Легенда о Чудограде. Книга первая. Властитель магии. Часть вторая. Союз пяти мужей (СИ) - Шихматова Елена - Страница 41

Я бы не стал этого делать, — шепотом сказал Амалии князь Дометьян, — но дать ему умереть вот так, пожалуй, тоже неправильно.

Амалия молча кивнула и положила руку ему на плечо. А Дан, коснувшись пальцами висков мальчика, погрузился в поле силы и, мысленно проникнув в тело ребенка, стал исправлять то, что было повреждено. Основную и главную проблему здесь составляло то, что стрела все еще торчала из груди Сахаба, и сейчас, оценив его состояние, Дан понимал — стоит ему вытащить стрелу и мальчик умрет. Значит надо убрать ее иным способом. Вынырнув из поля силы, он открыл глаза и позвал Амалию.

Когда стрела исчезнет, нужно, чтобы ты приложила к ране какую-нибудь тряпку, чтобы хоть как-то сдержать кровь. На мою тунику, она все равно вся в крови.

А вытащить стрелу разве нельзя?

Нет, стрела вошла слишком глубоко, если пошевелим ее хоть немного, он умрет.

Ясно.

Отдав ей свою тунику, Дан вновь погрузился в поле силы, сразу почувствовав прилив сил, ведь магия была частью него самого, и сосредоточился на стреле, руша переправу через Пограничную реку, он уже делал такое, проникал в структуру предмета, но сейчас все было гораздо сложнее — ему предстояло уничтожить этот предмет, не повредив ничего вокруг. Меж тем наблюдающий со стороны князь Дометьян изумленно смотрел на то, как стрела замерцала, а потом стала постепенно таять. Наблюдал за этим и Лукаш, и снова ужаснулся: властитель магии должен был приходить к этому постепенно, а не осваивать такие сложные вещи сходу. На это раз Данислав, чувства которого в данный момент были обострены и усилены, уловил страх своего ронвельда и, как только закончил, не возвращаясь в Реальный мир, он погрузился в мир Пограничный, и направился сразу к поселению древней, а потом задал прямой вопрос своему ронвельду.

«Что происходит?»

«А что происходит?»

«Ты знаешь, о чем я! Ты боишься меня, я почувствовал это. И мне это непонятно!»

«Прости, я… просто, просто никто из властителей магии не постигал все так быстро, даже Алин Карон и да, меня это немного пугает», — признался Лукаш.

«Пугает, что я пойду по стопам Алина Карона? Ты это хотел сказать?»

«Нет, господин, я не хочу так сказать. Просто твоя сила, она пугает».

«Не волнуйся, Лукаш, — миролюбивым голосом ответил Дан после долгого молчания, — я не — Алин Карон, и я не стану навязывать всем учение о мире без магии и магических существ. Моя сила не означает отсутствие разума, поэтому я в состоянии сделать выводы из опыта предыдущих поколений и впредь не повторять ошибок своих предшественников. Мир?»

«Да, — улыбнулся Лукаш, — извини, если я обидел тебя».

«Ничего, я рад, что мы решили этот вопрос».

Дан тоже улыбнулся ему и вернулся в Реальный мир. Он немного испугался, когда открыв глаза столкнулся взглядом с Амалией, которая сидела также, как и он, на корточках, вплотную к нему. Она держала его за плечи и смотрела на него взволнованная и встревоженная. Как только он открыл глаза, она крепко обняла его.

Я думала на этот раз ты точно исчезнешь! Ты опять мерцал.

Ах это! Не бойся, просто я был в Пограничном мире.

И так будет каждый раз, когда ты туда отправишься?

Да, но не бойся, это абсолютно безвредно, я никуда не исчезаю, просто часть меня погружается в другой мир.

Честно говоря, — отозвался князь Дометьян, — я согласен с Амалией, со стороны это выглядит жутковато.

К тому времени князь разжег костер — на островке росли кустарники и невысокие деревца, собрав хворост, он нашел два камешка и разжег огонь. Собирая хворост, он также нашел небольшой родник и набрал из него воды в те фляги, что Дан и Амалия брали с собой. Сайдара поймал несколько змей и теперь на ветке над костром дожаривалось ароматно пахнущее мясо. Если бы не двигающийся со стороны города отряд с передвижными катапультами, все можно было бы рассматривать как приятный отдых на природе.

