Кареглазка и чудовища (СИ) - Наседкин Евгений - Страница 75

В бытовке стояли топчан и стол, грубо сколоченный из досок. Окошко из мутных стеклоблоков выходило куда-то вовнутрь хозяйственного двора. Ученая включила телефон — заряд батареи слабый, но аппарат работал. По памяти ввела номер, и в тишине раздались характерные гудки. Прошло не меньше минуты, прежде чем на другом конце «провода» отозвался голос.

— Диспетчер Северных колоний, я слушаю! — прозвучал всполошенный мужской голос. Может, потому что была ночь, а может, потому что на этот номер давно никто не звонил.

Лена улыбнулась, поглядывая на сектантку, сидевшую на топчане.

— Диспетчер, меня зовут Крылова Елена Ивановна! Могу я поговорить с Мечом? — она назвала позывной Мечникова, который являлся, по сути, сокращением фамилии.

— Крылова?! — диспетчер, казалось, удивился. — Повторите! Вам нужен Меч?

— Подтверждаю.

— Не самый подходящий момент, пожалуй… но, я попытаюсь, — растерянно сообщил мужчина. — Пожалуйста, ожидайте.

Голос умолк. Ученая с нетерпением глядела на телефон, и даже стала волноваться, ведь прошло минут пять, прежде чем динамик снова затрещал.

— Меч, слушаю. Лена, это ты? Что за срочность?

— Сергей Сергеевич, мне нужна срочная эвакуация! — затараторила девушка. — В Новом Илионе вспышка инфекции, а у Горина сорвало крышу. Сережа, я сейчас нахожусь за пределами Новогорской долины, так как он заглушил радиоэфир.

— Стоп… стоп! Прекрати! — генерал-президент грубо оборвал ее, чтоб переговорить с кем-то рядом. — Лена, я не смогу помочь.

— Сергей, я здесь с дочкой! Если ты не поможешь, мы погибнем! — она не верила своим ушам, она задыхалась от волнения. — Как ты можешь?!

В трубке прозвучал вздох.

— Лена, я простил тебя. Я не настолько злопамятный. Я с удовольствием отправил бы за тобой самолет. Но, я не могу.

Рядом с Мечниковым послышались испуганные голоса и стрельба вперемешку со взрывами.

— Выбирайся сама, — продолжил он. — Будь осторожна. Буду рад увидеть тебя снова. Здесь — если мы выживем, и это место еще будет существовать.

Бархатный бас сменили короткие гудки, и телефон потускнел, показывая мигающую красную батарею. Афродита насмешливо ухмыльнулась. Но Крылова не могла позволить себе сдаться, от нее зависела не только ее жизнь, но и жизнь дочери. Она снова позвонила.

— Диспетчер, слушаю.

— Я не договорила!

— Ясно. Но Сергей Сергеевич уже улетел, — сообщил диспетчер. — Вы простите, я тоже покидаю вышку — у нас тут армагеддон…

— Что? Что у вас?! — кричала ученая, но экран уже потух — батарея разрядилась.

— Поломали тебе все планы, — отозвалась сектантка. — Почеши мне лучше живот, сил уж нет.

Лена взглянула с ненавистью, думая, что лучше сделать с этой шлюхой.

— Да ладно тебе! — брюнетка рассмеялась. — Не враг я, не враг. Блин, не могу, как же чешется…

Крылова приставила к ее животу ствол и несколько раз неуклюже провела им.

— Моя же ты спасительница, — облегченно выдохнула Афродита. — Я так понимаю, что подмоги не будет? А значит, что нам нужно? — она сделала выжидающую паузу, а потом триумфально продолжила. — Нужно в Новониколаевск, в Биоген! Верно? Мне, правда, самой интересно, что же это такое — Ковчег…

— Нам туда не добраться.

— Не ссы, подруга. У меня есть самолет, мигом долетим.

Лена изумилась.

— Самолет?

— Да-да, — подтвердила сектантка, и в этот момент снаружи донесся звук подъехавшей машины. — Только к нему еще нужно добраться…

Глава 14

Я подоспел как раз вовремя. Свернул на ферму, следуя за светом авто, ехавшего далеко впереди, и не предполагая, что еду совсем не в хвосте у Кареглазки (ах, хвост… мне всегда нравилась ее филейная часть). Сразу за лесопосадкой дорога шла через пустырь, мимо поля с высокими засохшими сорняками, среди которых фары выхватили парочку полудиких подсолнухов.

