МИ (Цикл) - Гудкайнд Терри - Страница 495

Вдруг она резко вскинула голову.

— О Создатель, ведь именно этот барьер не позволяет нам воспользоваться Хань, когда мы спим! Если бы его не существовало, человек не мог бы контролировать свой Хань во сне.

Уоррен кивнул:

— Мы держим наш Хань под контролем. Наше воображение может воплотиться в реальность. Но его, когда мы бодрствуем, контролирует разум. — Он наклонился к Верне, его голубые глаза загорелись. — А во сне этих ограничений нет. В них сноходец способен изменять реальность. А обладающие даром вполне могут воплотить в жизнь его указания.

— Действительно, оружие, — прошептала Верна.

Потянув Уоррена за руку, она устремилась к выходу. Какой бы ни была пугающей неизвестность, когда рядом друг, как-то спокойнее. В голове у нее роились вопросы и сомнения. Но теперь она аббатиса, и именно ей предстоит найти ответы, прежде чем начнутся неприятности.

— А кто, кстати, умер? — спросил вдруг Уоррен.

— Аббатиса и Натан, — машинально ответила Верна, поскольку мысли ее витали совсем в другой области.

— Нет, их похоронили, как полагается. Я имел в виду, кто еще?

Верна остановилась.

— Кроме аббатисы и Натана? Никто. У нас довольно давно никто не умирал.

В синих глазах чародея отражался свет лампы.

— Тогда зачем понадобились услуги могильщиков?

Глава 19

Ричард спрыгнул с коня и бросил поводья подбежавшему солдату. Следом за ним во двор галопом влетел конный отряд из двух сотен человек. Ричард похлопал по шее разгоряченного скакуна, а Улик с Иганом тем временем слезли со своих лошадей. Пар от дыхания людей и животных поднимался в морозном воздухе. Солдаты были обескуражены и в растерянности молчали. Ричарда переполнял гнев. Стянув толстую перчатку, он поскреб четырехдневную щетину на подбородке и зевнул. Он устал и был голоден. Но главным образом он был исключительно зол. Следопыты, которых он взял с собой, знали свое дело отлично. Генерал Райбих уверял, что это самые лучшие его разведчики — но как бы хороши они ни были, мастерство их оказалось недостаточно высоким. Ричард и сам был опытным следопытом, но метель сильно осложнила дело, и в конце концов пришлось вернуться ни с чем. Вообще-то в погоне не было особой необходимости, просто Ричард чувствовал, что его обвели вокруг пальца. Ему был брошен вызов, и он с ним не справился. Ни в коем случае нельзя было доверять этому Брогану. Ну почему он всегда верит, что людей можно убедить разумными доводами?

Почему каждый раз считает, что они в душе все хорошие и если дать им возможность, это непременно проявится?

По дороге к дворцу Ричард попросил Улика с Иганом найти генерала Райбиха. Он подозревал, что за время его отсутствия случилось еще какая-нибудь неприятность. Мрачный замок Волшебника взирал на него со склона горы, как темный великан с холодным снежным плащом на гранитных плечах.

На кухне суетилась госпожа Сандерхолт. Ричард поинтересовался, не найдется ли что-нибудь поесть для него и двух его телохранителей. Сухари, остатки супа — все равно что. Госпожа Сандерхолт, заметив, что он расстроен, ободряюще сжала ему плечо и попросила подождать, пока она что-нибудь быстренько сообразит. Ричард устроился в небольшом зальчике неподалеку от кухни и стал ждать возвращения Улика с Иганом.

Из-за угла появилась Бердина и остановилась перед ним. На ней был ее красный наряд.

— И где это вас носило? — спросила она ледяным тоном.

— Ловил привидения в горах. Разве Кара с Райной не сказали тебе, куда я поехал?

— Вы мне не сказали. — Холодные синие глаза в упор смотрели на Ричарда. — Вот что важно. Вы больше никуда не поедете, предварительно не уведомив об этом меня. Ясно?

У Ричарда по спине пробежал холодок. Это говорила не Бердина, обычная женщина, а госпожа Бердина, морд-сит. И это был даже не приказ — утверждение.

