Сказка для Мальвины (СИ) - Вебер Агата - Страница 18

Я отрицательно помотала головой.

— Костюм очень тёплый, и мне в нём удобно! — Ладно, хорошо, но ты должна надеть вот это, — она вертела в руках кусок ткани, похожий на наши платки или шарфы. — Теперь тебе нельзя выходить на улицу с непокрытой головой, так как ты — замужняя женщина, и твои волосы не должны видеть посторонние.

— Хорошо, как скажете, — сказала я едва скрывая негатив в голосе.

Странно, что я раньше об этом от Лайлы не слышала. В этот момент в моей душе рос огромный протест против неё. Не знаю почему, но мне стало не комфортно в этот момент. Она смотрела на меня осуждающим взглядом. А я в свою очередь, как мне казалось вызывающим. Лайла помогла мне правильно надеть этот шарф. Я посмотрела на себя в зеркало: а я ведь даже очень красивая в этом куске ткани, сама в себя влюбилась бы. Мне понравилось, что этот платок придавал эдакую стильность и некоторую эксцентричность. Вся эта мишура меня не интересовала, я даже не знала, что такое золото и бриллианты. Самыми важными были учёба, работа и моя диссертация. И я с трудом воспринимала такие крутые перемены в моей жизни и как-то не представляла, что была замужней женщиной и ждала малыша. В комнате стало душно, или мне так показалось. Скорее бы на улицу. Я расстегнула молнию на костюме, и Лайла заметив подарок Джамаля на мне, округлила глаза.

— О Аллах! Амира, это стоит целое состояние! Платина и голубые, редкие бриллианты! Он тебя очень сильно любит, цени это! — Что сказала? Для меня понятны лишь химические формулы, а вот стоимостью драгоценных камней я никогда не интересовалась. — Теперь ты можешь купить целый остров в любом океане. Всё, что тебе подарил Джейсон, это огромные деньги, ты настоящая хасеки! — она преклонила голову.

— А почему ты меня стала так называть?

— Пойдем, а имя Амира тебе идет больше, чем Мариам.

Что толку спорить и навряд ли она хочет мне зла. Только я ее не понимаю. Да и Лайла ко мне все таки по-дружески относиться начала. Иногда она меня раздражает, но я к ней привыкла, как впрочем и к своей новой жизни. Мне стало также нравится приходить куда-то и чувствовать себя желанным гостем или клиентом.

Гормоны уже бушевали вовсю. Тошноты хоть по утрам не было, и это радовало. Так, только небольшой дискомфорт, и везде преследовала духота, будто воздуха не хватало. На ночь открывала все окна, Джамаль наоборот заворачивался в одеяло, а я ловила кайф, раскинувшись на большей части кровати.

Надо расспросить мужа о связи с родными, хочу рассказать им о себе, узнать, как у них дела… Мамочка, папуля, Аня, как они там? По телевизору много всякой ерунды рассказывают о России. Сколько у меня вопросов собралось. Как там Тёма? Что с моей работой? Как теперь защищу диссертацию? У меня же маленький будет…

Я вышла в холл. Но мне сказали, что Джамаль уехал и вернётся через несколько дней. Лайла чуть ли не силком заставила меня в этот день идти гулять. А под присмотром охраны мне тем более этого не хотелось. Самое большее, на что меня хватило — дойти до моря. И я стала упрашивать вернуться. Дома ушла в свою комнату. К ужину спускаться не захотела. Лайла мне принесла ужин, но я не понимала, что ем. Мне было как-то всё равно. Во мне словно грусть поселилась. Три дня до приезда моего султана были очень печальными. Всё время хотелось то смеяться, то плакать. Гормоны шалили. Дни были словно в тумане. Но когда любимый вернулся, то сделал такой мне сюрприз, что вся моя грусть была забыта. Мы поехали в Варну в планетарий.

В Москве я так и не удосужилась сходить в подобный музей, всё некогда было. Долго бродили, разглядывали интерактивные карты, мне было интересно почитать о зодиакальных созвездиях. Поднялись на третий этаж, там можно было поглядеть в огромный телескоп. Вот это да! Луна как на ладони, огромное небо, а звёзды какие большие, яркие-яркие! Я надолго засмотрелась, как же это интересно! Не сразу почувствовала, как Джамаль ласково тянет за руку, оторвалась от объектива:

— Твой раб достал для тебя звезду с неба! — он нежно накинул мне на шею золотую цепочку с крупным бриллиантом в виде звезды, тонко отделанным по краю светло-голубыми топазами! Завораживали эти искрящиеся камни. Мне очень понравилась красивая игривая звёздочка. Лайла за прошедшие в тоске дни пыталась меня отвлечь от мрачных мыслей. И мы с ней рассматривали подаренные мне ранее Джамалем украшения. Так что теперь я немного разбираюсь в драгоценностях. И уже понимаю, что эта подвеска стоила громадных денег. Правда, в дальнейшем я всё равно редко её надевала, просто забывала в своей шкатулке, в которой хранила только то, что было ценно для меня лично. Эту шкатулку изготовил мой погибший дедушка: деревянная, витиевато резная, с несколькими сколами по бокам. Её мне отдала мама на восемнадцатилетие, и как потом объяснила, таких шкатулочек было три: для мамы, Ани и тёти Вали. Это единственное, что сохранилось от дедушки. Он погиб в пожаре, когда я была только в “проекте”. Поэтому эта вещица стала моим талисманом, везде и всегда я возила ее с собой. Также в ней было двойное дно, нижнее открывалось при нажатии в определённом порядке на замочек спереди. На выходе из планетария администратор вручила мне какую-то бумагу. С трудом, но поняла, что это сертификат какой-то. Джамаль сиял и явно был горд собой:

