Не хирургическое вмешательство (СИ) - Райтер Виктория - Страница 30

Последовав указания, она подошла к умывальнику и, попытавшись привести себя в порядок, вспомнила, как вчера с помощью Алексея смывала с рук запекшуюся кровь пациентки, испачкавшую ее кисти, когда та снимала перчатки. Мира взялась оной рукой за рукомойник и пару раз плеснула в лицо холодной водой другой. Затем она подошла к столу, и хотела было уже поставить чайник, как увидела стоящий возле него стакан из Starbucks и еще одну записку «Выпей меня». Внизу пастой другого цвета было дописано «Прости, я остыл, но все такой же вкусный».

Взяв стакан в руки, девушка села на диванчик и уткнулась в телефон. Первым делом она написала Ксюше, но так как та не отвечала, попросту откинула смартфон в сторону.

Через пять минут в ординаторскую вошел Родс с пакетом.

— Привет, ты как? — он уселся рядом, пытаясь заглянуть ей в глаза.

— Спасибо, уже лучше. Таблетка начала действовать.

— Я так понимаю, ты нашла мои записочки? — она кивнула. — Тогда получай завтрак! — и он вытащил из пакета коробочку с пончиками.

— Леш, спасибо, но…

— Давай, ты вчера перенервничала — теперь нужно набираться сил! К тому же, пока ты такая вялая, я не могу в полной мере подшучивать над тобой, ибо это некрасиво. Я же, все-таки, джентльмен, — снова протягивая ей пончики. — Ну, или просто мне скучно играть в одни ворота! Так что, налетай!

— Спасибо, — она принялась активно жевать. — Ммм…шоколадные…

— Там еще и с вишневым джемом должны быть! — после этих слов девушка отставила коробку и снова взглянула на свои руки. — Прости. Все, давай доедай и догоняй меня!

— Хорошо, — с набитым ртом, — а ты куда?

— Пойду узнаю, как там Василиса Аркадьевна, — и он вышел из палаты, оставив во власти поднимающих настоение калорий.

Глава 27

Любовь — это все, что у нас есть, единственный способ, которым мы можем помочь другому человеку.

Эразм Роттердамский

Быстренько позавтракав, Мира взяла со стола стакан недопитого кофе и отправилась к бабушке в палату.

— Доброе утро, Мирочка, — поприветствовал ее Подольский, выходя из своего кабинета с зеленой папкой в руках. — Как ты?

— Здравствуйте, Михаил Сергеевич, спасибо, — практически машинально, не задумываясь, отвечала та, — нормально.

— Я слышал о вчерашнем инциденте, — главврач положил ей руку на плечо, — мне очень жаль, что так вышло. Но, не вздумай себя винить! Ты тут ни при чем!

— Да я как-то…

— Я тебя знаю! — его брови подскочили наверх, как только руководитель перебил девушку. — Ты достаточно эмоциональная…Нельзя распускать сопли! Это жизнь и в нашей практике такие вещи случаются.

— К сожалению, — добавила Мирослава, опустив глаза в пол.

— Родственники уже в курсе?

— Пока что нет. Не думаю, что кто-то успел сообщить. Хотя и должны были…

— Тогда, как бы было нелегко, тебе следует как можно быстрее это сделать, — Мира понимающе кивнула. — Когда скальпель бесполезен, слова становятся единственным инструментом хирурга.

— Да, конечно. Я все поняла, — девушка уже собралась пойти дальше, как Подольский окликнул ее, заставив повернуться к нему лицом.

— Мира, кстати, насчет твоей бабушки, — она вопросительно уставилась на начальника. — Я посмотрел тут, — указывая на папку, — ее последние анализы и, просто не могу поверить своим глазам. Она быстро пошла на поправку и, думаю, сегодня-завтра, можем ее выписывать.

— Правда? — главврач кивнул. — Ой, спасибо, Вам, Михаил Сергеевич, я так рада! — Мира подбежала и крепко обняла его.

— Да не за что! Это же не я, а вовремя проведенная операция и хороший реабилитационный период!

— Я тогда пойду, обрадую бабушку? — он кивнул. — Еще раз Вам, спасибо!

— Занесу ее папку в приемную! — крикнул Подольский, на что девушка уже никак не отреагировала, так как побежала дальше по коридору.

— Доброе утро, — Мира мигом заглянула в палату, даже не постучав, так как изнутри доносились голоса, и это означало, что бабушка уже не спит.

