Застывшие Навеки (ЛП) - О' - Страница 6

— Спасибо. — Я иду к двери, хотя хочу бежать на полной скорости. Джастина знает, кто я, но рассказывала ли она Малькольму или другим сыновьям об этом факте моей жизни неизвестно. Когда муж умер, и Джастина осталась матерью-одиночкой с тремя маленькими мальчиками, не имея сбережений, начала работать на меня неполный рабочий день, и я решил ввести её в круг доверенных лиц. Я прожил здесь уже пятнадцать лет и знал, что рано или поздно придётся продать это место и начать новую жизнь. Джастина должна жить безопасно, как и её дети, а из-за меня всё может измениться. Моя холдинговая компания владеет многими объектами недвижимости. Привлечение партнёра в «Совиный Домик» никак не отразится на мне, но она и ребята останутся здесь и будут жить, как и прежде, чего я хочу для них. До тех пор, пока Джастина будет заинтересованы, «Совиные Домики» будут принадлежать им на сорок девять процентов, а когда мне придёт время двигаться дальше, они станут единственными акционерами.

Очень немногие знают, кто я. Джастина приняла новости про вампиризм, не дрогнув. Сначала я подумал, не сошла ли она с ума, но она откинулась на спинку стула и задала мне единственный вопрос, по которому я мог судить, что она точно осознала мои слова.

— Ты убиваешь людей, чтобы выжить? — Она не сводила с меня взгляд светло-серых глаз.

— Было время, когда я так поступал, но тогда был новорождённым, а таким сложно контролировать желания. С тех пор минули сотни лет. Мне не нужно убивать, чтобы выжить. — Я не упоминал, как часто приходилось убивать охотников, но они не невинны.

Малькольм кричит мне в след:

— Ты забыл список.

— Я скоро вернусь. — Дверь за мной захлопывается, и я иду во второй домик.

Семья Монсово — Джон, Клара и двое детей. Я стою в лесу возле их домика, ожидая какого-то знака, что моя пара внутри. Боже, пожалуйста, пусть это не один из детей. Мысль о том, что моя пара — ребёнок, и придётся ждать, пока он вырастет… последствия этого обрушились на меня, как глыба. Забыв все подробности того, как, когда и где, мысль о том, что моё сердце будет биться в течение долгих лет ожидания, пронзает до глубины души. Не очень приятное чувство — бьющееся сердце. Я хочу, чтобы это закончилось… нужно, чтобы это закончилось.

Во втором домике, слава Богу, нет ничего необычного.

Я иду к пятому и прячусь за деревьями, когда дверь открывается, и из неё выходят две женщины. Одна — высокая блондинка с распущенными волосами. Она поворачивается ко мне, и я смотрю, ожидая каких-то перемен. Ничего. Темноволосая женщина ниже ростом бежит вперёд, срывает веточку лаванды с горшка на повороте тропинки и спешит обратно, чтобы вложить цветок за ухо блондинке. Они смеются и, взяв друг друга за руки, направляются к дороге. Если бы темноволосая женщина была моей парой, сердце, конечно же, ускорилось бы из-за усилий, так что выбор сужается — я могу вычеркнуть, по крайней мере, одного человека из своего списка. Ночь будет долгой. Я смотрю, как женщины сворачивают с тропинки на краю моего участка рядом с коттеджем и исчезают из виду.

Ещё один домик, и я закончу с новоприбывшими, а потом начну обыскивать дом за домом.

Когда я подхожу к восьмому домику, сразу чувствую, что это то самое место. Сердцебиение нисколько не изменилось, но в груди что-то сжимается, чего я не чувствовала с тех пор, как… я больше не хочу думать о Ханне.

Возможно, Вселенная сочла нужным дать мне ещё шанс на вечность с парой. Мне становится страшно.

Что, если она — очередной охотник и я обречён навсегда? Что, если её послали сюда убить меня, и она понятия не имеет о том, как действует на меня?

Затем другой, древний голос зовёт меня. Его я не слышал уже столько лет, что не смог бы вспомнить, даже если бы попытался. Голос любимой матери звенит в голове, и я на мгновение оказываюсь у неё на коленях перед камином.

«А если она твоя истинная суженая, сынок?»

Смею ли я желать этого? Нереально. И всё же, когда меня тянет к двери домика номер восемь, сердце бьётся в такт с человеком внутри, я знаю, что это правда. Далила Уортингтон, кем бы она ни была, моя пара.

