Мать наследника (СИ) - Эванс Алисия - Страница 53

Каким-то чудом удалось встать на ноги, не разбудив спящих Адель и Архана. Малыш тихо посапывал в кроватке, а его мать с беззащитным и расслабленным видом лежала на боку, на руках её осталась его запекшаяся кровь. Она заснула, даже не переодевшись и не помыв руки. Пит не мог припомнить, какая еще женщина за последние несколько сотен лет оказывала ему первую помощь так самозабвенно, без капли презрения и брезгливости на лице. А уж о том, чтобы она забыла затем помыть руки, и речи быть не могло. Даже любовница, которую он позволил себе раз в жизни около ста пятидесяти лет назад, и та всегда после близости около часа принимала ванну. Отчего-то эта не смытая кровь на руках девушки показалась ему символом её личной безграничной преданности, любви и привязанности.

Попытавшись сделать один маленький шаг, Пит шумно выдохнул и зажмурился – острая боль пронзила ногу, словно в неё вонзили зазубренный нож. Наступать на конечность невозможно. Тихо выругавшись себе под нос, маг стянул остатки той магии, что ещё таилась в закромах его опустошенного резерва, и создал трость. Опираясь на неё, будто немощный старик, он тихо подошел к Адель, склонился и поцеловал её в гладкий лоб, как ребенка. Все те невероятные события, которые произошли вчера, случились из-за неё и для неё. Сила, неожиданно проснувшаяся в Пите, была пробуждена именно Аделией, её женской натурой, её материнским чувством. Именно эта женщина подарила ему вторую жизнь, наполнив существование потомка Драконов смыслом. Все происходящее – лишь для нее одной.

Маг поднял с пола драконий меч и, оглядев комнату, принял решение спрятать его в шкаф, прикрыв артефакт слоями зимней одежды. Так ни Адель, ни тем более Архан не смогут найти его и пораниться.

Передвигаясь с помощью трости, Пит испытывал отвращение к самому себе. Больше всего на свете он ненавидел быть слабым, а с этим ранением Верховный маг стал практически беспомощным. Каждый раз, занося деревянную палку, чтобы сделать шаг, он хотел провалиться сквозь землю, лишь бы никто, тем более самые дорогие в его жизни люди, не видели своего отца и защитника в таком состоянии. Ирония судьбы заключалась в том, что Пит твердо намерен встретиться с тем, кому демонстрировать свое ранение хочется ещё меньше. Однако, иного выхода нет.

Соорудив портал, Верховный маг переместился в допросную, которая на самом деле представляла из себя пустую камеру без нар, отхожего места и вообще условий для существования. Предполагалось, что нет нужды оборудовать камеру, в которой никто не будет жить, ведь она создана именно для кратковременного пребывания в ней заключенных, которые так или иначе покидали её через несколько часов. Князю не повезло, что ещё сказать.

Пит не сразу позволил пленнику увидеть себя. Он бы создал из магии шикарное бархатное кресло, чтобы продемонстрировать разницу в их положении, но сейчас такие изыски ему не под силу. Превратив трость обратно в магическую энергию, единственное, что смог сотворить Пит из нее же – хлипкий деревянный стул. М-да.

- Ну, здравствуй, - вздохнул маг, присаживаясь и позволяя пленнику увидеть себя. Проведенная в камере ночка отразилась на нем самым худшим образом: князь выглядел как сумасшедший, с трясущимися руками и затравленным неадекватным взглядом. И куда делся тот холеный аристократ, который нес на руках его драгоценную Адель? Камера всех ставит на место.

- А-а-а-а! – испуганно взвизгнул аристократ, в одном прыжке достигнув противоположной от Пита стены. Мужчина вжался в каменную поверхность, скалясь и глядя на мага так, словно тот собрался травить его собаками. Он не проронил ни слова, боясь открыть рот и обратиться к заточившему его мужчине

- Итак, - медленно протянул маг, смерив князя равнодушным взглядом, - меня интересует, о чем ты говорил с царицей. Если будешь отвечать честно и без вранья, обещаю: уйдешь отсюда живым и невредимым. Если выложишь все до последней капли, я даже сжалюсь и сотру тебе память обо всем этом, - он сделал небрежное круговое движение пальцами, имея в виду ночь в допросной камере.

