Святилище (СИ) - Файн Сара Ф. - Страница 55

Когти Джури царапали мою кожу, прямо над бороздами, оставленными Силом. Я выгнулась и закричала, когда он стянул мои штаны чуть ниже бёдер. Я извивалась под ним, руками шаря вокруг в поисках чего-нибудь, да чего угодно, чем можно было бы отбиться. Этому не бывать. У меня снова перехватило дыхание, когда пронзительные, отдающиеся эхом воспоминания всплыли в моей голове, угрожая задушить меня, забрать меня прямо сейчас и запереть в этой несвежей кровати с розовыми простынями.

— Лила!

Я отбросила прочь воспоминания. Малачи звал меня по имени, возвращая меня в реальность. Я вскинула бедро, когда Джури удалось расстегнуть свои брюки. Это вывело его из равновесия и, извернувшись, я ударила его локтем в шею. Я протянула свою функциональную руку достаточно далеко и схватила ближайший кусок цемента. Я ударила его в лицо.

Он взвыл от боли, выбросив вперед кулак и скользнув им по моему подбородку. Я снова врезала куском цемента, и на этот раз нос Джури хрустнул. Но он неустанно чинил препятствия, колотя меня, пытаясь укусить, пытаясь сорвать с меня штаны.

Моё зрение потемнело, и я снова ударила его куском цемента.

И снова.

И ещё разок.

Чьи-то руки сомкнулись вокруг моих плеч.

— Лила, остановись.

Кто-то вырвал цемент из моей онемевшей руки, а я продолжала кричать. Когда я начала кричать?

— Прекрати, — сказал Малачи. — Ты можешь остановиться. Он больше не двигается. Открой глаза.

Его свирепое лицо было прямо перед моим лицом. Это было самое красивое видение, которое я когда-либо видела. Он держал моё лицо в своих руках, закрывая меня от всего, кроме себя.

— Мы должны выбираться отсюда. Это здание вот-вот рухнет. Ты можешь идти?

Я моргнула несколько раз, пытаясь вспомнить, что только что произошло.

— Конечно, — хрипло ответила я. — Без проблем.

— Давай, — он потянулся к моей руке, но отпрянул, когда я захныкала. Он прищурился в темноте. — Что у тебя с рукой?

— Обожгла.

Он выругался и потянулся к другой руке.

— Пошли, — сказал он сдавленным голосом, подталкивая меня к двери.

— Где Надя?

— Она с Анной. Мы должны поторопиться.

Он повёл меня вверх по лестнице, обнимая и нежно поддерживая. Казалось, он боялся слишком сильно давить на мою кожу, словно переживал, как бы ни причинить мне боль. Но сейчас это не имело никакого значения. Каждая частичка меня уже была сломана. Моё тело болело от всех ударов, полученных от Джури. Живот горел в том месте, где Сил порезал меня своими острыми когтями. Обожжённая рука тупо пульсировала. Порванные штаны свисали с бёдер. Я хотела завязать разорванные края вместе, но для этого потребовались бы две руки. Мы поднялись на самый верх лестницы. Малачи встал передо мной, решив первым выйти за дверь.

Как только я подняла ногу, чтобы переступить через порог, Малачи пихнул меня назад. Я потеряла равновесие и упала на дверной косяк. Я подняла голову как раз вовремя и увидела, что он достает свою дубинку и протягивает её мне. Мы были окружены, по меньшей мере, восемью Мазикинами, которые явно ждали его выхода из здания. Я бы никогда не подумала, что они будут так организованны без лидерства Сила… а это означало, что кто-то другой руководил ими.

— Лила, прошу, оставайся там, — спокойно сказал Малачи, выдвинувшись в сторону круга врагов, уводя их от двери, от меня.

Теперь я была бдительнее, адреналин бежал по моим венам, я осматривала местность, ища единственного человека, который мог бы устроить эту ловушку. Очевидно, Ибрам подоспел вовремя.

А вот и он. Он был вовлечен в битву на ятаганах с Анной. Я резко повернула голову к Малачи, который уже уложил троих Мазикинов. Он оставался в центре сражения, вращаясь и нанося удары так быстро, что я была не в силах уследить за всеми его движениями. Я вышла из дверного проёма и вытянула шею, высматривая Надю. Она прижалась к груде развалин, скрестив руки на груди, прямо за спинами Анны и Ибрама, которые изо всех сил старались порезать друг друга на мелкие кусочки.

