Забыть нельзя, влюбиться невозможно (СИ) - Коваль Алекс - Страница 32

Женя предложил пешком прогуляться до моего дома. Хоть ноги и не держали, а хмель ударил в голову, я согласилась.

Я любила ночь. Это прямо мое время. Я могла часами гулять или просто смотреть на звезды, наслаждаться тишиной и прохладой после жаркого летнего дня. Лето же я любила за то, что оно предоставляло возможность гулять всю долгую ночь напролет. До самого рассвета.

Вот и сейчас мы никуда не торопились, медленно прогуливаясь под ручку вдоль набережной. На другой стороне мигал свет из окон новомодных высоток, по дороге проезжали редкие машины, мимо прогуливались парочки. Тишина и покой.

Да, мне было определённо уютно рядом с парнем. Как будто зимой в лютую вьюгу укуталась в теплый плед. Вот Женька и был тем самым пледом. Алекс же все время вьюгой врывался в мои мысли.

Женька рассказывал мне о родственниках, о сестре, но я бессовестным образом не слушала. Мысленно прокручивая все, что связывало нас с Александром в последнее время. Пытаясь понять, чего же хочет от меня сам мужчина. Чего ждет? Просто отношений, ограничивающихся постелью? Думаю, он должен понимать, что на такое я никогда не соглашусь. Хотя, как говорится, не говори гоп… в общем, пока не прижмет окончательно и я не пойму, что по другому никак; пока мозг совсем не перестанет работать, давая волю сердцу - я буду сопротивляться.

События июня проносились в моей голове, как картинки в калейдоскопе. Яркие, стремительные, бесконечно прекрасные картинки.

Вечер выпускного, когда он ждал меня и беспокоился. Наверное, человек, которому ты безразлична, не будет так делать?

Ночь, когда мы ехали вдвоем по ночному городу, держась за руки. Тогда я впервые ощутила помимо физической близости душевную.

Игорь со своей сестрицей и Алекс, который как с цепи сорвался. Думаю, не окажись меня рядом, он бы просто голову открутил этому подонку. Я никогда не забуду этот горящий взгляд мужчины и руки, которые трясутся от ярости.

Даже тот эпизод с несчастным платьем пришел в голову. Когда мы оба замерли у манекена. Интересно, купил он его Инессе?

Что вообще дальше будет в их отношениях? Вряд ли он из-за простой няни бросит свою подругу. Заступничество - это одно, а многолетняя связь - это другое.

Совсем некстати пришел на ум тот новый дорогой комплект нижнего белья. А я ведь так ни разу не достала и не примерила. Печально осознавать, что кроме как для себя любимой, больше его надевать не для кого.

Я шла, вдыхая аромат вечернего города, и пыталась понять, когда Алекс успел так глубоко проникнуть в мою жизнь. В сердце. Когда я думала о нем, оно сжималось, вызывая чувство тепла и тихого восторга. Он был в городе почти два месяца и почти столько же уже не выходил из моих мыслей.

Я, наверное, была отвратительной женщиной. Гуляла с одним, а думала о другом. Но ничего не могла с собой поделать.

Мне хотелось к нему. Домой. Но я боялась.

Мне хотелось стать с ним ближе. Но я знала, что это неправильно. Меня не так воспитывали. Я не могу перейти дорогу другой женщине, какой бы стервой она не была. Он по-прежнему ее мужчина. По крайней мере, официального расставания, насколько я знала, не было. Может, я и дура, но, пока не услышу от него другого, буду сопротивляться.

Себе, своим желаниям и, к сожалению, чувствам.

Алекс не из тех мужчин, кто верит в любовь, это и первый встречный поймет. Он не признает душевных привязанностей и не нуждается в серьезных отношениях. Пожалуй, это был еще один веский довод, чтобы держать свое сердце на замке.

Мне нужен был кто-то проще, что ли. Приземлённей. Вот как Женька. С ним было бы легко, с ним было бы безопасно и не больно.

Только проблема в том, что к нему не тянет, а как переступить через себя, я не знала.

Я слишком запуталась в своей голове и в своих чувствах.

К жилому комплексу, где я временно жила, мы подошли, когда на улице уже начало светать. Город тонул в предрассветном тумане, дворники хлынули на улицу мести тротуары. Самые ранние пташки уже мчали на работу, а «загулявшие» совы только возвращались из баров, клубов и ресторанов.