— Я же сказал, что звезду с неба достал! Теперь одна из новых звёзд носит твоё имя: Амира!

— Да?! Здорово! — я не очень разделяла эту радость, не понимала просто смысла, но если ему приятно, пусть будет так.

Я до сих пор недоумевала, зачем такое количество охраны? Теперь, помимо моей неизменной спутницы, за мной постоянно следовали две женщины, одетые в длинные одежды тёмных цветов и с наполовину закрытыми лицами. Лайла объяснила, что так принято у мусульман, и называется это “хиджаб”. Ещё двое неприметно одетых крупных мужчин всегда были рядом с мужем. Один европейской внешности, другой негр, но повадки одинаковые: оба вечно хмурые и молчаливые. И также два брата близнеца, которые для меня были на одно лицо. И кто из них Керим, а кто Карим мне до сих пор было сложно определить. Только по выражению лица мужа я могла понять, с кем он говорит. Хотя всегда ждала те упоительные минуты, когда мы оставались с Джамалем наедине, как раньше, чтобы можно было смеяться, целоваться, держаться за руки, говорить о чём угодно. А не пытаться увидеть мужа из-за этих широких бычьих спин или окружения молчащих статуэток. Как они меня раздражали.

Глава 9. Сказка продолжается. Свадьба в Албании.

На следующий день, после посещения врача, мы, наконец, смогли поехать в Албанию. Джамаль сказал, что именно там можно провести свадьбу по мусульманским обычаям.

В скоростном поезде мой султан сидел со своими охранниками. А мы с Лайлой и охраницами — через проход. Было очень комфортно: мягкие кресла, под ногами ковры. Только телевизора не было и я от скуки начала засыпать вопросами мою тень.

— Скажи, как можно провести мусульманскую свадьбу?! Ведь я христианка! Мне же нельзя в ваш храм!

— Но, ты не переживай, в храм ходить не надо! Ты совсем ничего не знаешь… — она закатила глаза. — Я тебе потом все объясню.

Конечно, не знаю, я вообще далека от всех этих религий. Я просто врач! И мне всё равно, какая вера у человека, который страдает! Нас, как обычно, встретили. На парковке стоял роскошный автомобиль Mercedes Bentley Mulsanne. И мы поехали в дом начальника его охраны Махмуда, ну это я так думала, что он начальник охраны. Сомнения появились, когда на въезде в ворота из окна я увидела высоченный кирпичный забор с башенками и какими-то красненькими лампочками на них. А когда заехали за забор, была ошарашена! Лайла лишь взглянула на меня и улыбнулась, прикрыв глаза рукой. Мы вышли из машины: вокруг располагался большой парк с аккуратно подстриженными кустами, клумбами и множеством разных деревьев, там и тут виднелись скамейки, резные беседки и небольшие фонтаны, окруженные витиевато раскрашенными чашами. А цветы… каких цветов тут только ни было, особенно много гладиолусов и георгин. Помню, мама сажала их под окнами весной, а пышно расцветали они только в конце лета и осенью. Сестра всегда обожала пионы, которые цветут в мае и июне. Нас проводили по длинной аллее из кипарисов. 3а ними я увидела большой особняк, весь увитый плющом, с маленькими арками, колоннами и даже небольшими статуэтками на балюстрадах. Да уж, такого великолепия я ещё нигде не видела. Это у начальника охраны зарплата такая? Хотя, может, ему родители оставили в наследство… Ладно, что об этом думать, не моё это дело. На входе у огромных дверей нас встречал Махмуд, ещё двое мужчин в странных халатах и несколько женщин в ярких хиджабах. Все они почтительно склонили головы. Мы вошли в большой холл. Он был вполне европейским: справа и слева вдоль стен, увешанных картинами, изгибались широкие лестницы с красивыми перилами, наверху смыкающиеся в широкий балкон, который тоже был украшен какими-то вьющимися растениями с мелкими белыми цветочками. По бокам от лестниц были большие двери с огромными толстыми кольцами вместо ручек. Какие-то женщины окружили меня и мою охрану и проводили к большим дверям направо. А Джамаль ушёл с мужчинами в противоположную сторону. Невольно оглянулась, просто посмотреть на него. Увидела такой же обжигающий взгляд в ответ. Я так надеялась, что сегодня мы останемся наедине, и наконец я смогу поговорить с ним о том, чтоб он мне дал телефон. Хоть голос родных услышать.