О, я смотрю к нам гости.

Да, — мрачно сказал князь Дометьян, — что будем делать?

Ну, думаю, сначала надо попробовать передать им их патира, а потом уже можно будет возвращаться к реке.

Но они же уничтожат нас к тому времени!

Нет, не волнуйтесь, я создам щит вокруг нашего острова, ни одна стрела и ни один камень не долетят сюда.

Тогда, — предложила Амалия, — может, ты приступишь?

А, да, конечно.

Встав, он расправил руки, с его ладоней стали срываться струи воздуха, расширяясь на ходу, они вскоре окружили весь островок практически невидимой стеной, а потом образовали купол. Примерно через час отряд под руководством первого военного командира Рашида, подошел к ним вплотную, их разделяла только полоса песка примерно в сто пятьдесят метров шириной. Наслышанный о вторжении в город странных на вид врагов, Рашид ожидал увидеть, как враги готовятся защищаться — а что еще они могли делать, увидев такой грозный отряд: эти мощные луки с длинными стрелами, эти катапульты с тяжелыми камнями, но вместо этого, Рашид увидел, как трое людей преспокойно сидят у костра и что-то едят. Его даже передернуло. Они, что ненормальные, эти люди? Издалека Рашид также увидел свернувшуюся калачиком огромную черную птицу и еще он разглядел двоих детей, лежащих на земле, один из них был в одеждах патира — значит, все так, как ему сказали, стражник еще во дворце убил патира, и люди, которые до этого захватили его в плен, забрали тело мальчика с собой. Зачем? Что они хотели сделать с телом несчастного ребенка?

Что прикажете делать, господин Рашид? — спросил у него начальник отряда лучников.

Стрелять, занимайте позиции.

Есть, командир!

Никто из иноземцев даже не шелохнулся, они преспокойно продолжали сидеть у костра. Рашид злорадно ухмыльнулся на это и, посмотрев на своих людей, дождался, когда они будут готовы стрелять, потом поднял вверх руку и, кивнув головой солдатам у катапульт, резко опустил руку. Две передвижные катапульты сработали почти одновременно, два больших камня полетело в сторону маленького острова, и оба ударились о ставшую в момент удара видимой стену. Камни отлетели в сторону и быстро стали погружаться в толщу тяжелого песка. Если до этого людям из Кхабада просто казалось, что вокруг островка легка какая-то странная дымка, то теперь они поняли — это купол, некий защитный купол, сделанный из воздуха. Солдаты замерли, удивленные и пораженные произошедшим, они не понимали, как такое возможно. Их замешательством решила воспользоваться Амалия, она встала и громко сказала.

Эй вы, мы хотели бы вернуть вам вашего патира!

После непродолжительного молчания Рашид суровым и недовольным голосом уточнил.

Твой мужчина позволил тебе говорить, женщина?

Забыла спросить, — огрызнулась Амалия. — Только речь сейчас не обо мне, а о вашем патире.

Наш патир умер, грешница, а вы забрали его тело.

Он не умер, он жив! Просто сейчас он спит.

Спит? После такого ранения? — хмыкнул Рашид. — Наш патир умер, грешница, и ты нас не обманешь!

Дан, который молча наблюдал за их разговором встал и громко произнес то, что заставило всех людей из Кхабада ужаснуться.

Ваш патир был ранен, но я исцелил его. Сейчас он, действительно спит, но, когда проснется, он будет абсолютно здоров.

Если кто-то из солдат до этого момента сомневался или не знал, кто перед ними, то теперь все они четко понимали: перед ними посланники Алины, потому что исцелить человека за столь короткий срок не может никто.

Наш патир умер! — упрямо повторил Рашид. — Тело, в которое вы вдохнули силу Алины — только тело!

Живое тело?! — удивился Дан, но произнес он это тихо, никто на дороге его не услышал.

И… что будем делать? — неуверенно спросила Амалия. — Если мы вернем им мальчика, они могут убить его.

Действительно, могут. А, может, продемонстрировать им процесс исцеления?

Ты хотел сказать, как ты вдыхаешь силу Алины в тело человека, некогда верного слову Алина?

Да, я об этом не подумал. Что ж, значит, спящего мы его им точно отдать не можем.