- Царица прислала мне официальную записку с просьбой о встрече во дворцовом саду, - спешно выпалил князь, стараясь как можно быстрее проговорить каждое слово. Хорошее решение. С таким подходом им обоим будет легче. – Я не мог отказать, она ведь царица, да и интересно было, что ей от меня нужно.

- И чего же она хотела? – медленно и мрачно протянул Пит, вскинув бровь.

- Царицу интересовала проблема урожая и голода, - князь не смог скрыть своего удивления от того, что молодой женщине захотелось вникать в такие сложные «мужские» вопросы, как обеспечение населением продовольствия. – Она пыталась узнать у меня, сколько зерна нам удалось собрать, какие масштабы ожидаются у надвигающегося голода… Вот и всё. Клянусь вам, мы говорили только о делах! – пискливо воскликнул князь, заметив, как потемнел лицом маг. Пленник принял это за неодобрение выдаваемой информации, но Пита огорчило не это. Зачем Адель интересовалась вопросами управления и планирования? Для чего ей это? Она ведь пообещала ему больше года назад, что посвятит себя лишь материнству и не будет лезть в вопросы политики. Что же изменилось?

- Почему ты ещё жив? – задумчиво протянул Пит, вперив в трясущегося мужчину пронзительный взгляд синих глаз. Князь побледнел ещё сильнее и вжался в стену так, что, казалось, рискует оставить на камне отпечаток своей фигуры. – Няни погибли, стража тоже мертва. Выжили Адель и Архан, но они защищены драконьей магией… Почему ты не погиб, отделавшись лишь обмороком? – потер подбородок Верховный маг.

- Я н-не знаю, - заикаясь и дрожа, ответил князь.

- Подозреваю, что не только в крови Адель течет драконья кровь, - пробормотал Пит, разглядывая фигуру своего пленника. Высокий рост, обаяние, особое телосложение, отличающее его даже от земляков, да к тому же иммунитет против магического воздействия. Да, слабый, но он есть. Очень интересно, сколько ещё потомков Драконов бродит по этому миру? Примечательно, что пока ему встречались лишь представители высшей знати, наделенные этой отличительной особенностью.

- Я не понимаю, о чем вы, - нервно помотал головой князь. – Я происхожу из древнего восточного рода, ведущего свое начало…

- От богов, - спокойно закончил за него Пит. – Я знаю. Мне будет интересно понаблюдать за тобой. А пока… - щелкнув пальцами, он стер все воспоминания о последних событиях из головы князя. Теперь тот был уверен, что прошлым вечером он отужинал с царицей и отправился спать к себе в покои, где и провел всю ночь, забывшись крепким сном. Из головы носителя драконьей крови испарились догадки об истинном происхождении цесаревича, об измене царицы и о существовании магии. На утро он уже не смог вспомнить своего знакомство со странным синеглазым магом, но, порой, заглядывая в глаза наследника трона Севера, в его душе ворочалось противное липкое чувство страха и беззащитности.

Когда Пит вернулся в покои Адель, та уже проснулась и кормила их ребенка завтраком. Архан сидел в специальном стульчике для кормления и, первым заметив появление отца, радостно заулыбался и, подняв руку, указал на него:

- Папа!

Адель обернулась и встретилась с мрачным задумчивым взглядом Пита.

- Где ты был? – спросила она тихим голосом, заметив трость в его руках.

- Общался с князем Черноземья, - не стал скрывать Пит и остался стоять, глядя на свою женщину сверху вниз. Ему не хотелось начинать это утро с ссоры, но неприятного разговора, увы, не избежать. – Адель, мой бриллиант, скажи, зачем ты, черт побери, встречалась с ним, да ещё в такой…странной обстановке?

- А что в ней странного? – женщина недоуменно пожала плечами, глядя на него оленьим взглядом. – Я хотела обсудить с ним важные вопросы, а традиции предписывают для таких случаев накрывать стол.

- Вот именно, ангел мой, - округлил глаза Пит. – Зачем ты начала обсуждать с ним вопросы урожая?! Почему тебя это волнует?!

- Потому что я царица Севера, Пит! – Адель резко встала, гордо вскинула голову и выдержала тяжелый взгляд Пита. – И меня волнует надвигающийся голод!