Ричард мысленно одернул себя. Он просто устал, а Бердина всего лишь беспокоится о магистре Рале. У него всего-навсего разыгралось воображение. Должно быть, она перепугалась, когда, проснувшись, обнаружила, что его нет. У Бердины своеобразное чувство юмора. Наверное, с ее точки зрения это удачная шутка. Ричард заставил себя широко улыбнуться и попытался ее успокоить.

— Бердина, ты же знаешь, что нравишься мне больше всех. Я все время думал только о твоих голубых глазах.

Ричард шагнул к двери. В руке Бердины мгновенно появился эйджил. Она преградила Ричарду путь, и никогда еще он не видел у нее такого сурового выражения лица.

— Я задала вопрос. Я жду ответа. Не заставляй меня спрашивать дважды.

На сей раз ее тон не имел оправдания. Эйджил торчал у Ричарда перед лицом, и это был не случайный жест. Ричард впервые увидел Бердину такой, как видели эту морд-сит ее жертвы. И ему это очень не нравилось. Ни один из пленников морд-сит не умирал легкой смертью. И ни один, кроме Ричарда, не выжил.

Он увидел ее такой, какая она есть — морд-сит, не знающей жалости, — и подумал, что напрасно так доверял этим женщинам.

Но вместо дрожи его тело пронзила горячая волна гнева. Понимая, что в таком состоянии он может совершить поступок, в котором потом будет раскаиваться, Ричард постарался совладать с собой. Однако гнев по-прежнему застилал ему взор.

— Бердина, я узнал о побеге Брогана и должен был мчаться за ним, если не хотел упустить единственный шанс его поймать. Я предупредил Кару и Райну и по их настоянию прихватил с собой Игана с Уликом. Ты спала, и я не видел необходимости тебя будить.

Бердина не двинулась с места.

— Ты был нужен здесь. У нас много следопытов и солдат. Но только один вождь. — Эйджил поднялся и замер у него перед глазами. — Не разочаровывай меня больше.

Ричарду потребовалась вся его воля, чтобы не схватить ее за руку и не свернуть ей шею. Бердина убрала эйджил и пошла прочь.

В маленькой комнате, облицованной темными панелями, Ричард швырнул на пол подбитую мехом накидку. Как он мог быть столь наивен?! Это просто-напросто змеи, а он пригрел их у себя на груди! Вокруг одни чужаки. Нет, не чужаки. Он отлично знает, что собой представляют морд-сит, и он видел жестокость д’харианских воинов. И все же, как последний дурак, поверил, что они станут другими, если им дать такую возможность.

В камине весело потрескивали дрова. Опершись рукой на раму, Ричард уставился за окно. В отдалении виднелся замок Волшебника. Ричарду очень не хватало Гратча. И Кэлен. Добрые духи, как ему хочется обнять ее!

Может, ему бросить эту затею? В Оленьем лесу есть такие места, где их с Кэлен никто никогда не найдет. Они могут просто исчезнуть, а мир пусть выпутывается сам. Почему он должен за всех беспокоиться?

Зедд, ты нужен мне. Ты и твоя помощь.

Ричард услышал легкий скрип и, оглянувшись, увидел в дверях Кару. За спиной у нее стояла Райна. На обеих было коричневое кожаное обмундирование, и обе они улыбались. Ричарду было не до веселья.

— Магистр Рал, мы рады видеть вашу симпатичную спину в целости и сохранности. — Хихикнув, Кара перебросила длинные светлые волосы через плечо. — Вы скучали без нас? Надеюсь, вы не...

— Прочь.

Улыбка Кары увяла.

— Что?

Ричард резко повернулся:

— Я сказал, прочь! Или вы пришли угрожать мне эйджилом? Я сейчас не расположен видеть физиономии морд-сит! Вон отсюда!

Кара судорожно сглотнула.

— Мы будем рядом, если понадобимся, — с трудом выдавила она. У нее был такой вид, словно он ее ударил. Она развернулась и исчезла, прихватив с собой Райну, а Ричард уселся на мягкий стул, обитый кожей, который стоял возле низенького столика с гнутыми ножками. От камина шел кисловатый дымок, говоривший о том, что горят дубовые поленья. В такую холодную ночь они самые подходящие. Ричард отодвинул лампу к стенке, на которой висели небольшие пейзажи. Самый крупный из них был едва с ладонь, но тем не менее каким-то образом ухитрялся создать впечатление широких просторов. Жаль, подумал Ричард, что жизнь не так проста, как на этих идиллических полотнах.