Академия Анкара: Мой второй шанс на жизнь (СИ) - Садовая Вера - Страница 27

— Что там был за мужчина? Вы сказали, что он убил сартаков! — настойчиво переспросил он.

— Да… — Лера подтвердила ответ кивком. — Я не знаю его, но именно он нас спас. Когда Мирра потеряла сознание, нас стала окружать нечисть и появился мужчина…

Следователь слушал очень внимательно, что-то записывал в кожаную папку.

— Опишите его, — попросил он.

— Я не разглядела его, — призналась Лера. — Только его зазубренные ятаганы.

Мирра вздрогнула и внимательно посмотрела на Леру.

Глаза следователя вспыхнули и он принялся расспрашивать об оружии. Лера описала его насколько могла. Он поджал губы.

— Чернак! — выплюнул следователь, порывисто поднимаясь. — Как будто не хватало проблем с меняющими вид и с зарубежной нечистью. Любопытно, почему чернак решил спасти двух ведьм… — он оглядел Леру с Миррой, кивнул на прощание и вылетел за дверь.

Лера вопросительно посмотрела на Мирру. Девушка сердито смотрела на нее.

— Что?

— Ты уверена, что видела чернака? — нахмурилась она.

— Да, откуда мне знать! — Лера всплеснула руками. — Что видела, то и описала!

Мирра вздохнула и откинулась на подушку.

— Кто такой чернак? — Лера отставила миску с фруктами.

— Наемный убийца, — нехотя ответила Мирра. — чернаки лучшие, самые искусные убийцы. Изгнанники. Живут обособленно. Если чернак в городе, значит явился выполнить заказ.

— А почему следователь решил, что тем мужчиной был именно чернак? — удивилась Лера.

— Ятаганы с зазубренными краями с красными краями оружие чернаков. Маталл, из которого выковано оружие — отравленный. Никто не рискует его использовать, кроме наемников. Один порез и ты заражен, а вскоре и труп. Понимаешь, — Мирра впилась в нее взглядом, — от этого металла нет противоядия.

— Странные они, использовать то, что может их убить… — Лера устало закрыла глаза, тело налилось слабостью. Она собиралась поспрашивать еще, но тело решило иначе: Лера уснула.

Они пролежали в лечебнице все выходные. Ногу Мирре починили, только запретили в ближайшие две недели посещать уроки боевых искусств. Лере выписали месяц пить настойку на травах и концентрированный энергетик. Ей стало лучше, но иногда на нее резко накатывала слабость и все валилось из рук. Доктор Дмитрий Иванович сказал, что тревожиться не стоит и слабость в скором времени пройдет. Создавать заклинание ей на время запретили. Забегала Тая, выспрашивала, что произошло и принесла им популярный в городке сливовый напиток. Один раз приходил Михей и принес сливочных пирожных, — Мирра при этом та-ак на нее посмотрела! Профессор Кулик тоже пришел, долго разговаривал с доктором и все недоумевал, как он мог напортачить с порталом. Лера промолчала, решив не рассказывать, что виновницей была она.

Чернака не нашли, хотя по его следу пустили лучших в городе оборотней-ищеек. Народ не узнал про сартаков проникших в Трилос: стражи порядка подчистили место. Убийство ведьмы повесили на чернака и ненависть людей к изгоям возросла. Неприятно было знать, что чернака оклеветали, когда он на самом деле был не причем, а наоборот спас их с Миррой.

Сходить в ателье не разрешил доктор, поэтому Тая уговорила главную портниху прийти в лечебницу и там снять с Леры мерки. Она расстроилась, что так и не смогла посмотреть город и поглазеть на жителей. В воскресенье вечером они все стояли на красивой площади возле небольшого храма девственниц. Профессор пересчитал студентов, пять раз проверил символы переноса и взяв за руки Леру с Миррой открыл перенос в Безымянные руины. Профессор возвращался в замок хмурым и неудовлетворенным поездкой. Возле руин ждал йети Роха, он с восторгом поглядывал на Велишу, но профессор разбил в вдребезги его надежды прокатиться с ветерком, сказав, что, если Велиша снова выкинет свой фокус, то до конца года будет оставаться после уроков. Велиша прониклась и всю дорогу вела себя прилично.

Их все закидали вопросами о лесе Эль и об Эльтирах. Лера притворилась усталой и Мирре пришлось отдуваться за обоих. Тая отметила, что Лера вернулась из леса какая-то расстроенная, но она отмазалась, сказав, что все дело исключительно в большом выбросе энергии.

