Легенда о Чудограде. Книга первая. Властитель магии. Часть вторая. Союз пяти мужей (СИ) - Шихматова Елена - Страница 38

Где именно дом твоего дяди?

Он живет во дворце, это через одно здание от этого, — пролепетал он и указал более точное направление.

Хороший мальчик, — почти ласково сказала Амалия, — и ты наверняка сможешь помочь нам.

Сахаб моргнул. Что? Помочь? Нет, он не хочет помогать, не может и не должен! Он же патир! Патир, а не кто-нибудь там, но невидимых людей не интересовало его мнение. Его подхватили за талию и подняли как игрушку в воздух, а потом он стал подниматься над площадкой, все выше и выше. Сахаб ощущал, как возле него вьются разнонаправленные потоки воздуха, и тут внизу наконец-то показалась стража. Сахаб отчаянно потянулся к ним и завопил, что было мочи.

Я здесь! Спасите!

Стражники завертели головами, они слышали крики, но не видели патира, это настолько поразило их, что они были полностью дезориентированы, голос шел сверху, а они искали внизу, словно надеялись найти патира среди пыли на балконной площадке, тогда как патира перенесли в воздухе через одно здание на чуть меньший по размерам балкон. Когда мальчик почувствовал твердую поверхность под ногами, он дернулся, надеясь вырваться и сбежать, но Дан крепко держал его за талию одной рукой, другой зажав ему рот. Одно радовало Сахаба, он стал видеть тех, кто пожаловал в его дворец. Двое — женщина в брюках и мужчина в иноземной одежде были верхом на огромной черной птице, человека, который держал его, он пока увидеть не мог.

Сейчас мы пойдем туда, и ты отведешь нас к Мерцане и Ратибору. Имей в виду, если ты не станешь помогать нам, то никогда не сможешь больше говорить! — пригрозил ему Дан, и решив не только на словах, но и на практике продемонстрировать свою угрозу, произнес несколько слов на непонятном Сахабу языке.

Это было заклинание губной паутины. Сахаб почувствовал, как стянуло его губы, он попытался разжать их, но его губы словно склеило, мальчик испуганно схватил воздух, но открыть рот он опять не смог, а того воздуха, что попало через ноздри, ему было недостаточно. Нехватка кислорода вызвала у ребенка панический страх, выместивший все мысли из головы, в глазах Сахаба потемнело. Видя это, Амалия окликнула мужа и попросила.

Дан! Пожалуйста, не надо.

Это его не убьет.

И все-таки, я думаю, он и так все понял, верно, малыш?

Мальчик отчаянно закивал головой, благо Дан отменил действие заклинания. Едва почувствовав, что он вновь может открывать рот, Сахаб первым делом отдышался и только потом повернул голову и посмотрел на человека, который смог сделать с ним такое. Увидев его серебряные волосы, он недоуменно заморгал глазами. Как такое вообще возможно? Огромная птица, женщина в брюках и человек с серебряными волосами?! Последний опять пригрозил.

Мне не составит труда снова сделать это, так что будь хорошим мальчиком и делай то, что тебе говорят.

Молча Сахаб утвердительно кивнул, на глазах его заблестели слезы, он жадно вдыхал и выдыхал воздух, носом и ртом, только сейчас осознав, какое же это великое счастье, свободно дышать. Меж тем они приземлились на балконной площадке дома.

Имей ввиду, тебя не видно, и не заставляй меня делать так, чтобы тебя еще было и не слышно.

Сахаб не выдержал, из глаз его ручьем полились слезы, но он плакал молча, подавляя в себе все возможные звуки, и теперь до ужаса боялся начать шмыгать носом, как происходило всегда, когда он плакал давно, еще в детстве. Сочувственно посмотрев на него, Амалия достала платок из кармана своей походной летней куртки и протянула его Сахабу.

На, высморкайся и успокойся, и иду туда, где могут быть Мерцана и Ратибор.

Мальчик с благодарностью взял платок, он даже хотел сказать женщине из другого мира «спасибо», но, посмотрев на человека с серебряными волосами, передумал. Быстрыми шагами направился он вглубь дома, скорее всего, рассуждал он, рабы сейчас в рабочих зонах: на кухне, в коридорах, столовой, ванных комнатах, в саду и так далее, но тех маленьких рабов дядя забрал у него на перевоспитание, значит, они вполне могли быть сейчас запертыми в подвале, если их, например, собирались высечь или просто оставить в обществе крыс, чтобы они подумали на своим поведением. Поэтому для начала Сахаб направился вниз, проверить подвалы.