Зайдя внутрь, она увидела сидящего в кресле и мирно попивающего чай с печеньем Родса. По телевизору шел какой-то фильм, и старушка была явно увлечена сюжетом, так как комментировала практически все действия главного героя и всячески старалась подсказать ему, что делать дальше.

— Солнышко, доброе утро, — сказала бабушка, отвлекаясь от экрана. — А мы тут «Рыцарь дня» с Томом Крузом смотрим. А ты чего такая опухшая? Неужели плакала? — грозно покосившись на Родса. — Если это из-за…

— Я тут не при чем! — он машинально поднял руки вверх.

— Нет, бабуль, все хорошо! Это…просто много воды перед сном напилась, вот теперь и хожу совсем, как хомяк, — она уселась рядом со старушкой, косясь на Алексея, который жестом показал ей молчать: приложив указательный палец к губам. — Ты знаешь, у меня хорошие новости. Я только что говорила с Михаилом Сергеевичем, и он сказал, что ты очень быстро пошла на поправку!

— Это значит?..

— Да, — улыбаясь во все тридцать два, — думаю, ты можешь спакойненько ехать домой.

— Слава Богу, — откидывая одеяло в сторону, Василиса Аркадьевна, попыталась слезть с кровати, а девушка всячески старалась ей помочь, — а то я тут уже все кости залежала! К тому же, тебя ждет обещанный Наполеон.

— Бонапарт? — поинтересовался Алексей.

— Торт!

— То, что тебя выписывают — еще не значит, что уже можно стоять у плиты!

— Ой, да кто тебя спрашивает? — тут же огрызнулась бабушка, беря гребешок и начиная расчесываться у зеркала. — Я пока тут лежала, у меня столько дел нарисовалось, что за раз и не пересчитать! И твой торт, и сколько новостей пропустила… Не успеваю следить за последними сплетнями… Если бы не Зина — вернулась бы в полном неведенье, совсем, как пещерный человек!

Родс сделал телевизор немного потише и уставился на весь этот спектакль, но его тут же прервал антракт.

— Кстати, а когда свадьба? — Мира чуть не подавилась чаем и даже пролила немного на себя. — Мне нужны правнуки!

— Мы пока что, — косясь на девушку, начал плавно съезжать с темы Алексей, — решили не торопиться. Все должно быть постепенно. Правильно же?

— Да, — поддержав его, девушка яростно закивала головой, — все верно! Тем более, госпожа Гейден, вы сначала на сто процентов выздоровейте, — Мира встала и, отряхнув халат от чая, чмокнула ее в щеку, — а потом уже о правнуках думайте!

— Хорошо, миледи, надеюсь скоро перестающая быть Гейден, — девушка невольно покраснела, — но вы уж там не затягивайте!

— Обязательно! — встав с кресла, Родс взял девушку под руку и повел к выходу. — Вы тогда потихоньку собирайтесь, а мы подготовим бумаги о выписке.

Плавно прикрыв дверь, они оказались в длинном больничном коридоре.

— Эй, ты чего?

— Спасаю себя, ну и тебя заодно, от разговоров про «бэйбиков», — парень сделал кавычки в воздухе. — А по поводу выписки — нужно подписать все бумажки и…

— Это сейчас самая мелочь, — Родс вопросительно посмотрел на Миру. — Мне сегодня нужно с семьей Екатерины поговорить, ну и все им рассказать. Понятия не имею, как буду это делать, но Подольский сказал, что это моя обязанность, как ведущего врача.

— Какой Екатерины? — секундное непонимание тут же исчезло. — А, не переживай, я уже все уладил!

— В смысле?

— Ну, в прямом! Залез в ее папку, прочитал информацию и нашел контактные номера, набрал родственников, а точнее мужа, если этого ублюдка, конечно, можно так назвать. Он приехал вместе с еще какой-то женщиной, кажется, это была ее мать, я им все рассказал. Сергей, как и Людмила, был в полнейшем шоке, даже пытался угрожать, мол, это ты ее убила, — лицо Мирославы тут же перекосилось, — но, после того, как я намекнул, что побои все еще можно снять с тела, тут же надел маску скорби. Они с тещей, должно быть, уже в морге.

— Как?.. Когда ты успел?..

— С утра, пока ты спала.

— Так, ладно, с ним все понятно, — Мира начала сильно моргать, — а что Людмила? Как отреагировала?