А потом появилась Ты (СИ) - Ричардсон Аманда - Страница 23

Я гляжу на него. И это говорит парень, который меньше месяца назад психанул, когда кто-то

спросил его, о семейном абонементе?!

— Конечно, я поеду, — шепчу я тихо, вдруг почувствовав волнение.

Я отворачиваюсь и заканчиваю наливать тесто в бумажные формочки. Не знаю, что сказать

Нику... Спасибо, за то, что считает меня частью семьи? Понятия не имею. Я потеряла дар речи. Его

доброта — это... это много, всё и сразу.

Песня меняется, и начинает играть другая группа… кажется — Coldplay (прим.: британская

рок-группа). Звучит медленная мелодия, излишне эмоциональная и печальная. Я заканчиваю с

тестом и помещаю поднос в духовку. Духовка действительно хорошая, я не сомневаюсь, что кексы

пропекутся равномерно и прекрасно подрумянятся в отличие от духовки в доме моих родителей.

Кажется, настроение песни отразилось и на Нике, потому что он медленно ко мне подходит, встаёт рядом. Мы стоим очень близко. Я чувствую запах его дезодоранта. Он приятно пахнет

корицей. Ник скрещивает руки на груди, и его тело склоняется ко мне ещё ближе. Боже, я не

выдержу. Я кусаю губу и смотрю вниз, трудно сосредоточиться на кексах, а не на том факте, что он

в паре сантиметрах от меня.

— Итак, Эвианна, как дела?

— Что ты имеешь в виду? — Я смотрю на Ника, выражение на его лице очень серьёзное.

— С... со всем. Жизнь, ну ты знаешь...

— Ой. Бывший.

— Это тоже, но и жизнь в целом тоже.

Кроме того, что я тебя игнорировала?

— Хорошо, — лгу я.

— Ты держалась отстраненно. Я скучаю по нашим завтракам, — добавляет он, и когда

смотрит на меня, я не отвожу свой взгляд.

— Ты скучаешь по завтракам со мной? — спрашиваю я неуверенно.

— Да, — говорит он, беспечно пожимая плечами. — Приятно теперь иметь возможность

вести беседу со взрослым. Целыми днями я застреваю с Бриа и моими пациентами.

— Я просто думала, что доставлю меньше хлопот, если буду сама себе готовить завтрак. —

Очередная ложь.

— Это нормально. Я уважаю твое мнение. Предложение остается в силе. Мне нравится

готовить для двоих.

Моя голова кружится от его слов. Понимаю, он не придаёт значения тому, как это звучит, но

я не могу не чувствовать себя немного неловко. Вероятно, он готовил для Изабеллы.

— Спасибо, — добавляю я.

— В любое время. — Он окидывает быстрым взглядом моё тело, и в его глазах появляется

решительность. — А действительно, как дела?

Я опускаю взгляд и рассматриваю свои ногти.

— Мой экс-бойфренд помолвлен с моей бывшей подругой. Бывало и лучше, — говорю я, пожимая плечами. — Они собираются пожениться в декабре. Вайолет думает, что Миа беременна.

Я согласна, в этом есть смысл.

Я прикусываю губу, чтобы не заплакать. Представляю себе, что Дэн и Миа семья и думать об

этом почти невыносимо. Это мы должны были стать семьей. Мы уже даже выбрали имена для

наших будущих детей.

Одинокая слеза скользит из глаза по щеке. Я чувствую, как Ник рядом со мной напрягается, и через секунду притягивает меня к себе. Я плачу в его футболку, пока мужчина меня обнимает.

Боже мой.

Перестаньте плакать, умоляю свои слезные протоки. Это так неловко. Несколько раз я

плакала перед Вайолет и мамой, но никогда перед парнем. Даже перед Дэном. Никогда не думала, что так эмоциональна; предполагаю, что я просто подавляю свои эмоции, поэтому они накрывают

каскадом в любое время, стоит кому-то поинтересоваться моим самочувствием. Я хочу

остановиться, и ощущаю всё тело в напряжении. Но не могу. Я чувствую себя так хорошо, когда

меня утешает Ник.

Я теряю контроль, и следующее, что делаю, это вцепляюсь в его футболку обеими руками и

снова в неё рыдаю. Он лишь гладит меня по спине, образуя руками вокруг меня кокон. Хотя это

единственный физический контакт, который у нас был, но он ощущается хорошо. Даже приятно.