Донеслись звуки стрельбы, и я разогнался чуть ли не до максимальных «лошадей». На бугорке запорожец взлетел, и едва не врезался в следующий холмик — благо, что это грунтовка, а то рассыпалась бы колымага на множество искорок, как персеиды на звездном небе.

Перед глазами возникла старая добротная ферма, предназначенная коров на сто-двести — если бы я еще и в этом разбирался, то цены мне не было бы. У стены расположилось старинное ржавое приспособление, являющееся конвейером для удаления навоза. Огромные ворота, в которые можно было заехать грузовиком, были приоткрыты, и возле них стояла Нива, которая когда-то была белой — сейчас она имела неизвестный для меня цвет, скорее всего, бурый.

А прямо передо мной оказался армейский джип, у которого суетились вояки. Кажется, перед моим появлением они как раз накачивали Ниву свинцом.

Я притормозил, соображая, как поступить — так точно и солдаты, увидев горбатого, на мгновение опешили. От них отделился мужик с офицерскими знаками отличия, очевидно, намереваясь узнать, кто-кто в теремке живет (т. е. — в запорожце). Я понял, что это не принесет ничего хорошего и, даже правильней сказать, испугавшись, погнал транспорт прямо на военных. Они, в свою очередь, стали стрелять. Викрам на ваши головы! Как можно стрелять, если не знаешь, в кого попадешь?!

И все же, решительность и эффект неожиданности принесли результаты — я буквально выбил одного из вояк, «поймав» его на капот. Играли когда-нибудь в шашки в Чапаева? Обожаю! Со стороны фермы вспыхнули два ствола, паля в джип. Кто-то закричал. Я долетел к навозному конвейеру, и до упора вывернул руль, развернувшись в лучших традициях сибирского дрифта. Щебень отскочила от колес, как скороговорки от зубов филолога.

За Нивой я разглядел импровизированную баррикаду, состоящую из пары бочек и обшитой железом двери, снятой с петель. Оттуда выглядывали Кареглазка и — о, Господи! — конченая Афродита. У брюнетки был увесистый ствол, который она уже направила на меня, когда Лена опустила ее руку. Еще дальше за ними выглядывало какое-то мелкое создание — Милана, догадался я.

Пулемет военных заработал, теперь поливая огнем не только Ниву с баррикадой, но и запорожец.

— Стоп, стоп! Да что же вы творите! — услышал я, когда пулемет заглох — также внезапно, как и перед этим начал строчить.

По голосу и силуэту я опознал капитана Шпигина. Офицер ругал подчиненных, и я догадался, что беспорядочное уничтожение все и вся — это не то, что они должны были сделать. Ну, конечно — они должны были захватить Крылову живой! Не мог же Горин отправить за женой киллеров. Вот почему обстреляна только Нива — чтоб она не могла на ней сбежать. А стрельба по баррикаде — это уже импульсивный всплеск агрессии, вызванный смертями товарищей.

— Заскакивай! — я сполз вниз по салону, и приоткрыл дверцу, подзывая ученую рукой.

Она мельком оценила состояние Нивы, и сорвалась, прихватив дочку и сумку. Хорошая реакция… Вслед за ними влезла и Афродита.

Я нажал на газ, и погнал вперед, снова на солдат. Кто-то пальнул, но Шпигин прекратил это безобразие. Я же, наклонившись, чтоб избежать шальной пули, на пару секунд утратил контроль над запорожцем, и на полной скорости врезался во внедорожник. Повезло, что на горбатом двигатель находится сзади — капот был всмятку. Еще одним плюсом было то, что я столкнул джип в овраг — заполненный болотной жижей. Вояки вопили как резанные, я же быстро завелся и умчался под грохот выстрелов по моим колесам. Через пару минут я оказался на автотрассе.

— Куда едем, красотка? — спросил я Кареглазку, с удовольствием наблюдая отвращение Афродиты — у нее на коленях сидел страшила Цербер.

— Поехали на армейские склады в Рудниках, — ответила Лена, и заглянула в зеркало, встретившись глазами с брюнеткой. — Говорят, там есть кое-что нужное. И, Гриша, давай без всех этих флиртов. Я тебя не простила. И не буду этого делать.

— А что там? — спросил я, разочарованный такой реакцией на нашу встречу.

Но Крылова не ответила — она лишь протянула руку назад, и Дита нехотя передала ей громадный револьвер с рифленым стволом.