Ангел-Хранитель 320 (СИ) - Поль Игорь Владимирович - Страница 82

— Принято, Заноза, квадрат 18. Сигнал вижу. Отправляю подарок. Готовность — минута.

— Ловите, ублюдки… — шепчет Сергей в потолок. — Триста двадцатый, Карл. Приготовиться к удару с воздуха.

С неба приближается раскатистое шипение. Совсем нестрашное, как шелест волны на пляже. Шипение переходит в оглушающий многоголосый свист. Мгновенье тишины. С треском рвутся простыни над головой. Много простыней. Камни под животом шевелятся, как огромные черепахи. Что-то с грохотом падает в глубине туннеля. Журчит под полом неунывающий ручеек-пофигист. Штурмовики делают заход за заходом, утюжа развалины, пока КОП не сообщает об уничтожении целей.

Сергей переносит огонь в район позиций минометчика. От непрекращающегося грохота говорить без шлема становится невозможно. Оставив Стейнберга в туннеле, Сергей вслед за Триста двадцатым выбирается на поверхность.

— Жди тут, дружище, — инструктирует он лейтенанта напоследок. — Или сам вернусь, или пришлю кого-нибудь за тобой. По всему, что не светится зеленым — стреляй. Если что, зови меня по пятому каналу. И не подведи меня. Не дай себя шлепнуть.

— Спасибо тебе, Сергей. Не волнуйся, не подведу. И это… не подставляй задницу.

— Делаешь успехи, лейтенант, — смеется Сергей. — Как выберемся, попрошу за тебя. Глядишь, и возьмут курсантом к одному моему знакомому. Кнут его имя. Обожает таких чистеньких мальчиков.

Стейнберг улыбается через приоткрытое забрало. Поднимает руку в прощальном жесте.

Робот переваливается среди воронок, одну за одной зажигая на тактической карте красные точки.

— Заноза — Игле. Дай освещение над квадратами 20 и 22. Повторяю — прошу «мошек» над квадратами 20, запятая, 22.

— Здесь Игла. «Мошки» на 20–22. Принято.

Где-то в высоте раскрываются контейнеры, выпуская на волю тысячи автономных модулей. Такблок аж пищит от открывшегося обзора.

Сергей не мелочится. Короткими фразами он превращает в хлам целые кварталы. Если в этом аду еще что-то и способно огрызаться, то это не к нему. Это уже по части высших сил. Поэтому он продолжает перебегать среди дымящихся ям и каменных груд, рискуя переломать ноги, поспевает за Триста двадцатым, и диктует, диктует координаты. Сегодня он представитель бога. Сегодня он решает, кому жить, а кому превратиться в удобрение.

Жирные зеленые метки коптеров появляются на карте. Хищные силуэты «косилок» наползают со стороны леса. Сергей прячет спину за каменным выступом. Красная ракета, шипя, взвивается в дымное небо. Осталось совсем чуть-чуть. Он чувствует себя игрушкой, у которой заканчивается завод. Где-то высоко, почти неразличимые глазом, мелькают яркие точки. Юркие «Гарпуны» мертвой хваткой вцепляются в тяжелые космические истребители противника.

Глава 32

БМП морской пехоты — тупорылый зеленый «Томми» — превращает камни в щебенку. Со скрежетом останавливается рядом. И когда их успели сбросить?

Сзади распахивается люк. Здоровенный сержант, пригибаясь, перебегает к каменному зубу, за которым примостился Сергей.

— Пехота, где здесь первый батальон мобильной? — кричит он через щель в бронестекле.

Сергей видит шевелящиеся губы, но не может разобрать ни слова. В ушах стоит непрекращающийся гул. Он показывает сержанту на уши. Растопыривает пятерню. Пятый канал. Сержант понял, кивает.

— Ищу первый батальон мобильной! — гремит он в наушниках.

Из «Томми» высовывается морпех, вытаскивает пулемет поверх ребристого края люка.

— Садж, убери придурка. Тут снайперов как тараканов на кухне… — равнодушно советует Сергей.

Сержант кивает, машет морпеху рукой. Тот нехотя прячет голову.

— Здесь первый батальон. Чего надо? — спрашивает Сергей.

— Приказано вас сменить. Где командир? У тебя броня барахлит? Тебя на карте нету.

Мина дымным грибом рвется неподалеку. Сержант падает на камни. Сергей продолжает сидеть, как сидел. Это пока не по ним.

— Триста двадцатый, засек его?

