Не хирургическое вмешательство (СИ) - Райтер Виктория - Страница 63

— Ну, Мишу я обожаю, но он почему-то тянет с предложением… Правда…. — тут она слегка замялась. — Поднимайся, сейчас распечатаем анализы и все окончательно узнаем…

— Что? — вытирая гель с живота, Мирослава приняла вертикальное положение на кушетке. — Раз уже начала — заканчивай.

— Я видела красненькую коробочку в его ящиках с одеждой, когда полезла искать подходящий свитер.

— Думаешь?..

— Уверенна! Собственными глазами видела, как Миша куда-то забирал мое любимое кольцо, а затем вечером вернул в шкатулку.

— Мерки снимал.

— Вот и я о том же!

— Тогда поздравляю! Ты уже заглядывала внутрь?

— Ну, пока не с чем… — расстройство показалось на ее лице. — И нет, сама себе не хотела до конца портить сюрприз.

— А мы на будущее!

— Вот, — доставая распечатку из принтера, — как я и предполагала: никаких отклонений нет, слава Богу, и у меня растет красивый, здоровый, крестник!

— Ну а как же иначе, правда, Лешенька? — поглаживая выпуклый животик, Мира стала разговаривать с им. — Мы же все витамины принимаем, физкультурой занимаемся …

— О, Господи, только не говори, что Родс таки настоял! Я его при встрече укокошу…

— Нет, я сама! Моего дедушку, если помнишь, так звали, — Ксюша кивнула. — Поэтому, тут все сошлось, как нельзя лучше! И, кстати, прибить его я и сама в состоянии! Но, последнее время такой душка… Даже не дает повода! Вечно присматривает, чтобы я не перенапрягалась…

— Оригинальности, не смотря на символичность, вам не отнимать, однако!

— Монако! — ухмыльнулась Мира.

— Ты, кстати, так нормально и не рассказала, как вы с Алексом слетали. Прошло уже вон сколько времени — я жду все в мельчайших подробностях: само предложени, атмосфера, вкусности… В знак благодарности за проделанную, пару минут назад, работу.

— Хорошо, будет тебе награда! И спасибо за «работу», правда, — подруга улыбнулась и нажала на кнопку чайника, выставляя на стол шоколадное печенье. — Даже представить себе не можешь, насколько чудесно во Франции в это время года!

— Я вся во внимании!..

После утреннего перекуса, подруги распрощались, и Мирослава пошла к интернам, которым должна была проводить теоретическую практику. В группе, которую она курировала, было около десяти человек, каждый из которых выделялся по-своему. Тут были и заучки, и разгильдяи, и даже парень с дредами на голове нарисовался, и парочка иностранцев, и мажоры — короче, студенты на любой вкус.

— А сейчас я хотела бы перейти к теме торакальной хирургии, — подходя к нужному отделению, говорила Мира. — Кто скажет мне, как переводится с древнегреческого слово «tarakal»?

— Грудь, — уверенно ответила одна из интернов. — А само понятие торакальная хирургия означает работу с грудной клеткой.

— Похвально, Анастасия! Ну что же, тогда вы наверняка знаете, что существует два вида, не правда ли? — девушка кивнула. — Верю Вам, но хотелось бы услышать еще и вот этого молодого человека, — указывая на парня, отдалившегося от всей группы, и «прилипшего» к экрану своего смартфона. — Виктор, не просветите ли нас?

— В чем именно? — поправляя модные круглые очки с красными стеклами, он поднял взгляд на Мирославу.

— О чем мы только что говорили?

— Понятия не имею! — хамство начало литься из него рекой.

— А стоило бы, Виктор! Вы единственный, кто, как мне за пару раз показалось, проходя практику, не делает толком ничего. Весьма вероятно, что знания у Вас просто на нуле. Что думаете делать, когда по итоговой проверке не получите аттестацию? Будете бегать, и просить поставить галочку за красивые глаза?

— Это уже точно не Ваше дело, доктор…как Вас там?.. И вообще, Вам можно проводить занятия, а? Вдруг поплохеет, или прямиком тут рожать начнете? — косясь на ее живот, парень ухмыльнулся.

— Знаете что, молодой человек!? — нервно постукивая каблучком по полу, Мирослава заметила на горизонте своего коллегу.