Я возвращаюсь к деревьям, достаю сотовый телефон и прокручиваю список контактов, пока не нахожу номер консьержа одного из отелей-казино на Невадском берегу озера. Он из тех парней, которые просто работают, и именно он мне сейчас нужен. Когда он отвечает, мне приходится заставить себя успокоиться и говорить медленно.

— Ксавион, это Майлз из «Совиного Домика». — Из телефона доносится звон автоматов и рулетки. Казино никогда не спит.

— Привет, Майлз! Давно тебя не видел, как дела на тихой стороне?

— Ну, знаешь… тихо.

Он смеётся, от такого звука люди начинают чувствовать себя непринуждённо. Сегодня он и на меня действует. Я объясняю, что мне нужно, и он уверяет, что обо всём позаботится.

— Я могу прислать кого-нибудь минут через… тридцать, — говорит он.

— Спасибо, ты спас мне жизнь. Я отплачу.

— Не думай об этом, приятель. Давай лучше покажись на одном из вечеров покера, и позволь честно отобрать у тебя деньги.

— Замётано.

Тридцать минут. Сейчас мне кажется, что это вечность, и я не привык ждать. Я отступаю в тень и смотрю на дверь.

Глава 8

Далила

От стука в дверь всё в груди сжимается. Разум кричит, что это Эрл меня нашёл и собирается забрать с собой. Конечно, сначала он убедится, что я поняла, как заставила его преподать мне урок.

Я рисую это всё в своём воображении, но женщина, которую избивает Эрл, становится для меня чужой. Кажется, что я её больше не знаю. Я представляю, что сбрасываю её с себя, как пальто и оставляю где-то на дороге к озеру Тахо. Самое лучшее, что я могу сделать — отпустить её.

Я стряхиваю страх и напоминаю, что Эрла здесь нет, он не придёт, а я очень голодна.

Выключив телевизор, по которому идёт какое-то реалити-шоу, я хватаю бумажник и подхожу к двери. Но за ней обнаруживаю не курьера с лапшой и рёбрышками. А гигантскую целлофановую корзину с широкой пурпурной лентой сбоку. Кончики пальцев сжимают деревянное дно. Накаченные ноги в сандалиях видны внизу.

— Э? — протягиваю я.

— Доставка для мисс Уортингтон.

— Это я, но…

Сбоку появляется голова, и на меня смотрят ярко-голубые глаза.

— Можно?

Я отступаю.

— Ой, да, простите. Кажется, корзина тяжёлая.

Когда разносчица проходит мимо, я вижу бутылку вина, два бокала, коробку трюфелей, клубнику в шоколаде, крошечные пирожные и это только одна сторона. Разносчица ставит огромную корзину на деревянный столик у окна и достаёт из фартука блокнот.

— Не могли бы вы расписаться здесь?

Я беру её ручку и нацарапываю на листе имя.

— От кого это?

Она улыбается, и в уголках её глаз появляются морщинки.

— Я просто курьер, но там есть карточка. — Она указывает ручкой на корзину и поворачивается, чтобы уйти. Я иду за ней к двери, запираюсь и смотрю на корзину, не зная, что делать. От кого это могло быть? Никто не знает, что я здесь, даже Джесси.

Я снимаю конверт с верхней части рядом с лентой и вытаскиваю карточку.

«Мисс Уортингтон, нам очень жаль, что домик не оправдал ваших ожиданий. Мы здесь, в «Совином Домике», стремимся сделать пребывание наших гостей исключительным во всех отношениях, и когда не выходит, стараемся всё исправить. ~ Персонал «Совиного Домика»»

Какого чёрта? С домиком всё прекрасно, и я никому не звонила и не жаловалась. В чём дело? Несмотря на все недостатки, мама воспитывала быть честной и не брать ничего, что не заработала.

— Какой насыщенный вечер. — Я надеваю шлёпанцы и хватаю корзину.

Глава 9

Майлз

Я чувствовал себя идиотом, стоя среди деревьев, но бьющееся сердце не позволяло уйти. Я должен увидеть её лицо. Мне нужно взглянуть на Далилу Уортингтон. Попросив Ксавиона прислать лучшую корзину с подарками, я понятия не имел, что это будет самая большая корзина в мире. Но когда дверь открылась, мне удалось рассмотреть лишь порыв тёмных волос, а потом её закрыла собой курьер. Но этого хватило, чтобы по крайне мере, испытать мгновение облегчения, в котором я так нуждался, хоть и не осознавал.