Это чувствуется чертовски приятно.

Мужчина прикасается своей головой к моей, и мой разум кричит на меня. Это Ник! Он

обнимает тебя! Он положил голову поверх твоей! Его руки обнимают тебя! Я глубоко вдыхаю

между рыданиями, и его запах, обжигая, наполняет мои ноздри. Я решаю, что мне очень нравится

запах корицы. Он аккуратно отстраняется, когда мой плач прекращается. Я отступаю на шаг и

вытираю лицо руками.

— Сожалею о твоей футболке, — мямлю я, мой голос хриплый от слёз. Вся футболка залита

моими слезами.

— Не волнуйся, Эвианна. — Он даже не смотрит на неё, а только фиксирует свой взгляд на

мне.

— Как тебе моя стопроцентная эмоциональная стабильность, а? — шучу я, имея в виду мое

первое письмо к нему. Я смотрю вниз и прикусываю губы, чтобы опять не заплакать.

Ник громко выдыхает и продолжает на меня смотреть, беспокойство появляется на его лице.

— Иди сюда, — говорит он мягко и держит открытыми руки.

Я не колеблюсь. Падаю в его объятия, и Ник меня качает назад и вперёд, прижимая к себе.

Он такой нежный... и при этом сильный. Хорошо сложен физически, горячий... мы покачиваемся в

такт музыке.

Его руки находятся на моей пояснице, и всего на сантиметр, но опускаются ниже. Внезапно, я краснею. По некоторым причинам это маленькое движение посылает сквозь меня осознанность

проходящего. Объятия Ника выглядят как безмолвный жест, показывающий мне, что это не просто

обычные объятия работодателя с его работником. Его руки меня обжигают в том месте, где

опираются о мою поясницу. Я гипер-осведомлена об их местоположении.

Я чувствую твёрдость его туловища, и обнимаю его, хотя раньше мои руки были крепко

прижаты к моей груди. Я чувствую, как мужчина немного напрягается, когда поворачиваю голову

боком, и моя щека прижимается к его груди. Дыхание Ника становится рваным. Моё тоже. Я

прижимаюсь ближе, незначительно, но этого достаточно. Он знает. Мы оба знаем. Его руки

опускаются на сантиметр ниже, и мне надо держаться, чтобы не задохнуться. Всё моё тело

взрывается от ударной волны.

Что происходит?

Недостатком является то, что, будучи так близко к его сердцу я слышу и чувствую, как оно

бьется. Это должно быть его секретом, то, что он испытывает, находясь в моих объятиях, и вдруг

мне кажется несправедливым, что я знаю его секрет.

Потому что теперь я знаю. Я знаю. Я знаю, что влияю на него таким же образом, как и он, влияет на меня. Я знаю, что когда его обняла, сердце Ника заколотилось в груди. Я ощущала, как он

пытался отстраниться, и казалось что замер, когда я прижалась к нему чуть-чуть ближе. Понимаю

— всё изменилось. Эта минута, этот момент изменили всё. Ведь ненормально — так обнимать

своего босса. И ненормально вдыхать его аромат снова и снова. Это определенно ненормально —

быть настолько взволнованной от малейшего касания его рук.

Думаю, что ни один из нас не хочет разрывать эти объятия. Так приятно находиться здесь, в

объятиях Ника, и как только мы их разорвём, сразу вернёмся к реальной жизни. Вернётся работник

Эвианна и работодатель Ник. Линия была пересечена, но я не ожидаю, что кто-то из нас, на самом

деле, будет что-то с этим делать. В любом случае не сейчас. Это всего один момент в море

моментов, и одна мелочь в море изменений.

Я первая разрываю объятия. К счастью, у меня есть оправдание, вытирая глаза, я опускаю

взгляд. Я не смею смотреть в его глаза. Боюсь того, что могу там увидеть.

— Кексы, — говорю я мягко.

Я решаю поднять взгляд и посмотреть в его красивые и такие эмоциональные, медово-карие

глаза. Он почувствовал это. Если его сердцебиение не было недостаточным доказательством

происходящего, то это точно. Ник облизывает губы и изучает моё лицо. Его взгляд сверлит меня, и

на один восхитительный момент, я думаю, что он меня поцелует. То как он смотрит на мои губы...