Легенда о Чудограде. Книга первая. Властитель магии. Часть вторая. Союз пяти мужей (СИ) - Шихматова Елена - Страница 52

О! Только не говори, что ты глубоко верующий! — язвительным голосом ответил Дан, обратив внимание на то, как изменился в лице новоявленный патир. — Прощай Намиб, искренне надеюсь, что больше не увидимся.

«Взаимно!», — подумал про себя Намиб, но вслух больше ничего не сказал. Оглядевшись по сторонам, он опустил глаза и совсем поник духом. Его войско все разбежалось, только несколько человек выглядывало из-за двух телег. И это видели люди с острова, что они подумали о нем? Ничего хорошего!

Ну как? — спросила Амалия, когда они еще не спустились на землю.

Он даст людям пройти, другой разговор, дадут ли нам это его новоиспеченные поданные. Не уверен, что тут приказы распространяются с большой скоростью. Впрочем, не в интересах Намиба кашу размусоливать, поэтому понадеемся на лучшее.

На острове меж тем все жители Пограничного мира стали почти монотонно произносить какие-то молитвы, они стояли на коленях и, склонив голову, просили Бога Судьбы о милости, просили ниспослать им удачу, так нужную им теперь, в новом мире.

Везде свои боги! — прокомментировал Дан.

Они молятся? — уточнила Амалия.

Да, Богу Судьбы.

Разве есть какой-то другой Бог кроме Алина? — искренне удивился Сахаб.

Спорный вопрос, есть ли на самом деле Бог Судьбы, потому что никто никогда не видел его, и всегда можно оспорить факты его деяний. Хотя Бог Судьбы… это значит берется естественный ход событий как он есть, тогда любой поворот можно считать принадлежащим его воле. Но вот точно нет никаких сомнений, что Алин не Бог, и никогда им не был.

Мальчик недоуменно посмотрел на Дана, не веря в то, что он говорит такое.

Алин не создавал никакой религии, да он сформировал определенное учение, систему взглядов, но не религию. Находчивые люди после его… исчезновения и после того, как магия уснула, на основе его идей создали религию, чтобы управлять умами других, все, чего они хотели, это получить власть. И в нашем мире, за рекой многие люди верят в великого и всеблагого Алина, только у нас есть свой свод правил, а у вас свой, они сильно отличаются друг от друга, а все потому, что в каждом уголке требовались свои методы для подчинения людей, каждый придумывал их так, как считал правильным, как должно быть эффективно. Если бы Алин был Богом, разве он допустил бы такого разброса мнений? Нет, но даже это не главное, главное то, что я знаю: Алин был моим предком, властителем магии, как и я.

Но… откуда вы это знаете? — тихо, с опаской спросил мальчик.

Я могу обращаться к памяти предыдущих властителей магии, фактически их воспоминания — это мои воспоминания, поэтому я с уверенностью могу сказать: Алин Карон является моим предком, а вовсе не живущим на небесах Богом.

Сахаб недоуменно смотрел то на Дана, то на Амалию, слышать такое ему точно никогда не приходилось. В Союзе за одно только сомнение в том, что Алин является Богом, могли казнить. И все-таки Сахаб видел, что магия действительно существует, он испытал ее действие на себе, и, как бы не звучало это все дико и странно, но, похоже, это было правдой.

Знаю, это непросто услышать, и тем более непросто будет принять, — сочувственно сказала Амалия, — но это все правда.

Из песка выглянули три красных глаза, увидев скрежета, Сахаб в очередной раз вздрогнул и спрятался за Амалию.

Господин, — радостно произнес Синош, — твой призыв привлек слоников не только из Пограничного мира, но и слоников из этого мира, оказывается, они выжили здесь. Те холмы на западе, за ними, должно быть, тоже песок, мои скрежеты сообщили мне, что там точно есть слоники, они чувствуют их, слышат.

Это хорошая новость! — согласился Дан и обратился к Амалии. — Милая, ты проследишь тут за всем, я должен слетать туда, оказывается, за теми холмами слоники выжили, они слышали мой призыв и теперь идут сюда, нужно встретить их.

Конечно, только я не говорю на языке этих людей!

О, ты прекрасно владеешь языком жестов, — возразил Дан с улыбкой. — Сахаб, остаешься помогать Амалии.

Да, господин! — отчеканил мальчик.

