А потом появилась Ты (СИ) - Ричардсон Аманда - Страница 54

Излишне говорить, что малышка взволнована тем, что я стану более постоянной частью семьи.

Я убираю волосы с лица и вздрагиваю, когда поднимаю руку. Мое сломанное ребро все еще

болит, но, по крайней мере, я могу двигать руками. В течение нескольких дней я едва могла поднять

свою чашку с водой. Когда мы въезжаем на подъездную дорожку к дому Ника, я слышу, как мама

набирает полный рот воздуха.

— Ух ты, — говорит она, глядя на дом и парковку. — А дом в Портленде такой же большой?

— Нет. Тот дом попроще, поменьше. Я рада. Было бы здорово начать все сначала.

— Хорошо, — говорит она, глядя на меня. — Это очень плохо, этот дом просто...

— Мама!

Прежде чем она скажет что-нибудь еще, я выхожу из машины как можно быстрее, что на

самом деле вовсе не так быстро. Ник открывает входную дверь, и я замечаю большой грузовик на

моем старом месте.

— Привет, красотка, — говорит он, нежно притягивая меня к себе. Я улыбаюсь и мы

целуемся. — Готова стать соседями по комнате?

— Готова.

Я знаю, что говорю не только о том, чтобы быть соседями по комнате.

С тех пор как произошел несчастный случай, мы с Ником не занимались сексом. Слишком

долго у меня все болело, и только на прошлой неделе я почувствовала себя достаточно хорошо, чтобы ходить. Хотя я несколько раз умоляла Ника, он сдержался, сказав, что мне нужно отдохнуть.

Я отдыхала, и отдыхала и отдыхала… Я была готова.

Ник понимающе улыбается, и я вижу, как его глаза слегка темнеют. Эффект, который он

оказывает на мои ноги, не очень хороший, учитывая, что в настоящее время мне нужна поддержка

костылей, поэтому я просто опускаю взгляд и концентрируюсь на том, чтобы не упасть.

Я прощаюсь с Вайолет и Маркусом, которые помогали мне с переездом. Сесилия и Фрэнк

тоже заходят, и я очень крепко обнимаю Фрэнка. По какой-то причине я чувствую родство с ним. И

я знаю, что рак распространяется. Он отказался от лечения, так что понимаю, что это ненадолго. Я

обещаю, что постараюсь почаще навещать его и Сесилию.

Когда все уходят, остаемся только Ник, Бриа и я.

— Пойдем, пойдем! — говорит Бриа, подпрыгивая вверх-вниз.

Мы осматриваем дом, чтобы убедиться, что ничего не забыли. Я знаю, что это тяжело для

Ника. Он и Изабелл купили этот дом вместе, и оставить его — значит оставить много воспоминаний

о ней. Я протягиваю руку и нахожу его ладонь, и мы идем к входной двери.

— Какие-нибудь последние слова? — говорю я, когда мы стоим на пороге парадной двери.

Ник смотрит на меня с любопытством, так что я просто медленно ухожу и оставляю его

наедине с его мыслями. Ему нужно несколько минут побыть одному.

Я перестала сравнивать себя с Изабеллой. На самом деле, я приветствую любые мысли и

воспоминания о ней. Не хочу, чтобы Ник или Бриа когда-нибудь забыли воспоминания, которые

они разделяют с ней и Маттиасом, поэтому мы решили открыто говорить о воспоминаниях и

мыслях о них. Я знаю, что никогда не смогу заполнить то же самое место в сердце Ника, что и

Изабелла, и меня это устраивает. Мне нравится идея вырезать там свою собственную маленькую

дырочку, чтобы зарыться в нее.

Когда я смотрю на Ника с пассажирской стороны грузовика, я знаю, что он говорит

несколько прощальных слов дому, который он купил вместе с ней. Я знаю, что это печально для

него. Я надеюсь, что это так, потому что думаю, что именно поэтому я люблю его так сильно —

потому что у него есть способность любить так сильно. Николас Уайлдер очень любит этот дом. Я

восхищаюсь им за это.

— Что папа делает?

— Ему просто нужна минутка. Он должен попрощаться.

— С домом?

— Да.

Я притягиваю ее к себе, и она кладет голову мне на плечо. Это движение причиняет мне

боль, но прямо сейчас я не хочу отстраняться, поэтому я справляюсь с этим.

