МИ (Цикл) - Гудкайнд Терри - Страница 596

— Ты попал в неприятное положение, парень. Мы сейчас не в том настроении, чтобы терпеть твои шалости.

Он поспешно кивнул:

— Я понимаю. Но это совсем не игра. Честное слово.

— Тогда повтори нам то, что ты сказал солдатам.

Он вновь ухмыльнулся и махнул рукой в сторону двери:

— Ну, как я уже говорил этим ребятам, когда меня…

Сжав кулаки, Кэлен шагнула вперед:

— Повторяю тебе — это не игрушки. Ты жив только благодаря моей милости! Я хочу знать, что ты здесь делаешь, и немедленно! Повтори, что ты им сказал!

Юноша моргнул.

— Я — убийца, посланный императором Джеганем. Я пришел убить Ричарда Рала. Не могли бы вы меня к нему проводить?

Глава 2

— Ну, — спросила Кара с угрозой в голосе, — теперь мне можно его убить?

Дико было слышать от этого безобидного на вид мальчика, стоящего на коленях на вражеской территории, окруженного сотнями жестоких д’харианских солдат, такое откровенное признание в своих намерениях.

Не может быть, чтобы это была просто глупость.

Кэлен сама не заметила, как отступила на шаг. Она пропустила вопрос Кары мимо ушей и снова обратилась к юноше:

— И как же ты собираешься выполнить свою задачу?

— Ну, — сказал он довольно развязно, — я думал пустить в ход меч или, если придется, кинжал. — Он опять улыбнулся, но улыбка была уже не мальчишеской. Сталь, блеснувшая в его глазах, не вязалась с юным лицом. — Поэтому я хочу, чтобы мне их вернули, понимаете?

— Тебе их не вернут.

Он презрительно дернул плечом.

— Ну и пусть. Я найду другой способ его убить.

— Ты не убьешь Ричарда, даю тебе слово. Твоя единственная надежда самому остаться в живых — это сотрудничать с нами и рассказать все о своем задании. Как ты сюда проник?

Он издевательски ухмыльнулся:

— Прошел. Прошел прямо внутрь. Никто на меня не обратил внимания. Они не слишком умны, ваши люди.

— Им хватило ума взять тебя под стражу, — заметила Кара.

Юноша даже не обернулся к ней. Он по-прежнему смотрел на Кэлен.

— А если мы не вернем тебе меч и нож, — спросила она, — что тогда?

— Тогда все будет гораздо сложнее. Ричарда Рала ждут мучительные страдания. Поэтому император Джегань меня и послал — предложить ему милость быстрой смерти. Император милосерден и не хочет никого истязать понапрасну. Он человек миролюбивый, сноходец — но при этом отнюдь не обделен решительностью. Боюсь, Мать-Исповедница, мне придется убить и тебя, чтобы избавить от страданий, которые неизбежны, если ты будешь сопротивляться. Должен признать, однако, что мне не хотелось бы убивать такую прекрасную женщину. — Его улыбка стала еще шире. — Хоть и никчемную.

Кэлен почувствовала, что его самоуверенность растет на глазах. Когда он заявил, что сноходец — человек милосердный, ее чуть не вывернуло наизнанку. Она-то знала…

— Какие страдания? — осведомилась она.

Он развел руками:

— Я всего лишь песчинка. Император не делится со мной своими планами. Я просто послан выполнить его волю. Он повелел устранить тебя и Ричарда Рала. Если ты не позволишь мне убить его милосердно, он все равно умрет, но смерть его будет ужасна. Почему бы тебе не позволить мне закончить это дело сейчас?

— Да ты, видно, спишь и видишь сны, — сказала Кара.

Он перевел взгляд на морд-сит:

— Сплю? Может быть, это вы видите сны? А я — ваш самый жуткий кошмар.

— У меня не бывает кошмаров, — хмыкнула Кара. — Я сама их насылаю.

— Да ну? — с издевкой протянул он. — В этой дурацкой одежке? Не много ли ты на себя берешь? Или ты так вырядилась, чтобы отпугивать птиц с огорода?

Кэлен поняла, что он не знает, кто такие морд-сит, и одновременно поразилась себе — как она умудрилась принять его за несмышленого юнца? Его манера держаться указывала на зрелый возраст и немалый жизненный опыт. Этот человек — не мальчишка. В воздухе запахло опасностью. Но Кара, как ни странно, лишь улыбнулась.

