МИ (Цикл) - Гудкайнд Терри - Страница 389

— А я-то думал, что мы здесь — одна большая, счастливая семья, — съехидничал Ричард.

— Между волшебниками существуют свои негласные отношения, — ответила Паша. — Самые могущественные борются за первенство. Иногда эта борьба становится очень опасной. Джедидия считается гордостью Дворца. Ему не по душе одна даже мысль об угрозе его превосходству.

— Едва ли я могу представлять угрозу для волшебника.

— Джедидия не убил ни одного мрисвиза, и об этом все знают.

Ричард, чувствовавший себя несколько неудобно в выбранном Пашей красном плаще, пытался найти утешение в чечевичной каше, которую приготовили специально для него. Паша надела роскошное темно-зеленое платье, которое скорее обнажало, чем прикрывало ее тело. Ричард подумал, что ее грудь открыта более, чем позволяет стыдливость. Молодые люди, приглашенные сестрами или своими наставницами-послушницами, ели мало, но постоянно смотрели на женщин. Никто из них не оставил без внимания Пашу.

Многие подходили к ним, представлялись Ричарду, говорили, что хотят с ним познакомиться, и обещали показать ему наиболее интересные места в городе. При этих словах Паша краснела. Ричард спросил кого-то, знает ли он, где воины покупают пиво, и новый знакомец пообещал проводить его туда, когда он захочет.

К нему подходили и сестры — молодые и пожилые, хорошенькие и не очень. Все они вели себя так, словно вчера ничего не случилось. Когда Ричард спросил Пашу, она ответила, что сестры Света понимают трудности молодых людей, которые попадают в незнакомую обстановку. Одни сестры улыбались и говорили, что им было бы приятно с ним работать. Другие строго заявляли, что не потерпят с его стороны никакого нерадения. Он, в свою очередь, обещал, что и сам не даст никому повода упрекнуть его, удивляясь собственным речам.

Уже в самом конце ужина прибежали две хорошенькие девушки, одна в розовом атласном платье, другая — в желтом. Они переходили от столика к столику и нашептывали что-то молодым людям. Наконец обе остановились у столика, где сидели Ричард с Пашей. Одна из них наклонилась к Паше.

— Ты слышала? Джедидия свалился с лестницы! — Глаза ее так и блестели. — И, представляешь, ногу сломал!

Паша охнула:

— Не может быть! Мы ж только что его видели.

Девушка захихикала:

— В том-то и дело. Это произошло всего несколько минут назад! С ним сейчас работают целительницы.

— Но как это случилось?

Девушка пожала плечами:

— Обычная неловкость. Споткнулся на ковре и грохнулся. — Она понизила голос. — Говорят, он от ярости испепелил ковер.

— Волшебным огнем?! Во Дворце? — изумилась Паша. — Но это же преступление…

— Нет-нет, не волшебным, конечно, глупенькая. Даже Джедидия не настолько нагл. Огонь был обыкновенный. Но это же — один из самых старинных ковров во Дворце! Сестры очень недовольны подобной несдержанностью. Они сделали так, чтобы у него все прошло только к утру. В наказание.

Пересказав свежую сплетню, девушки обратили внимание на Ричарда. Паша представила их как своих подруг, Селию и Дульчи. Послушниц, которые также имели учеников. Ричард разговаривал с ними весьма любезно и даже похвалил их туалеты и прически. Обе заулыбались.

Когда они наконец ушли, Паша взяла его за руку и поблагодарила.

— За что? — удивился он.

— До сих пор мне еще не позволяли ужинать вместе с сестрами и с послушницами, у которых есть ученики. Это — в первый раз. Ты был так любезен со всеми! Я страшно рада, что мы здесь сегодня вместе. И ты такой красивый в этом наряде.

— К такому платью ты могла бы подобрать и более высокородного спутника, — заметил Ричард, расстегивая кружевной ворот. — Но я никогда не носил таких нарядов. По-моему, на мне все это смотрится как-то нелепо.

Паша довольно улыбнулась:

— Можешь не сомневаться, что Селия и Дульчи отнюдь не считают, что у тебя нелепый вид. Удивительно, что ты не заметил, как блестели их глаза. Мне даже показалось, что им захотелось сесть к тебе на колени.

Ричард подумал, что, если этим девчонкам так нравятся красные плащи, он может подарить им свой, но предпочел не высказывать столь крамольную мысль.