— Ты будешь моей новой мамочкой, Эви?

Я сжимаю ее футболку, и притягиваю ее к себе.

— У тебя только одна мама, Бриа. Я не собираюсь ее заменять, но если ты не против, я бы

хотела быть больше похожей на маму, чем на няню. Может быть, однажды я стану твоей мачехой.

Ты меня понимаешь?

Малышка кивает и смотрит на меня.

— Мне жаль, что ты больше не будешь моей няней, — тихо говорит она.

— Мне тоже жаль, что я больше не буду твоей няней, но знаешь что? Тебе будет так весело в

детском саду. И я буду с тобой каждый день, когда ты будешь дома. Мы все еще можем делать все

то, что делали, когда я была твоей няней, но на этот раз это не моя работа. Я делаю это с тобой

потому что хочу. В этом есть смысл?

— Да. — Она смотрит в окно. — Надеюсь, ты выйдешь замуж за папу.

— Я тоже надеюсь, — шепчу я ей на ухо. — Я люблю тебя, Бриа.

— Я тоже люблю тебя, Эви.

Когда Ник возвращается в машину, я замечаю, что его глаза слегка влажны от слез. Я нежно

улыбаюсь ему, когда большой грузовик трогается с места, и протягиваю свободную руку и кладу ее

ему на ногу. Он благодарно смотрит на меня, и мы уезжаем.

Теперь нас только трое.

***

Мы добираемся до нового дома как раз перед обедом, и я не могу удержаться, чтобы не

подпрыгнуть, когда вижу его.

Он прекрасен.

Фотографии, присланные Ником, не соответствовали действительности.

Это коттедж с белым забором, выкрашен в светло-желтый цвет с белой отделкой. Он

симпатичный, но не слишком массивный. Это нормальный дом. Идеальный дом. Внутри все так же

замечательно — деревянные полы, новая кухня и камин. Я бы и сама выбрала такое место. Задний

двор просторный, а на втором этаже есть большой балкон и вероятно главная спальня — моя новая

спальня.

Мы с Ником обсудили ситуацию, и хотя идея иметь свою собственную комнату никогда не

покидала меня, я сразу поняла, что хочу быть в одной комнате с Ником. Если бы у меня была своя

комната, я бы все равно каждую ночь спала в его комнате, и в этом не было никакого смысла.

Поэтому решила превратить свободную комнату в кабинет.

Ник запирает грузовик на ночь, и мы приносим пару надувных матрасов и спальные мешки.

Грузчики придут завтра, но Ник объявил «новоселье» на сегодня, и мы планируем заказать пиццу

на ужин. Я не думала о том, как буду спать на надувном матрасе со сломанной ногой, но не

зацикливаюсь на этом.

Как только Ник заказывает пиццу, я помогаю Бриа устроиться в ее комнате. С помощью

насоса надуваю ее двойной матрас, и контролирую, что ее спальный мешок и подушка

расположены удобно.

Когда мы спускаемся вниз, замечаю, что у Ника главной спальне уже установлен большой

надувной матрас и спальные мешки, и две подушки. Я никогда раньше не спала с Ником, так что

это немного возбуждает.

— Пиццу привезли, — кричу я, когда звон дверного звонка отдается эхом в пустом коридоре.

Я стараюсь двигаться как можно быстрее, но Ник пробегает мимо меня и расплачивается. — То, что

я хожу на костылях, еще не значит, что я полный инвалид.

Он только ухмыляется и целует меня в лоб.

— Ты мне нравишься как инвалид.

Мы все едим на полу, и к тому времени, как заканчиваем, Бриа спит у меня на руках.

— Я только уложу ее в постель, и вернусь, — говорит Ник, поднимаясь по лестнице через

две ступеньки, а Бриа спит у него на руках.

Я улыбаюсь и оглядываюсь — мы здесь меньше двух часов, и я уже понимаю, что мне здесь

понравится. Я съедаю еще один кусок пиццы, пока жду возвращения Ника. Я стараюсь не

нервничать, но не могу отделаться от мысли, что сегодня именно тот вечер. То, как Ник смотрел на

меня раньше... что-то подсказывает мне, что он тоже не может больше сдерживаться.

Он спускается по лестнице — через две ступеньки, как и я. Ну, до несчастного случая.