Сайдара, будь другом, облети пока дом, проверь, что тут, да как, я свяжусь с тобой, когда мы найдем детей, — сказал Дан птице рокха и догнал остальных.

Он уже видел внутренний интерьер дома в Союзе, а вот на лицах князя и Амалии читалось явное недоумение: зачем так стараться снаружи и ничего не делать внутри? По пути им попадались люди — закутанные в тряпки женщины и полуодетые рабыни, мужчины в цветастых платках и рабы в полурваных одеждах. Сахаб свернул на лестницу и стал спускаться вниз, уже на втором пролете стало понятно, что впереди них кухня: ноздри защекотало от приятных ароматов жареного мяса, соусов и пряностей. Едва дверь на кухню открылась, как все, кто там находился, недоуменно посмотрели на вход: никто не вошел, тогда что же открыло дверь? Но никто не придал этому особого значения, почти сразу все вернулись к своей работе, а Сахаб вышел через открытую дверь в узкий коридор, где ходила в основном одна прислуга, уже через несколько метров он услышал шаги. Дан дернул его за плечо и подтолкнул к стене, он, Амалия и князь Дометьян уже прижались к стене настолько, насколько это возможно — коридор был очень узким.

Слушай, я не знаю, что там тебе передали, но мне искренне жаль, что у вас Светланой ничего не получилось. Просто, мы — рабы и не можем решать за себя, нравится нам это или нет, но так решил Великий Алин, поэтому мы должны спокойно принимать то, что нам говорят. И, если уж хозяин решил продать Светлану, то с этим ничего уже нельзя поделать!

Надеюсь, ты искренне веришь в это, Гор, потому что звучит это… обидно!..

Я знаю, но не мы же решаем!

Да, еще скажи, хозяева всегда правы! Например, когда продали тебя в восьмилетнем возрасте или когда били тех маленьких рабов! А если б это были твои дети?

Моих тоже бьют, — пожав плечами, спокойно возразил Гор, сейчас оба человека показались из-за поворота, это были два молодых раба. — Извини, но ты, что жалеешь их? Да брось, они же грешники! Дети они или не дети, но они все равно остаются грешниками. Хотя, думаю, если бы детей из-за реки забирали совсем маленькими, они бы быстрее понимали, что к чему, а так они уже впитали культуру своего народа, и чтобы отучить их, нужно время, терпение и не всегда красивые методы.

Второй раб прибавил шаг.

— Знаешь, Гор, я тут вспомнил, что забыл выполнить одно из поручений, так что я пойду. Пока! Спасибо, что…

Последних слов было уже не слышно, мужчины зашли на кухню и закрыли за собой дверь. Как только дверь за ними захлопнулась, князь взял маленького патира за грудки и грозно прошептал.

Где мои дети?!

Я… я думаю, они в подвале. Если их били, то они точно там.

Так веди нас туда!

На глаза мальчика вновь навернулись слезы, он кивнул и послушно повел троих своих надзирателей в подвал. Только бы он угадал с направлением! Ему не хотелось испытывать на себе терпение всех троих незваных гостей, и все-таки оставалась одна большая проблема — он никогда не был в подвале и в своем доме, не то, что в чужом! Понятно, что подвал находился внизу, но как именно туда попасть, он не знал. Чувствуя дрожь во всем теле, ступая нетвердыми ногами, Сахаб пошел вперед, туда, откуда пришли те двое рабов. Увидев первую попавшуюся лестницу, он свернул на нее, когда же она закончилась тупиком — чуланом с продуктами, князь вновь схватил его за грудки и хорошенько встряхнул.

Я кажется сказал тебе вести нас в подвал!

Постойте, — вступился за мальчика Дан, — ты бывал здесь? Кстати, как тебя зовут?

Сахаб, — прошептал мальчик одними губами.

Сахаб, ты бывал здесь когда-нибудь?

Мальчик отрицательно мотнул головой, князь отпустил его и, встав, отвернулся к другой стороне стены и прислонил к ней голову.

Нужно проверять все лестницы, наверняка, отсюда есть выход в подвал, — сказала Амалия и направилась наверх.