КОП молча зажигает на карте красную точку. Вот зараза! Опять с того же места. Мы ж там уже утюжили!

— Заноза — Игле. Квадрат 23. Ориентира нет. Отметки с третьей по пятую. Минометная батарея. Приступайте.

Пока кассетная боеголовка накрывает заданный район, миномет успевает выдать еще несколько выстрелов. Осколки со звоном отскакивают от темно-синей брони.

— Убрал бы ты свою коробочку, садж! — с чувством выговаривает Сергей морпеху. — Она тут как маяк, весь мусор на себя собирает. Или хоть дым поставь.

Сержант лежа бормочет в шлем. Низкая башня над головой шевелит стволом.

— Блин, только не это, — Сергей отключает внешний микрофон.

Пушка дважды рявкает, бьет по многострадальным ушам. Под носом становится мокро. Пелена зеленого дыма скрывает сиротливо торчащие фонарные столбы.

— Я командир, — говорит Сергей сержанту, шмыгая кровоточащим носом. — У тебя санитары есть?

— Так точно, — отвечает великан.

— У меня тут раненый флотский.

— Не вопрос, сделаем.

Сержант снова бормочет в микрофон. Через минуту сзади с лязгом наползает еще одна бронированная туша. Двое с крестами на шлемах тащат брезентовые носилки.

— Там дальше, примерно сто метров. — Машет перчаткой в сторону их последнего убежища Сергей. — Щель в земле. Лейтенант Стейнберг. С ногами у него проблема. Смотрите на карте, я обозначил.

— Дай им пару человек для прикрытия. Там неспокойно, — обращается он к сержанту.

Небольшая группа, пригибаясь, бегом скрывается в дыму.

Из-за куч камней перебежками прибиваются три морпеха. На броне одного — едва заметные через маскировочную мастику знаки различия капитана. Двое падают по обе стороны от офицера, напряженно зыркают по сторонам.

— Капитан Дрозд. Морская пехота. Первый третьего. Рота «Браво». Прибыл вам на смену, — кричит морпех.

— Младший капрал Заноза. За командира первого батальона, — отвечает ему Сергей. — Добро пожаловать, сэр!

— Едва вас нашли. Карта вас не показывает, — жалуется капитан.

— Это все из-за коробочки, — Сергей щелчком выключает трофейное устройство. — Подарок от снайпера. Теперь видно?

Капитан кивает.

— Где остальные? — спрашивает он.

— А больше и нет никого. Я да мой КОП.

— Дела… — удивленно тянет капитан. Что-то неслышно командует по другому каналу. Грохочущие монстры выползают из пыли, распахивают люки. Увешанные амуницией морпехи раскатываются по развалинам.

— Передаю вам «птичек», сэр. Позывной — Игла.

Капитан кивает, показывает большой палец, продолжая раздавать приказания. Морпехи вокруг огромными жуками зарываются в камни.

— Игла, здесь Заноза. Передаю вас Дрозду. Удачи. Конец связи.

— Принято, Заноза! Удачи!

Сергей безразлично смотрит, как обустраиваются морпехи. Такие ладные, чистенькие, дисциплинированные. Силища! Завтра их будет уже не узнать. Поползают по развалинам. Хлебнут дерьма, просолятся. Станут неторопливыми, грязными. Те, кто выживут.

Сергей смотрит, как волокут к транспортеру носилки с лейтенантом. Глубоко вздыхает. Привык он к этому зануде. Поднимает винтовку. Дает Триста двадцатому сигнал на выдвижение. Покачиваясь, бредет в тыл, в сторону затянутой дымом высоты, над которой нарезают круги настороженные «косилки». Неужели все? Каждый шаг отдается в голове колыханием мути. Лежащие на камнях морпехи провожают его поворотами массивных шлемов. Завидуют, наверное.

Юркий БТР внезапно вываливается из дымной пелены, прямо во фланг занимающей оборону роте. Странно, что «мошки» его не видят. Та же технология, что у снайперов? Противник яростно контратакует. Кучка тяжелых пехотинцев — настоящие живые танки — стреляя на ходу, разворачивается в цепь следом за ним. Мощные доспехи с усилителями мускулатуры. Пулеметы с картриджным питанием и с тяжелыми подствольниками. Почти пушки. КОПы в миниатюре. Триста двадцатый вопит во все тяжкие, обнаружив опасность. Как в замедленном кино, полыхают вспышки попаданий на торчащей из развалин башне «Томми». Чужая коробочка мчится прямо на одиноко бредущего Сергея.