А потом появилась Ты (СИ) - Ричардсон Аманда - Страница 32

человека, а люди, существа эмоциональные. Не думай о нём как о своём боссе. По этой причине вы

встретились, но ты влюбляешься в человека, каким Ник является, независимо от ваших

взаимоотношений.

Я смотрю на маму, а она улыбается, зачесывая свои волосы за уши.

— Мама, когда ты стала такой мудрой? — спрашиваю я, а она хихикает.

— Я всегда была мудрой, дорогая.

— Думаю, да, — говорю я.

— Просто надо переждать. На данный момент ты ничего не можешь сделать. Подожди и

посмотри, что получится. Я уже знаю, что хочешь ты. Теперь тебе нудно подождать пока Ник

признает, что он хочет того же.

Глава 25

Эвианна

На следующее утро, я просыпаюсь в лихорадке. Выползаю из кровати и ищу термометр, но

не могу вспомнить, куда его положила, когда распаковывала вещи. Думаю сходить за градусником

в главный дом, но решаю остаться, на всякий случай, чтобы никого не заразить. Проверяю время, сейчас семь утра, решаю написать Нику сообщение. Надеюсь, Сесилия сможет меня заменить.

Я: Проснулась в лихорадке. Сесилия сможет заменить меня сегодня?

Ник: Я сегодня дома. Есть такая штука, называется день Колумба. Может быть, ты

слышала. Я принесу тебе немного супа на обед.

Поправляйся. Это приказ!

Я: Ладно, спасибо. Мне не нужен суп. У меня где-то здесь есть немного

консервированной куриной лапши. Я не хочу заразить тебя, что бы это не было. Эй... вот что

Христофору Колумбу следовало сказать коренным американцам. Как иронично. Ну, ты

знаешь... потому что это день Колумба.:)

Ник: Консервированный куриный суп — это самое печальное на свете. Я зайду около

полудня. Мне плевать, если я заболею. Ты этого достойна.

Мое сердце замирает, когда читаю его текст.

Ник: Ты этого достойна?

Может быть, он имел в виду совсем не то, о чем думаю... может он просто имел в виду — по-

дружески. Снова и снова пробегаю взглядом по этим словам, и через экран телефона пытаюсь

понять их смысл.

Вскоре появляется ещё одно сообщение.

Ник: Написал не так. Я просто имел в виду: ты достойна этого потому, что твоё

здоровье важно для меня, как моего сотрудника. Отдохни. Увидимся в полдень.

Я смотрю на текст этого сообщения намного дольше.

Ой.

Гневно бросаю телефон на другую сторону кровати и натягиваю одеяло на голову. Моя

голова раскалывается, и я чувствую себя слишком плохо, чтобы прямо сейчас размышлять о

скрытом смысле в сообщениях от Ника. Я просто хочу снова уснуть.

Несколько часов спустя я просыпаюсь и удивленно озираюсь. Я почти никогда не сплю

днем, и не помню, когда чувствовала себя такой больной, как сегодня утром. Пульсирующая боль в

голове исчезла, и я больше не чувствую себя нервной и слабой. Смотрю на телефон. Сейчас

половина двенадцатого.

Медленно выбираюсь из кровати и раздеваюсь. Я прыгаю в душ и обнаруживаю, что, если

двигаюсь слишком быстро, пульсация в голове возвращается. Стою под струей горячей воды, и

готова делать это до бесконечности. Пар ощущается так хорошо.

Вытираюсь, надеваю пару спортивных брюк и старую толстовку. Волосы я не мыла, поэтому

просто расчесываю и оставляю их свободными. Честно говоря, я слишком слаба, чтобы даже

пытаться сделать что-нибудь другое, чем просто оставить их распущенными. Быстро чищу зубы, и

когда чувствую себя презентабельно, иду на кухню за стаканом воды.

Я стараюсь не думать о сообщении Ника, но его слова продолжают вторгаться в мой разум.

Ты этого достойна. Ты этого достойна. Ты этого достойна.