У входа в фойе Женька остановился и улыбнулся мне одними уголками губ. Глаза оставались серьезными.

- Спасибо за потрясающий вечер, Даша.

Вот тот момент, когда приходит время двоим влюбленным прощаться до новой встречи.

Парень медленно наклоняется, старясь не спугнуть момент, и целует меня в губы. Нежно, невесомо, едва касаясь. А у меня в груди что-то щелкнуло и с глухим треском оборвалось, потому что ничего не почувствовала. Мое сердце и даже тело осталось глухо к этой нежной ласке.

Слегка отстранившись от Жени, я улыбнулась и, пожелав спокойной ночи, поспешила уйти, сдерживая накатившие слезы.

Открывая дверь квартиры, я втайне надеялась, что Алекс ждет меня, так же как тогда, в вечер выпускного.

Однако квартира встретила меня тишиной. Неудивительно. Время уже почти четыре утра, дети, естественно, спят. Алекс, наверное, тоже.

Я прошла на носочках в прихожую, стараясь сильно не цокать каблуками. Голова кружилась от вина. Прислонилась к стенке и аккуратно стянула туфлю за каблук, когда вторая нога пошатнулась, и я стремительно полетела вниз. Даже охнуть не успела. Перед глазами уже маячил мраморный пол, когда чья-то сильная рука подхватила меня за талию и поставила на ноги.

Хотя почему чья-то?

Александр.

Глава 20. Ревность

- У-у-у-пс, - захохотала я, прикрыв рот ладошкой.

Внутренняя богиня ликовала от осознания того, что он все-таки ждал меня. Ну, или услышал, как я вернулась. Я заулыбалась, как дурочка. Пьяная моя голова отказывалась вести себя адекватно.

Боги, Даша, что ты творишь! Вот это тебя развезло с пары бутылок вина. Медленно поползла взглядом по расстёгнутой на груди рубашке, мощной шее и волевому подбородку «спасителя»... ага, а вот и губы, сжаты в плотную линию, а глаза мечут молнии. Кажется, Алекс совсем не рад.

Я попыталась тихонько отодвинуться от мужчины, но голова слегка кружилась и меня, бедную, знатно шатало. Странно, пока мы гуляли с Женькой, я не ощущала себя настолько пьяной. Скорее слегка пьяненькой.

- Где ты была? - ой, ой, а какой тон-то злой.

- На свидании, - честно ответила я, не покривив душой.

- Всю ночь?! – грозно прорычали мне, сквозь зубы.

- Эм… ну… да, - пролепетал мой пьяный язык. Ничего умнее не придумав.

Мышцы руки на моей талии напряглась, превратившись в камень. Мужчина сильнее прижал меня к себе. Я уперлась ладонью в его грудь и почувствовала, как бешено колотится его сердце. Дыхание перехватило. Лицо начальника казалось маской, ни улыбки, глаза смотрят не мигая и только желваки ходят на красивом лице.

- Приличной няне не подобает являться домой под утро, да еще и в таком состоянии, - отчеканила эта статуя, прошептав практически мне в губы.

Руки на моей спине сжимались в кулаки и разжимались. Ощущая на своей талии перекатывание и движение мышц сильных рук, я тихонько начала закипать. Желание стало разливаться по всему телу, прибирая под свои щупальца остатки разума.

- Да что ты...

- Ты сама очертила рамки дозволенного, забыла?

- То, что я няня, не значит, что у меня нет личной жизни, - в тон ему, зло прошептала я, и помахала рукой у начальника перед носом.

Я оттолкнула мужчину от себя, собирая остатки своей потрепанной силы воли. Из последних сил удерживая равновесие, стянула вторую туфлю и подхватила валяющуюся на полу сумочку, рискуя устроить встречу носа с полом. Но все прошло удачно, мне даже удалось почти не шатаясь пройти в гостиную. В горле пересохло и минералочки хотелось, жуть как.

- Я не говорю, что у тебя не должно быть личной жизни. Но будь добра строить ее за пределами рабочего времени! – догнало меня сзади грозное наставление.

- А когда он, этот предел, наступает?! - прошипела я, махая руками и резко разворачиваясь. - Я няня твоим детям двадцать четыре на семь! Утром няня, днем няня, вечером няня, могу я хотя бы ночью побыть обычной любимой девушкой?!