только лошадь не может остановиться и вытряхнуть камень. Я предпочитаю лишний раз почистить, чем потом идти пешком.

Закончив, Ричард убрал скребницу.

— Кстати, а как их зовут?

Сестра Верна недоуменно нахмурилась.

— Никак. Это же лошади. Неразумные животные. Зачем им имена?

Ричард показал на жеребца, который вез сестру Верну.

— Ты не дала имени даже собственному коню?

— Это не мой конь. Лошади общие. Я просто беру первую попавшуюся. До вчерашнего дня я ездила на той, на которой сейчас едешь ты. Какая разница? Все они одинаковы.

— Ну что ж, значит, с сегодняшнего дня у каждой будет свое имя. Чтобы не было недоразумений. У тебя жеребец, значит, назовем его Джеком. Моя кобыла будет зваться Бонни, а та, что свободна, — Джеральдина.

— Джек, Бонни и Джеральдина! — фыркнула сестра Верна. — Не сомневаюсь, что это из книжки «Приключения Бонни Дэй».

— Рад слышать, что ты читала не только пророчества, сестра Верна.

— Как я уже говорила, волшебники попадают во Дворец, как правило, в весьма юном возрасте. Один мальчик принес с собой эту книжонку. Я ее пролистала, чтобы выяснить, насколько она подходяща для юного ума, и обнаружила, что это абсолютно нелепая история о трех людях, которые наживают себе неприятности исключительно потому, что не отягощены ни малейшим проблеском ума.

Ричард усмехнулся:

— Значит, это самые подходящие имена для «неразумных животных».

Она осуждающе посмотрела на него:

— «Приключения Бонни Дэй» — глупая и бесполезная книжка. Бесполезная во всех отношениях. Я ее сожгла.

Ричард был огорчен, но вида не подал.

— Мой отец… Вернее, человек, который воспитал меня как своего сына, Джордж Сайфер… Он часто путешествовал. Однажды из очередной поездки он привез мне эту книгу, чтобы я учился по ней читать. Это была первая книга в моей жизни, я перечитывал ее много раз. Я получил массу удовольствия. Кроме того, она научила меня думать. Я, как и ты, решил, что эта троица натворила уйму глупостей, и дал себе слово никогда не повторять их ошибки. Ты можешь считать эту книгу бесполезной, но меня она научила многому. И прежде всего размышлять. Но, быть может, для ваших учеников это качество не является обязательным? — Он отвернулся и начал неторопливо раскладывать на земле упряжь. — Мой настоящий отец, Даркен Рал, недавно навестил наше жилище. Он искал сына, чтобы вспороть ему живот и по его внутренностям прочесть кое-какую информацию. Проще говоря, он хотел убить меня так же, как убил Джорджа Сайфера. — Он бросил быстрый взгляд на сестру Верну. — Но меня не оказалось дома, и, пока он ждал меня, он разорвал эту книгу, а страницы разбросал по полу. Тоже, наверное, не хотел, чтобы я задумывался над ее уроками.

Сестра Верна ничего не ответила. Она молча смотрела, как Ричард развязывает уздечки и высвобождает удила. Он слышал за спиной ее сердитое дыхание.

— Я не собираюсь звать лошадей по именам, — с неожиданным упрямством сказала она.

Ричард аккуратно положил стальные шипастые удила одно на другое.

— Тебе придется пересмотреть свое мудрое решение, сестра Верна.

Она сделала несколько шагов и встала так, чтобы он мог ее видеть.

— Что ты задумал? Зачем ты отвязал удила?

Ричард вынул из ножен меч. Воздух наполнился магическим звоном, а в глазах Ричарда вспыхнул гнев.

— Я разобью их, сестра.

Он поднял меч и, не успела она опомниться, с яростным криком обрушил его на удила. Посыпались искры, и удила превратились в бесполезные кусочки горячего металла.

Сестра Верна рванулась вперед:

— Ты с ума сошел! Как мы теперь будем управлять лошадьми?!

— Удила с шипами — это жестокость. Я не позволю тебе ими пользоваться.

— Проклятие! Это же просто неразумные животные! По-другому они не понимают!

— Животные! — буркнул Ричард, убирая меч в ножны. Он накинул на Бонни уздечку и продел поводья сквозь кольца сбруи. — Чтобы управлять лошадью, мундштук не нужен. Я покажу тебе, как это делается. Кроме того, теперь они смогут щипать траву по пути и будут довольны.

— Это опасно! Они упрямы, и без шипов с ними не справиться!

Ричард хмуро взглянул на сестру:

— Есть много способов заставить лошадь слушаться.

— Без мундштуков это невозможно.

— Чушь. Опытному наезднику достаточно собственного тела. Только надо, чтобы лошадь понимала тебя и доверяла тебе.

Сестра Верна шагнула вперед:

— Это глупо! И опасно! Здесь и без того хватает опасностей. Если мы угодим в переплет, лошадь может испугаться и понести. Как ты ее остановишь без удил с шипами?

Ричард посмотрел ей прямо в глаза:

— Иногда хочешь одного, а выходит прямо противоположное. Если мы окажемся в опасности и ты захочешь резко остановить лошадь, то можешь просто-напросто порвать ей губы. От боли, гнева и ужаса она вообще перестанет подчиняться. Она просто обезумеет. Она будет думать только о том, что раз за разом всадник причиняет ей боль, и чем дальше, тем больше. Она может тебя сбросить, и счастье еще, если после этого просто убежит в испуге. А если слишком разъярится, то затопчет тебя. Видишь? Ты думала, что удила с шипами тебя спасут, а на деле окажется, что они тебя погубили. Если мы будем проезжать через какой-нибудь город, я, так и быть, разрешу тебе купить обычные гладкие удила и пользоваться ими. Но пока мы вместе, совать лошади в рот острые шипы я не позволю.

Сестра глубоко вздохнула, стараясь успокоиться, и вновь скрестила руки на груди.

— Ричард, мы не сможем править лошадьми без мундштуков. Это же так просто.

Он улыбнулся ей уголком рта.

— Уверяю тебя, сможем. Я тебя научу. Худшее, что может случиться, — лошадь понесет, и тебе не удастся остановить ее сразу. Но рано или поздно ты ее остановишь. А если воспользоваться острыми удилами, и ты, и лошадь можете серьезно пострадать или погибнуть. — Он похлопал Бонни по шее. — Прежде всего вам необходимо подружиться. Лошадь должна быть уверена, что ты будешь заботиться о ней и никогда не причинишь ей боли. Если вы подружитесь, лошадь сама не допустит, чтобы с тобой что-то случилось. Она сделает все, что ты захочешь. На самом деле это совсем нетрудно. От тебя требуется, помимо твердой руки, лишь немного любви и уважения. Но если вы собираетесь подружиться, лошади нужно имя, чтобы она знала, когда к ней обращаются. — Ричард протянул руку, и Бонни ткнулась ему в ладонь. — Не правда ли, Бонни? Хорошая девочка. Ну конечно, хорошая. — Он через плечо посмотрел на сестру Верну. — Джек любит, если ему почесать под мордой. Попробуй показать ему, что хочешь с ним подружиться. — Он насмешливо улыбнулся. — Так или иначе, сестра Верна, твоих любимых удил больше нет. Придется тебе учиться обходиться без них.