Он ничего такого не имел в виду, и даже уточнил в следующем сообщении. Ничего не было, просто глупость. Верно?

Я пытаюсь выпить стакан воды, но мой желудок может принять только несколько глотков.

Осматриваюсь, задаваясь вопросом, надо ли убраться перед приходом Ника, но решаю открыть

окно и зажигаю свечу. Здесь, наверное, пахнет больным человеком — душно и жарко. Фу.

Около полудня кто-то стучится в дверь, и, шаркая комнатными тапочками, иду открывать. В

этот момент, я не волнуюсь, как выгляжу, или то, как выглядит комната. Снова чувствую себя

полным дерьмом. Теперь понимаю, почему мама всегда заставляла меня оставаться в постели, когда

я болела. После выполнения различных дел я всегда чувствовала себя хуже.

Я распахиваю дверь настежь, там Ник, и он держит в руках большую миску супа и большой

стакан воды. На нем джинсы и фланелевая рубашка, и я заметила, что он босиком. Кроме того он не

побрился; его щетина и фланелевая рубашка — опьяняющие сочетание мужественности и

сексуальности.

— Привет, — говорит он. — Бриа опять смотрит «Красавица и чудовище», так что я

подумал, момент подходящий, чтобы принести немного супа.

— Будь осторожен. Она может начать верить в любовь, — говорю я, находясь под

впечатлением от своей сообразительности, тем более что прямо сейчас моя голова как в тумане.

Он смеется и качает головой.

— Слишком поздно.

— Спасибо, — говорю я, потянувшись за супом. — Хочешь зайти?

Ник ничего не говорит, а просто заходит и закрывает за собой дверь. И я понимаю, что Ник

намеревался прийти, во что бы то ни стало. Вот почему он посадил Бриа перед телевизором.

— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает он, и я вижу, как его рука жаждет дотронуться до

меня. Не понимаю откуда это знаю, но он как-то странно двигает ею, и смотрит на мой лоб. — Все

ещё лихорадит?

— Не знаю, — бормочу я, и иду, чтобы поставить суп на стол. — Я не могу найти свой

термометр, — отвечаю я.

— О, — говорит он, и подходит туда, где стою я. — Могу я?... — он протягивает руку и

подносит к моему лбу. Я киваю, и его прохладная ладонь нежно меня касается. Его пальцы

настолько холодные по сравнению с моей пылающей кожей, что я мгновенно понимаю: высокая

температура у меня ещё держится.

— Ого, да ты вся горишь, Эви.

— Как ты только что назвал меня? — слабо улыбаюсь я.

— Эви?

— Ты всегда называешь меня Эвианна. Это первый раз, когда ты назвал меня Эви.

— Нет, это не так, — говорит Ник, и затем поднимает голову, его лицо морщится от мыслей.

— Или так?

— Ага, — смеюсь я.

— Но на самом деле, у тебя определенно температура. Сядь и поешь немного супа. Я схожу

за термометром, ладно?

— Ладно, — говорю я, и сажусь на диван.

Ник выходит на улицу, и я пытаюсь проглотить немного супа. Получается неудачно. У меня

нет даже намека на аппетит. Я ложусь и закидываю руки за голову. Боже, я чувствую себя как

дерьмо, моя головная боль вернулась. Я слышу, как Ник пришел снова. В том месте, где он садится

рядом со мной диван проседает, и я чувствую его тепло, несмотря на закрытые глаза.

— Под язык, — говорит он, и я открываю рот. Он вставляет термометр, и спустя несколько

секунд тот пищит. — Черт возьми, Эви. Тридцать девять и четыре .

— Не удивительно, что всё вращается, — бормочу я.

— Сколько воды ты выпила сегодня?

— М-м-м... — я виновато открываю глаза. — Несколько глотков.

— Вероятно, ты обезвожена, — говорит Ник, и прежде чем осознаю, что происходит, его

руки оказываются подо мной, и он поднимает меня в сидячее положение. Ник берет стакан воды, который принес. Вода холодная, и я выпиваю всё до дна, чтобы его успокоить.