Притворись моим (СИ) - Лель Агата - Страница 9

Где-то совсем рядом раздаются шаги, и я вытягиваюсь струной, как будто кол проглотила.

Часть 18

- Я понял, что ты не любитель выпить - и это похвально, но всё же взял на себя смелость принести тебе вина. Чуть-чуть, - входит в спальню и, приземлившись на кровать рядом, передаёт мне в руки наполненный бокал. Я не хочу больше пить, но всё равно послушно беру фужер, более того, отпиваю глоток, потом ещё один. Пью и он отрываясь смотрю в его серо-зелёные глаза... Хотя, наверное, больше всё-таки зелёные... Магический микс.

- Что тут интересного? - спрашивает Марк, и я не могу сразу понять, что же он имеет в виду. Я словно в гипнотическом трансе. - Я про кино, - подсказывает, указывая движением бровей на экран.

Перевожу следом рассеянный взгляд и понимаю, что, листая бездумно каналы, остановилась на фильме для взрослых, и именно сейчас полностью обнажённый бугай с волосами до плеч срывает с грудастой блондинки крошечные стринги...

- Хороший выбор, - серьёзно одобряет Марк, но я вижу, что глаза его улыбаются.

Я не просто краснею - я вспыхиваю пионерским костром! Спохватившись, пытаюсь найти на покрывале пульт, но он как назло куда-то запропастился. Нигде нет!

Подскочив словно пружина, опусаюсь на пол, не теряя надежды отыскать злосчастный пульт под кроватью. Должен же он где-то быть, в конце концов!

- Я это не смотрела, клянусь! Оно как-то само переключилось. Я понятия не имела... - блею, безуспешно отыскивая потерянную вещь.

- Ты не это ищешь? - подаёт голос Марк, и я, поднявшись чересчур резко, сбиваю из его рук стакан с коньяком. Тот с оглушительным звоном падает на пол - на светлом паркете, среди россыпи мелких осколков расплывается безобразная коричневая лужа.

С ужасом смотрю на то, что натворила и едва не теряю сознание.

- Боже мой, Марк, умоляю, прости!.. Я такая неуклюжая! Я сейчас всё... уберу. Сейчас, одну секунду, - ещё одно одно моё неловкое движение - и из его руки выпадает пульт. Прямо в лужу.

Я не просто в шоке, я в панике! Да что это со мной такое творится?! Какой позор!

- Я всё... сейчас... Я быстро... - снова наклоняюсь с твёрдым намерением извлечь из осколков пульт, убрать за собой бардак и после этого исчезнуть с его глаз долой. А лучше навсегда переехать из этого города или даже страны, чтобы ненароком не встретиться где-нибудь снова.

Какой стыд... Боже... Какой стыд!

- Тань, ты чего это? Эй, - Марк мягко берёт меня на плечи и поворачивает на себя. - Это всего лишь стакан, хрен с ним.

Зачем-то перевожу взгляд на телевизор и краем глаза улавливаю на экране ТАКОЕ, что я готова сейчас же провалиться сквозь землю.

Снова резко наклоняюсь и, не обращая внимания на осколки, всё-таки поднимаю злосчастный пульт.

- Сейчас, я... Одну секунду... - пытаюсь выключить срам и от волнения тычу на все подряд кнопки. Конечно же, по законам нелепого жанра попадаю на громкость и спальню заполняют страстные женские стоны.

Не знаю, может ли человек покраснеть и побледнеть одновременно, но я, видимо, стала первой, кому это удалось.

- Давай я сам, - Марк забирает у меня мокрый от коньяка пульт и спустя мгновение в комнате повисает абсолютная тишина...

Часть 19

Наконец-то это закончилось! Мне так стыдно, что я не знаю, как теперь посмотреть в его глаза. Наверное, он считает меня круглой дурой. Наверняка! И просто очень хорошо воспитан, чтобы об этом сказать.

- Прости, мне так неловко, ты даже не представляешь... - шепчу, смотря на носки своих туфель. - Если ты решишь, что я чокнутая, я даже не обижусь.

- Ну почему же, ты не чокнутая, - поостестует он и, взяв мои подрагивающие руки в свои, мягко усаживает рядом с собой. - Мне даже нравится, что ты такая.

- Какая? - набираюсь смелости и смотрю в его глаза.

- Робкая. Необычная.

- Необычная? Звучит как "городская сумасшедшая".