Два Мазикина вышли из-за ближайшего мусорного контейнера, не сводя с меня глаз. Я огляделась в поисках чего-нибудь, чем можно было бы защититься, но только с одной работающей рукой и несколькими возможными внутренними повреждениями, я сомневалась, что буду настолько эффективна. Малачи тоже заметил их. Он ничего не сказал, но темп его движений стал более ударным. Ещё трое Мазикинов было повержено. Остались только двое, плюс те двое, которые быстро приближались ко мне, оскалив зубы.

Анна закричала, привлекая внимание каждого. Внезапно её окружила группа Мазикинов, вышедших из переулка с другой стороны склада.

Их было несколько десятков.

Засада.

— Анна! — крикнул Малачи, безжалостно добивая оставшихся противников.

Он перепрыгнул через груду упавших Мазикинов, отправляя в воздух метательные ножи. Двое Мазикинов, которые бежали ко мне вприпрыжку, повернулись и побежали на четвереньках в направлении Анны, когда она снова закричала. Далеко они не ушли, одновременно падая с ножами, всаженными в их спины. Но для Анны это не имело никакого значения. Ибрам стоял и смотрел с жестокой улыбкой на лице. Даже с расстояния в несколько десятков метров я понимала почему. Мазикины овладели ею, повалив на землю. Они кусали и рвали её в каком-то питательном безумии.

— Бросай, Малачи, бросай! — взвизгнула Анна. — Сделай это!

Малачи проигнорировал её и побежал к ним. Ибрам сделал быстрое движение рукой, и Мазикины подняли сопротивляющуюся Анну на ноги. Они потащили её вниз по улице.

— Бросай, Малачи, сейчас же! Не позволяй им забрать меня, — закричала она, боль и паника ясно сквозили в её голосе.

Я в ужасе шагнула вперёд, не в силах ничего сделать. Они были слишком далеко. Они сбегут. С Анной.

— Бросай! — снова закричала она.

Малачи остановился как вкопанный и взревел от досады. Мазикинов было слишком много. Их было как минимум двадцать. Толпа несла Анну вглубь по улице, Ибрам прокладывал путь, сверкая клинком. Малачи повернулся ко мне, его лицо было беспомощным и измученным. Я знала, что его не волнуют шансы, он хотел пойти за Анной. Но я также знала, что он не хотел оставлять меня раненой и беззащитной. У меня не было времени помочь ему в принятии решения. Да и что бы я сказала?

"Иди, спаси Анну и умри в процессе".

"Побереги себя, оставь её умирать и приходи ко мне".

Парализованная, я уставилась на него. Анна закричала снова. Выражение лица Малачи стало алмазно-твёрдым от уверенности. Он потянулся к одной из чёрных сфер, прикреплённых к его груди. Одним плавным движением он подбросил её в воздух. Сфера приземлилась прямо позади толпы и взорвалась с такой силой, что выбило стекла в зданиях по обе стороны улицы.

Ударная волна сбила меня с ног. Я подняла голову, в ушах у меня звенело и трещало, и увидела, как Малачи вскочил на ноги и побежал прямо к пылающей бойне.

О, Боже.

Не обращая внимания ни на острую боль, ни на тупое неверие, я потащилась вперёд. Я прохромала мимо Нади, которая дрожала и плакала, зажав уши руками. Но она была невредима и никуда не собиралась уходить.

Лязг металла о металл эхом прокатился по улице. Я чуть не взвыла от разочарования. Каким-то образом Ибрам выжил и мог сражаться. Я бросилась бежать. Я пронеслась мимо первого тела, лежавшего кучей на тротуаре в десятках метрах от места взрыва.

Я добралась до воронки взрыва и побежала дальше, изучая каждое разбитое, почерневшее лицо. Малачи был в нескольких метрах впереди, сплетая в битве свой ятаган с мечом Ибрама. Он был так явно взбешён, что я испугалась, что он совершит глупую ошибку и погибнет.

Скрюченная фигура в метрах десяти от него зашевелилась и застонала опустошённым, но знакомым голосом.

— Анна! — я подбежала к ней и сдержала крик.

Её красивое лицо было совершенно обезображено. Рваные раны от укусов покрывали её шею. Её распухшие глаза заплыли отеками. Кровь сочилась из носа, рта, ушей. Я опустилась на колени рядом с ней, ища способ помочь.