— А почему видные волшебники вроде Джедидии, — спросил он, — не носят подобных нарядов?

— Их носят только новички, и только они имеют право свободно выходить в город. Чем больших успехов добивается ученик в магии, тем скромнее он должен одеваться. Вот почему Джедидия, который почти что выпускник, носит простой коричневый балахон.

— В чем же смысл столь странного правила?

— В том, чтобы учиться скромности. Красивые наряды, большие деньги, большая свобода — для тех, у кого меньше могущества. Все эти вещи сами по себе не заслуживают уважения. Молодые люди должны понять, что главное — их дар, а не внешние соблазны.

— Тогда для меня эти наряды — вроде понижения. Я уже и так одевался скромно.

— Тебе еще не положены скромные одежды. Иногда, если пожелаешь, ты можешь носить свою старую одежду. Но только не балахон! Горожане всегда определяют силу и возможности волшебников по их одежде. Волшебникам в простой одежде не дозволено появляться в городе. — Она улыбнулась. — Когда-нибудь, когда ты достигнешь больших успехов, тебе позволят носить балахон, как настоящему волшебнику.

— Мне больше по душе моя собственная одежда, — огрызнулся Ричард.

— Когда с тебя снимут ошейник и ты уйдешь из Дворца, ты сможешь и одеваться, как пожелаешь. Но большинство предпочитают одеяния, присущие их занятию, и носят их всю жизнь.

Ричард решил сменить тему.

— Я хочу увидеться с Уорреном. Скажи мне, как его найти?

— Сейчас? На ночь глядя? — удивилась Паша. — Ричард, сегодня был долгий день, а я еще должна дать тебе первый урок.

— Скажи, как спуститься вниз. Смогу ли я найти там в столь поздний час Уоррена?

— Труднее сказать, бывает ли он в других местах. Он, кажется, и спит среди книг. Удивительно, что он сегодня поднялся наверх. Об этом будут сплетничать еще неделю.

— Я не хочу, чтобы он думал, будто я забыл о нем, — пояснил Ричард. — Как мне туда пройти?

— Ну хорошо, — сдалась Паша. — Пойдем, раз уж ты так настаиваешь. Я должна повсюду сопровождать тебя. Пока, разумеется.

Глава 54

Паша и Ричард спускались по черной лестнице в скрипториум. Не в пример парадной дворцовой лестнице эта была самая обычная, очень древняя, местами нуждавшаяся в починке. В отличие от верхних покоев здесь нигде не было видно прислуги.

Стены из грубого камня. Вместо масляных ламп — чадящие факелы. И мертвая тишина.

Кое-где сквозь камень сочилась вода.

— Что хранится в этих подвалах? — спросил Ричард.

— Книги пророчеств, а еще — исторические хроники и дворцовые документы, — ответила Паша.

— Но почему здесь?

— Для людей неподготовленных пророчества опасны. Общий обзор пророчеств изучают все послушницы, но лишь некоторым сестрам дозволено читать и изучать их. Эти сестры обучают волшебников, которые проявляют способности к работе с пророческими книгами. Здесь работают несколько молодых людей, и среди них Уоррен — то же, что Джедидия среди остальных. У каждого волшебника — свой дар. Так и у тебя. Мы должны раскрыть твой дар, должны понять, какая область магии — твоя. Иначе трудно будет обучить тебя как следует.

— Сестра Верна мне об этом немного рассказывала. Так к чему же у меня, по-твоему, склонности?

— Обычно мы выясняем это, изучая личность ученика. Одни любят работать руками. Такие создают потом всякие разные волшебные вещи. Другим нравится помогать больным и раненым. Из таких как раз вырастают целители.

— А я?

— Знаешь, мы никогда еще не видели таких, как ты, — призналась Паша, и лицо ее стало серьезным. Впрочем, улыбка вернулась к ней почти мгновенно. — Не расстраивайся, мы обязательно это поймем.

Они дошли до тяжелой каменной двери. За дверью виднелся темный коридор, ведущий в комнаты, вырубленные в скале, которая служила фундаментом всему Дворцу. Лампы едва освещали эти искусственные пещеры. На столах повсюду валялись книги и пергаменты. На стенах были высокие стеллажи. За столами в ближайшей ко входу комнате сидели две женщины и делали при свечах какие-то записи.