Ангел-Хранитель 320 (СИ) - Поль Игорь Владимирович - Страница 88

— От тебя, Трейси, не ожидал. Ладно, Сэм, но ты-то девушка серьезная.

— Серьезным девушкам, чтоб ты знал, тоже нравятся мужчины, — заявляет Трейси у самых дверей.

— Заметано, я вас познакомлю.

— Трепло.

— Ну, как тут наш герой? — цветет улыбкой бравый лейтенант-командер. Синяя с золотом парадная форма, Крест ВКС на груди. Глазам больно от сияния значков и нашивок.

— Здравия желаю, сэр!

— Тебя что, пичкают наркотой? — озадаченно спрашивает Стейнберг. — Друзей не узнаешь?

— Так точно, сэр. Узнаю, сэр.

— Тогда какого… извините, сестра.

Трейси отворачивается к окну, скрывая улыбку.

— Поздравляю с повышением, господин лейтенант-командер, сэр. И с крестом тоже.

— В морду дам, — предупреждает флотский.

— Там, в туннелях, я обещал, что когда выберемся, стану обращаться к тебе по уставу.

— Считай, что мы все еще там.

— Тогда ладно. Тебе никто не говорил, что ты похож на павлина? В своей оранжевой кишке ты выглядел лучше.

— Узнаю Занозу!

Стейнберг бросается обниматься. Сергей неловко отбивается.

— Эй, эй, легче! Ты еще целоваться начни!

— К тебе непросто попасть, — говорит Стейнберг. — Пост у дверей, будто у генерала.

Сергей вопросительно смотрит на Трейси.

— Пост установлен по распоряжению командования. Вы теперь секретоноситель высшей категории, сержант, — поясняет медсестра.

— Кстати, Карл. Познакомься с самой скромной медсестрой на свете. Ее зовут Трейси. Трейси — это лейтенант-командер Стейнберг, гроза космических пиратов.

— Польщен, миз, — коротко кивает флотский.

Трейси кивает в ответ, бросая в сторону Сергея прожигающий стены взгляд.

— Ну, как ты тут? — интересуется Стейнберг, усаживаясь на круглый крутящийся табурет.

— Нормально. Только выть от скуки охота. Скорей бы на солнышко, — отвечает Сергей. Добавляет шепотом: — И бабу — страсть как хочется… Меня тут чем — то накачали, я сам не свой…

Трейси у окна немилосердно краснеет.

Стейнберг ухмыляется.

— Значит, жить будешь. Кормят-то хорошо?

— Как на убой.

— Крепко зацепило?

— Ногу прострелили. Ребра переломал. Еще что-то с легкими. Ну и там по мелочи. Ожоги, контузия, — нехотя отвечает Сергей.

— Это все твое? — спрашивает Карл, кивая на коробочки наград. — Не слабо. Ты теперь завидный жених.

— На себя посмотри. Крест-то за транспорт дали?

— Да дьявол их разберет! — с чувством отвечает Стейнберг. — Вроде и за него тоже. В представлении много чего понаписали, я толком еще читал. Звание вот досрочно кинули. Обещали дать корабль. Я ведь тоже недавно из госпиталя.

— А мне еще неделю париться, — жалуется Сергей.

— Ну, в такой компании я бы и год пролежал, — страшным шепотом сообщает Стейнберг.

Кажется, у Трейси порозовели даже уши. Она кусает губы, скрывая улыбку.

— У них тут строго. Ни-ни. Теперь ты понимаешь?

Стейнберг сочувственно кивает.

— Я вообще-то на минутку, были дела поблизости. — Карл поднимается, одергивает китель. — Даже не знаю, как тебе сказать. В общем, спасибо, что вытащил. Честно говоря, я уже с жизнью простился.

— Ты знаешь, кого благодарить. Вот его, — Сергей гладит лежащий на белой простыне блок.

— Это Триста двадцатый?

— Все, что от него осталось.

— Он жив?

— Условно говоря, он в коме. Но я его вытащу, — обещает Сергей. — У меня к тебе просьба.

— Слушаю.

— Забери его с собой, пока у меня его особисты не отняли. Выйду из госпиталя, вернешь, — тихо просит Сергей.

Стейнберг внимательно смотрит ему в глаза. Кивает.

— Не сомневайся. Заберут только через мой труп, — обещает он.

— Вот и отлично.

Стейнберг прячет блок под мышку.

— Мне пора. Выходи поскорее. — Он крепко жмет руку Сергею. У дверей оборачивается. — Со мной тут сестренка увязалась. Говорит, знает тебя. И когда ты все успеваешь? Мэм, можно оставить этого оболтуса наедине с моей сестрой?