Вернусь так быстро, как только смогу.

С этими словами он поднялся в воздух и направился за скрежетом к холмам. Холмы были защищены от желанного людьми Союза обширного участка Песчаного моря с обильными вкраплениями суши. Сведения о землях за склонами сохранились в народе еще со времен магии, но Песчаное море окружало протяженную гряду холмов на добрые полкилометра со всех сторон, а самые длинные перекидные твердые мосты насчитывали не более пяти метров, так что людям оставалось только мечтать, представляя, какие там просторы и плодородные земли.

Услышав призыв, слоники, которые жили с другой стороны на склонах, преодолели каменистые неуютные вершины и стали спускаться по отрывистым склонам, следуя призыву, несколько из них успели броситься в Песчаное море до того, как тот утратил свою силу. Сейчас слоники словно потерялись, они не помнили, как попали сюда, и без действия магии, просто топтались у подножия, боясь подниматься вверх или спрыгнуть в песок.

Оставив Синоша внизу, Дан перелетел через холмы — там была сходная местность, а значит, территория, пригодная для проживания слоников и скрежетов, похоже, новый дом им найден. Дан посмотрел обратно и, прикинул, как можно прочертить стеклянную дорогу между несколькими окруженными песком островами, прилегающими к холмам.

«Синош, вы ведь можете обогнуть холмы?»

«Да, конечно».

«Вот и отлично. Слоники, похоже, живут с обратной стороны холмов, там отлогие лесистые склоны. Я сейчас верну их назад, а вы выдвигайтесь».

«А как же те слоники, на острове, где все?»

«Я сначала сделаю стеклянную дорогу, а потом призову слоников и тех, и этих. С той стороны приграничные острова связаны между собой, так что я сделаю дорогу до ближайшего из них, чтобы слоники могли перемещаться туда».

«Спасибо, господин».

«Не за что, Синош, удачи!»

Меж тем из Пограничного мира продолжали прибывать люди. Те, что уже разместились на острове, видели, как вспыхнул песок и начал плавиться. Все восхищенно смотрели в ту сторону, а те, кто находился с краю острова или, как некоторые дети, сидел на дереве, смогли увидеть образование стеклянной дороги, когда же Данислав перешел к созданию последнего участка, люди в панике бросились вглубь острова, процесс создания дороги уже не восхищал их, а пугал. К счастью, это закончилось быстро, а чудеса продолжились. Спустя минут десять все слоники, как один, словно услышав какой-то им один доступный звук, подняли головы и пошли к стеклянной дороге. Друг за другом, уверенно шагая вперед, они шли к холмам. Патруль, оставленный наблюдать за людьми на острове, с недоумением взирал на это. Они ничего не понимали, единственное, о чем они подумали, было сожаление: еще бы одна такая стеклянная дорога, и они смогли бы добраться до холмов, но Дан, едва все слоники перебрались на другую сторону, разрушил последний ее участок, прилегающий к гряде, отрезав жителям Союза путь к освоению новых территорий.

Закончив, Дан отправился обратно, с улыбкой отметив, как бойко Амалия поставила процесс прохода новой группы в пять человек, она что-то очень недолго объясняла им жестами, но те, наконец, дружно закивали в ответ и направились вглубь острова.

Я же говорил, у тебя талант! — подчеркнул Дан, опускаясь на землю.

Прямо уж! Я ничего такого особенного им не объясняла. Это ведь не «Живая азбука».

Уверен, и с объяснением живой азбуки у тебя бы проблем не возникло.

Амалия улыбнулась.

Ну что там? Я имею в виду, что там, за холмами?

Новый дом для скрежетов и слоников.

И там не живут люди? — недоверчиво спросила Амалия.

На подступах к холмам один песок, люди Союза просто не могли добраться туда.

А ты не думаешь, что люди могли жить там давно? Эти люди из Пограничного мира тоже жили обособленно, но ведь они выжили.

А как же слоники? Их бы не осталось, если бы они жили бок о бок с людьми.

Ну, возможно, на холмах они и остались, хотя, согласись, люди могли бы жить с ними по соседству и выращивать их как домашних животных. К тому же гряда довольно протяженная, ты уверен, что где-то там, через несколько сотен метров от того места, где ты был, нет никакой тропинки, ведущей к большой земле? Согласись, ты ее мог просто не заметить.