У Кэлен перехватило дыхание, когда она сообразила, что мужчина стоит, а она даже не заметила, когда и как он поднялся на ноги.

Он сузил глаза, и одна лампа погасла. Оставшаяся лампа горела, тускло освещая половину его лица, но Кэлен сразу поняла, в чем тут дело.

Этот человек наделен даром.

Ее намерение избежать ненужной жестокости мгновенно исчезло, сметенное горячим желанием защитить Ричарда. Чужаку была дарована возможность спасти себя, но он ею не воспользовался и теперь скажет все, что знает. Он будет исповедоваться Исповеднице.

Ей нужно только коснуться его — и все.

Над телами женщин и детей, убитых по приказу Джеганя в Эбиниссии, она поклялась в вечной мести Имперскому Ордену. А этот человек — приспешник Имперского Ордена и враг всех свободных людей. Он выполняет волю сноходца.

Кэлен сосредоточилась, призывая свою магию. Магия Исповедниц действовала быстрее мысли, и не было заклинания, способного опередить эту молнию, которая рождалась внутри самой Кэлен и была своего рода вспышкой инстинкта.

Все Исповедницы не испытывали удовольствия, разрушая магией разум людей, но в отличие от некоторых Исповедниц Кэлен не испытывала ненависти к своему призванию и жила в мире с тем, что она есть и что должна делать.

Ричард был первым, кто сумел за магией разглядеть человеческую сторону ее существа, и любил Кэлен, несмотря на ее могущество. Он не боялся ее магии; он принимал и любил ее такой, какая она есть, с даром Исповедницы и со всем остальным. И только поэтому он мог оставаться с ней, только поэтому ее магия не могла причинить ему вреда.

В эту минуту Кэлен особенно ценила свой дар, потому что с его помощью она могла спасти Ричарда. Ей нужно лишь коснуться этого человека — и угроза исчезнет. Возмездие этому приспешнику Джеганя в ее руке в буквальном смысле этого слова.

Не сводя глаз с волшебника, Кэлен погрозила Каре пальцем:

— Он мой. Предоставь его мне.

Но когда тот, прищурившись, перевел взгляд на вторую лампу, Кара вклинилась между ним и Кэлен и наотмашь ударила его по лицу. Кэлен чуть не зарычала, возмущенная этим вмешательством.

От удара мужчина упал на ковер. Из его рассеченной губы текла кровь. Кара нависла над ним:

— Как твое имя?

Кэлен не верила своим глазам: Кара, которая постоянно твердила, что боится магии, казалось, нарочно злит этого человека, минуту назад доказавшего, что у него есть дар.

Мужчина перекатился и присел на корточки. Он ответил Каре — но смотрел при этом на Кэлен:

— У меня нет времени на придворных шутов.

Улыбнувшись, он перевел взгляд на лампу, и комната погрузилась во тьму.

Кэлен нырнула туда, где предположительно был этот новоявленный волшебник. Стоит только коснуться его, и все.

Но ее рука поймала лишь воздух. Кэлен отчаянно шарила в темноте; надо только слегка коснуться волшебника, и его уже ничто не спасет. Она ухватила чью-то руку и едва удержала свою магию, в последнее мгновение сообразив, что под ее пальцами — кожаная одежда Кары.

— Где ты? — прорычала морд-сит. — Тебе все равно отсюда не выбраться. Сдавайся!

Кэлен поползла по ковру. Магия магией, но без света не обойтись. Она наткнулась на книжный шкаф и двинулась вдоль него, пока не различила слабую полоску света, льющегося из-под двери. Солдаты по ту сторону с криками колотили кулаками в дверь, не понимая, что происходит.

Нащупав ручку, Кэлен начала подниматься, но наступила на собственный подол и упала, больно ударившись локтями.

В следующее мгновение какой-то тяжелый предмет врезался в дверь над ее головой и, упав, придавил Кэлен. В темноте раздался мужской смех. Кэлен нащупала ножки кресла и после нескольких неудачных попыток сумела перевернуть его набок и освободиться.

Она услышала, как охнула Кара, налетев на книжный шкаф в конце комнаты. Солдаты из коридора пытались открыть дверь, но у них почему-то это не получалось.

Из шкафа на пол посыпались книги; Кэлен вскочила на ноги и нашарила дверную ручку.