Хмельная страсть (СИ) - Шарм Кира - Страница 28

Мне бы сейчас оплакивать родных и переживать о брате. Но как-то странно устроена психика. И меня просто взметает в небеса. Как наркоманка, расхаживаю по квартире и улыбаюсь. Залажу в шкаф и схожу с ума, прижимая к лицу его одежду. Запах Глеба, кажется, просачивается в кожу сквозь поры, и от этого мне становится так хорошо, что хочется и плакать и смеяться одновременно. Сумасшедший бред! Даже со Стасом никогда и близко ничего такого не было! Но почему-то меня это даже не пугает и не смущает! И вообще – хочется просто замереть и отдаваться этому ощущению. Полностью. Да капли. Насладиться им, не расплескивая и не разметав на ерунду, не отвлекаясь ни на что другое.

Наверное, я сошла с ума. Но это так невозможно приятно, что возвращаться обратно я не хочу, не собираюсь! Хочется лишь одного – чтобы это невозможное чувство продлилось как можно дольше!

Единственное, на что я решаюсь, это все-таки поискать ту самую загадочную Эйфорию в интернете. Но всезнающий Гугл выдает просто бесконечную простыню информации, - от каких-то энергетических напитков до нижнего белья. Несколько фильмов, какой-то ночной клуб, рецепты коктейлей… Все это ни разу не проясняет, что имел в виду друг Глеба, говоря о подвигах. Ну, не напиться же этими коктейлями он собирается, в самом деле!

С обеда начинаю уже порхать по кухне, как бабочка, думая только о том, чем бы таким вкусненьким порадовать Глеба на ужин. Останавливаюсь на овощном рагу и запеченном в меду и с орехами мясе. Надеюсь, ему понравится. Хотя… Судя по всему, Глеб привык жить один, так что ему должно понравится все, что угодно.

Когда он не приходит к девяти, я уже начинаю нервничать. Вот как та самая наседка, только и делаю, что выглядываю в окно, надеясь рассмотреть его высокую фигуру и уверенную походку. Никогда не думала, что мужская походка так много значит. Но он и правда двигается очень по-особенному, - сильные уверенные шаги будто впечатываются в землю, а вокруг него самого как будто витает аура силы и уверенности. Андрей и Эд, хоть и тоже совсем не ординарны, но все-таки – другие. А Глеба можно узнать, даже не открывая глаз. Не могу объяснить, но это, как запах. Просто становится как-то сразу же очень спокойно на душе. Если бы кто-то спросил меня, что такое уверенность и безопасность, я бы без раздумий ответила бы, что это – Глеб.

В десять меня же начинает потряхивать. Я вспоминаю, что он говорил о том, что будет поздно, - и как же только я могла забыть? Но моя личная эйфория, видимо, вытеснила все на свете, оставив только ощущения счастья. И все равно безотчетная волна паники начинает липким холодом накатывать на меня. Даже не знаю, почему. В конце концов, за него действительно нет причин переживать. И он не мой Руслан, способный во что-то вляпаться. И, как ни странно, даже его нетрезвые возвращения домой, почему-то меня совсем не пугают. Что-то мне подсказывает, что для него это – совсем не норма!

Примерно к часу я уже укладываюсь спать. Верчусь в тревожной полудреме, в которой перед глазами неотступно выплывают губы Глеба. Блин, и как же это меня угораздило, вот так! Тем более, после того, как вышло со Стасом! А Глеб вообще ведь ничего мне не обещал!

И почему только руки сами по себе начинают комкать простыни, от одной только мысли о том, что он сейчас с кем-то в постели и кого-то эти губы целуют… И совсем не так, как меня тогда, в здравом сознании, - легонько, вскользь и на прощанье, а так, как это было в то сонное утро….

Уснуть так и не удается, - срываюсь моментально, едва заслышав поворот ключа в двери. Даже не думая, бросаюсь ему на встречу. Внутри просто бурлит, - от облегчения, что с ним все хорошо. Но тут же приходит понимание, что, раз он не с другом и трезвый, то других причин, кроме любви, нет для того, чтобы приходить под утро.