- Есть немного, - тепло улыбается он и, немного помолчав, проводит тыльной стороной ладони по моей щеке. - Ты очень красивая.

- Марк...

- Нет, правда. Очень, - последнее слово выходит у него как-то хрипло, а взгляд словно теряет фокус, становится блуждающим, каким-то полупьяным.

Я чувствую, как его рука осторожно, словно проверяя грани дозволенного плавно соскальзывает со щеки на шею, затем плывёт по ключицам. Ниже... Мелькает неуместная мысль, что зря я послушала девчонок и не надела бюстгальтер...

Я понимаю, что то, что он сейчас делает - недопустимо, но всё равно позволяю ему себя трогать, потому что мне очень, безумно, просто до умопомрачения приятны его прикосновения. Звуки, запахи, тактильные ощущения... всё это кажется таким новым и волнующим.

Поняв, что я не сопротивляюсь, Марк чуть-чуть отстраняется и снова на меня смотрит, и я отчётливо вижу, что взгляд его в который раз изменился. Сейчас в нём уже нет той остроты и азарта, какой был когда я убегала и отпихивала его от себя. Сейчас в его взгляде читается... разочарование?

Но разочарование в чём? Что я так быстро сдалась? Но я не сдалась! Это же просто поцелуи, я могу остановить его в любой момент! Могу!

Но, видимо, мужчины чувствуют, когда им дают молчаливый зелёный свет: запустив пятерню в мои волосы, Марк рывком притягивает меня к себе и целует. Целует совсем иначе, не так, как на балконе. Там он целовал нежно и неторопливо, а сейчас нетерпеливо, даже как-то отчаянно...

- Очень красивая... - выдыхает в мои губы, и я приоткрыв глаза, вижу, как он, быстро работая пальцами, расстёгивает пуговицы на своей белоснежной рубашке, а после резким движением плеч сбрасывает её с себя и швыряет на пол, куда-то в ту самую злосчастную лужу. - Иди ко мне.

Мягко, но уверенно толкает меня на кровать и, не давая опомниться, нависает сверху.

Я вижу перед собой его лицо, растрёпанные волосы и горящие каким-то совершенно безумным огнём глаза.

И если раньше всё происходящее казалось мне чем-то несерьёзным, флиртом, своеобразной игрой, то сейчас я понимаю, что он не играет точно. Особенно когда услышала лязг пряжки ремня...

- Марк, что ты делаешь?

Он не отвечает: стягивает брюки и вытряхивает на скомканное покрывало содержимое карманов. Я вижу кожаный бумажник, мобильный, ключи от автомобиля и... тонкую фиолетовую коробку.

И тут до меня, наконец, доходит вся серьёзность происходящего. К щекам прилил жар.

Нет! Что он творит?!

- Марк, послушай, ты, наверное, всё неправильно понял, - приподнимаюсь на локтях и отползаю назад, упираясь затылком в спинку королевской кровати. - Прости, это я во всём виновата, что позволила, допустила... вот это всё. Но я правда не подумала, что ты можешь воспринять это как-то превратно. Я дура, знаю. Я сейчас уйду!

- Пожалуйста, расслабься, - шепчет он, и я жмурюсь, предпочитая не смотреть на то, что он делает с содержимым коробки дальше.

Сердце колотится так сильно, что больно дышать. Кровь не просто бежит по венам - она циркулирует словно в центрифуге, доводя меня до полуобморочного состояния.

Я боюсь, мне так страшно! Что же я натворила...

Наверное, глупо в моём возрасте трястись словно осиновый лист и бояться мужчин как огня. Но я думала, что всё будет совсем не так, что всё будет... правильно, как положено, что это будет мой муж! Сначала помоловка, потом свадьба. И дети. И дом с белым забором. Я даже представить никогда не могла, что всё произойдёт вот так...

Гостиница, парень, фамилию которого я даже не знаю... Да я даже не уверена, что его действительно зовут Марк!

- Марк... - предпринимаю последнюю попытку что-то исправить, но... поздно. Мгновение - и назад дороги уже нет. Мы уже одно целое... Он просто пошёл на поводу у инстинктов, ещё не зная, что для меня это всё впервые.

Тяжело дыша, он вдруг замедляется и поднимает на меня взгляд, в котором читается искреннее изумление.

- Извини, я не знал, что ты... Я бы сделал всё... по-другому.