— Доктор Гейден, — тут же поправили Виктора сзади, — имя твоего инструкционного хирурга. Впредь, — беря его за ухо, — уважай людской труд! Девушка стоит тут в положении, распинается перед тобой, чтобы хоть пять процентов из сказанного забить в твою дурную голову, а ты вот так на ровном месте хамишь…. Не хорошо, уважаемый!

— Ты кто такой? — пытаясь вырваться, парень, стал выворачиваться, о чего сам себе сделал в два раза больнее. — Отпусти! Не имеешь права!

— Доктор Родс, — Мира укоризненно посмотрела на жениха, вставив руки в боки.

— Знаешь, кто мой папа? — после того, как Алексей ослабил хватку, тот повернулся к нему лицом. — Да он за такое…

— Представь себе, — перебивая его, — парень. И, если ты сейчас же не извинишься перед Мирославой Николаевной, не спрячешь свой телефон поглубже в карман, поверь, удар о стену — и ему не жить, — уголки его губ приподнялись, тут же упав, — и не начнешь впитывать все сказанные ею слова, как губка, — наклоняясь к его уху, — я с огромнейшим удовольствием расскажу твоему отцу, что ты делал сегодня утром в его дорогущем автомобиле.

— Откуда Вы?..

— Я доступно объяснил? — последовал нерешительный кивок. — Как же хорошо, что мы с «ты» так быстро перешли на более уважительное «Вы»!

— Извините.

— Я не расслышал, что-то со слухом сегодня проблемы. Наверняка слуховой аппарат забыл дома… Не одолжишь свой?

— Говорю, простите за такое поведение! Больше этого не повториться!

— Не у меня, а у доктора Гейден, — указывая рукой, в сторону еле сдерживающей смех девушки.

— Извините меня, Мирослава Николаевна! — еще раз пролепетал студент.

— Молочина! А теперь, будущие коллеги, объявляется пятиминутный перерыв!

— Ты действительно знаешь его отца? — подойдя к Алексею, Мира вопросительно посмотрела ему в глаза.

— Нет, конечно, — дождавшись пока все разойдутся по этажу, — просто немного козырей иметь никто не запрещал! — он приобнял ее за талию. — Плюс, я видел, как сегодня с утра он подъехал к парковке в сопровождении таких… — показывая жестами, — грудастых девушек… Да и от него несет перегаром за километр! Золотая молодежь, так сказать.

— Спасибо, — поднявшись на носочки, она поцеловала Родса в щеку.

— И это вся твоя благодарность? Не густо!

— Дома будет тебе благодарность! — Алекс пошло улыбнулся, облизав нижнюю губу.

— А тебе можно?.. Не то, чтобы я сам не хотел, просто…тебе ведь недавно уколы делали…

— Ксюша сказала, что, если аккуратно — вполне. Есть пара нюансов, но о них позже. А уколы — простая профилактика, и ничего более!

— Окей, не разбираюсь в этой области, поэтому, поверю на слово. Ну, — присев на корточки, парень поравнялся с ее животом, — как тут наш футболист?

— Немного пинается, но, в принципе, хорошо себя ведет.

— Эй, солнышко, — пригрозив пальцем, — не бей маму! Она, конечно, сама кого хочешь, побьет, но все же, этого нельзя делать даже мне, — Мира вопросительно уставилась на него. — Иногда хочется…

— Ребят, я вообще-то здесь!

— Что? Не мешай мне с сыном говорить!

— Леш… — замявшись, девушка заглянула ему глубоко в голубые, как цвет чистейшего неба, без единого облачка, глаза.

— Что?..

— Спасибо тебе!

— За что?

— Ты тогда свалился на мою голову, украл у меня должность, — Родс улыбнулся, — бесил меня просто до жути каждую минуту, параллельно заставляя улыбаться посекундно…

— Неужели я настолько насолил тебе?.. — самоирония всегда была его коньком. — Зачем же тогда согласилась выйти за меня замуж? — косясь на красивейшее серебряное кольцо с небольшим камушком на безымянном пальце, он привстал.

— Просто ты был слишком напорист! А это признание на крыше местного ресторанчика с видом на побережье — просто обескуражили меня… Свечи, фонари, вкусный морс… Чудесное, на вид, вино, которое я так и не пригубила, а жаль, — проведя рукой по выпуклому животику.

— Ну я же обещал, что все будет красиво и, — делая кавычки в воздухе, — «правильно»!