Слезы сами предательски наворачиваются на глаза. Но когда он меня обнимает, я как будто таю. Забывая обо всем. О том, что он – совсем не мой мужчина, о том, что я всего лишь на пару мгновений вошла в его жизнь, - и даже не так в жизнь, как всего лишь навсего в квартиру, о том, что никто не шатается просто по улицам по ночам…

Но я вдыхаю его самый родной, самый желанный во всем мире для меня запах, и снова превращаюсь в счастливое облачко, готовое воспарить до потолка. И думаю только о том, что от него не пахнет женщиной. Совсем. И от этого мне во второй раз хочется расплакаться. От радости и облегчения.

Надо, наверное, с ним поговорить. Но как о таком спросишь?

Глава 44

* * *

- Глеб, где ты был всю ночь? – я все-таки не выдерживаю, и, как ревнивая жена, задаю мучающий меня вопрос, как только замечаю, что его глаза начинают приоткрываться. Вчерашний вкусный ужин уже разогрет и ждет его на столе, - ну, надо же было чем-то занять руки.

- Тебя это действительно волнует, или ты так, для поддержания разговора? – и расплывается, зараза, как сто сытых котов. Вот разве что не урчит. Хотя… Нужно было почесать его, пока он спал, за ушком… Правда, еще неизвестно, на что бы я могла нарваться. Знаю я уже, каким он бывает, когда спит! Волна краски тут же заливает, кажется, не только лицо, но и все тело, вот прям до пяток. А я, с дрожащими руками, иду наливать кофе.

- Я был по делу, - меня со спины обнимают огромные медвежьи руки, в один миг окутывая теплом его тела. – С мужчиной даже, если ты в этом смысле.

Ну как? Вот как я могла так взять и себя выдать, ну?

Начинаю что-то лепетать о том, что мне это совершенно неважно и меня не касается, с кем он там был, и что я просто волновалась, - но даже для меня голос звучит неубедительно.

- Я все понял, - похоже, для него в моем голосе убедительности еще меньше, потому что улыбка становится уже на пол кухни. И то, как он мне подмигивает, только подтверждает мою догадку.

- Кать, ты просто шедеврально готовишь! – Глеб закатывает глаза, отправляя в рот вилку, и я очень надеюсь, что от удовольствия. – Может, останешься насовсем? А то меня уже разбаловали, и я привык. К хорошему привыкаешь так быстро!

- Ты хочешь, чтобы я стала твоей домработницей? – ну, главное, что прошла неловкость и он не прикалывается над тем, что я ревную.

- Знаешь, так замечательно знать, что дома тебя ждут, - Глеб вдруг становится даже слишком серьезным. – Даже не представляю теперь, как я раньше возвращался в пустую квартиру.

Ну, вот что-то я сильно сомневаюсь, что эта квартира так уж и пустовала. Следов других женщин в ней нет, но ведь это совсем ничего не значит! А такой мужчина редко бывает один. А еще и с такими друзьями! Да я не сомневаюсь даже, что их ночные вылазки по кабакам заканчиваются далеко не одинокими квартирами!

- А тебя разве никто не ждет? Ну, где-то в другом месте, я имею в виду, - поясняю в ответ на его удивленный взгляд.

- У меня никого нет, - как-то слишком уж даже проникновенно говорит Глеб, срываясь с места и снова приобнимая меня. А, да, вроде так тянется за чашкой. Можно подумать. Привык чувствовать женское тело под руками, сразу видно, - без него руки так и чешутся обнимать все, что в поле зрения. – Кроме тебя, - добавляет, выдыхая мне прямо в ухо, и погружая мое тело в мир стремительных мурашек, отключающих сознание. – Ну, и еще Андрюхи с остальными, но они не в счет! А женщины нет.

- Может, ты тяжело переживаешь какой-нибудь недавний разрыв и поэтому напиваешься? – ну, а что? Спрашивать – так уж до конца! И совсем не хочется мне быть чьим-то заменителем!

- Катя, - его голос вибрирует у меня в груди, удивительно страстно растягивая мое имя. – Я в жизни не напивался из-за девушки. Я что, похож на слабака, который будет пить с горя?

- Не знаю, - надеюсь, он не слышит, как в моем голосе расплывается блаженство. Теперь у нас на кухне два разомлевших кота, а время просто останавливается…

- Так вот знай, - кажется, я его таки зацепила, потому что лицо вдруг становится мрачным и напряженным. – И если бы у меня была бы девушка, то я однозначно бы не прятался. И не говорил бы с тобой о том, чтобы ты осталась!