Замок встретил их теплым светом льющимся из окон. На пороге их поджидал Лекс. Лера мысленно застонала и поймала обеспокоенный взгляд Мирры. Поднялась по ступенькам и неожиданно ее накрыла слабость — сумка выпала из рук прямо на ноги Лексу. Он, как-то понимающе хмыкнул, поднял сумку, взял ее за руку переплетя пальцы и повел в замок. Он все неправильно понял, но она не хотела объяснять ему, что сумку бросила не для того, чтобы он ее нес. Они молча поднялись на второй этаж.

— Как съездила? — спросил он возле паутины.

Лера открыла рот, чтобы ответить, но он, оказывается, не ждал ответа.

— Бал состоится через три дня. Собери вещи, завтра вечером мы отбываем в мое имение, о нарядах не беспокойся, отец сказал, что мать приготовила несколько десятков.

Лера обеспокоенно прикусила губу. Вряд ли Лекс согласится оставить ее в замке для восстановления…

— Вижу, что ты в восторге от предстоящего бала, — съязвил парень, а потом взгляд его заледенел и он предупредил: — Ни каких пряток по норкам, Верина!

Она сглотнула и опустила ресницы. Быстро прикоснулся к ее губам и ушел. Лера закрыла глаза. Она толком не успела прочитать об Империи. Только бы не опозориться перед Императором Радгором и знатью. Стоп! Он сказал в его имение? Вот, блин!

— Как поездка? — спросила Светлана, как только Лера переступила порог комнаты.

Распаковывая сумку, Лера рассказала про Эльтир и сартаков.

— Ничего себе! — воскликнула ведьма. — Вы видели настоящих Эльтир! Вот же повезло!

Лера раскрыла подарок Эльрисы и, после того, как Светлана их рассмотрела, положила клинки в свою тумбочку. Взяв сменную одежду ушла купаться. Похоже мысли только и ждали пока тело расслабится, чтобы атаковать. Она прокрутила в голове разговор со старой хранительницей. Самое паршивое знать, что Атра убивает ее, а она никак не может на это повлиять. По щекам покатились тихие слезы. Лере стало очень жалко себя, ведь она ничем не заслужила такого конца. Вспомнилась вдруг, родная мама, не та, которую она видела последний раз, а та добрая и любимая из воспоминаний. «Мамочка! Мамочка, милая моя, что же мне делать? Как быть? Я не хочу умирать. Не хочу исчезнуть в небытие, будто и не было меня никогда! Что же мне делать? Смириться?» А других вариантов, похоже, не было. Закусив край лежащего рядом полотенца она старалась заглушить рыдания. Она проклинала это дурацкое временное пространство, которое так не вовремя истончилось и поменяло их местами. Когда сил плакать больше не осталось, она прижала ладонь к ноющему сердцу и истерично расхохоталась. «По крайней мере я побываю на балу. Первом и последнем в своей жизни». Никогда ей не влюбиться по настоящему и не одеть белое платье и воздушную фату. Никогда не познать сладость поцелуев и силу сжигающей страсти. Никогда и никто не вспомнит о какой-то там Валерии, которая невесть как оказалась в магическом мире. Ей захотелось заорать во все горло, послать судьбу на три буквы и показать ей средний палец.

— Это ты хохотала? — заглянула растерянная и немного обеспокоенная Светлана.

— Смешную историю вспомнила, — сиплым голосом ответила Лера и отвернулась.

— Я-Ясно, — заикаясь сказала Светлана и поспешно закрыла за собой дверь.

Так и с ума не долго сойти. Лера ополоснулась, надела чистые вещи, кинула в бочку губку-поглотитель и пошла в библиотеку. По дороге вспомнила о рекомендации Трилоского врача, вернулась в комнату за бумажкой и отнесла ее мадам Нерти. Она заставила ее выпить горькое лекарство и не долго думая Лера ушла спать. Учить этикет не было ни желания, ни сил. Задернув полог под косым взглядом Светланы, легла в кровать и с головой накрылась одеялом.

Проснулась раньше крика Банши, привела себя в порядок и пошла в библиотеку. Спала плохо: всю ночь снились гниющие сартаки, которые привязали ее на вертел и жарили, жарили, жарили!.. Войдя в малый зал, Лера столкнулась с Миррой, ведьма читала какую-то книгу и делала записи.