— Только под вашу ответственность, сэр, — улыбается Трейси.

— Для вас — Карл, просто Карл, миз, — цветет в ответной улыбке Стейнберг.

Вместе они выходят из палаты. Карл галантно пропускает вперед тающую от его внимания медсестру. Сергей хлопает глазами. Сестренка?

Дверь пропускает высокую черноволосую девушку. Опаньки! То есть — ни хрена себе! До чего тесен мир!

— Привет, — смущенно улыбается Лотта.

Глава 38

Неловкая пауза длилась целую вечность. Присев на краешек табурета, Лотта теребила браслет на тонкой руке.

Сергей сделал попытку начать разговор.

— Выходит, ты — сестра Карла?

— Карл мой двоюродный брат, — подняла глаза девушка. — Мы с Силезии, мегаполис Лукс. Вместе росли. Потом я окончила колледж, завербовалась в «Стилус». Как выяснилось, он тоже оказался на Джорджии. Потом эта война… Я за него очень волновалась.

Ее запах дурманил голову. Это очень опасно — общаться с красивой девушкой после процедуры восстановления. В первую очередь — для самой девушки.

— Наверное, с моей стороны это очень самонадеянно — прийти сюда. — сказала Лотта. — Ты тогда так внезапно исчез…

Ее серые глаза — как бездонные озера. Сергей с трудом отвел взгляд.

— Внезапно исчез? — переспросил он. — Ты разве не в курсе, что случилось?

— Я узнала слишком поздно. Я ведь работаю в управлении кадров, через мой отдел проходят все личные дела. Сначала я ничего не поняла. Какой-то угон, суд, потом этот внезапный военный контракт. Меньше всего я представляла тебя военным. Руководство «Стилуса» собиралось подать на тебя в суд за невыполнение условий контракта и выставить тебе неустойку. Дело с трудом замяли.

— Ну, по крайней мере все твои проблемы решены. Как там Виктор? Вы счастливы?

— Мы давно расстались. Разве ты не помнишь?

— Милые бранятся — только тешатся, — сказал Сергей. Его взгляд все норовил зацепиться за холмики ее грудей под блузкой, так что он стал смотреть на свои ноги.

— Не в этом случае. Он настоящий мерзавец. Как бы я хотела выцарапать ему глаза.

— Я помню, ты очень импульсивна, — заметил Сергей. — Хорошо что удержалась. Иначе мы служили бы вместе.

— С него бы сталось, — грустно заметила Лотта.

— Значит, все-таки Виктор?

— Да. У него дядя в полиции, они вместе это провернули. Заявление об угоне, уголовное дело — все это и гроша не стоило, они оформили бумаги задним числом. Я ведь взяла машину на законных основаниях, у меня был ключ.

— Дай догадаюсь. Дядя — это детектив Стетсон?

— Да.

— Лихой у тебя приятель. И самолюбие потешил, и заработал.

— Он мне не приятель! Жалею, что с ним связалась.

— Надеюсь, твоя подруга с ним счастлива, — усмехнулся Сергей.

— Надеюсь, он кинул ее так же, как и меня.

— Какие мы суровые. А как же суд? Что было бы, если бы я не подписал контракт?

— У них там круговая порука, настоящее болото. Адвокат тоже в деле. Они проворачивали такие дела постоянно, Стетсон неплохо зарабатывал, сбывая вербовщикам малолетнюю шпану. Руководство полиции закрывало на это глаза, ведь, в конце концов, город становился чище. Я тебя искала. Дошла до начальника полиции, ходила к мэру. Тупые индюки. Дело кончилось тем, что ко мне заявился вежливый мужчина в гражданском, и посоветовал, если я не хочу тебе навредить, перестать поднимать волну. И что если ты захочешь, ты свяжешься со мной сам.

— Я даже знаю, где служит этот дядечка, — усмехнулся Сергей. — Тебе крупно повезло, что они от тебя отстали.

— Почему ты не позвонил?

— Поначалу это было не так-то легко.

— А потом? Я места себе не находила!

— А потом я решил, что это никому не нужно. Ни тебе, ни мне.

Она вспыхнула.

— Я ведь знаю, чем они тебя зацепили. Ты взял вину на себя, думал, что я пострадаю.

— Дело прошлое, — отмахнулся он. — Каких глупостей не наделаешь по молодости.

— Не пытайся казаться циником, — сказала Лотта. — Я этого никогда не забуду. Спасибо тебе. И за брата особенно.