Наследница поневоле (СИ) - Салтыкова Инга - Страница 32

— Должно быть, ради вас Его Темнейшество приняли человеческий облик, — прямо над ними предположил Голос.

Эдрих хмыкнул — еще бы! Такую машину рогами и крыльями рвать жаль. А крылья там были ого-го, если судить по картинкам и фотографиям.

Предположение оказалось верным — машина остановилась, полностью выехав из портала, дверца со стороны водителя отворилась и на землю ступила нога человека. Обычного на вид высокого, худощавого боюнета — длинноволосого разве что. В строгом, черном костюме, с полностью закрытым под маской лицом.

Эдриху снова стало скучно. Ну что за вид? Кого тут бояться? Он ожидал трона, залитого кровью девственниц, огромного, рогатого злодея с оравой пресмыкающихся рабынь на цепях…

А это… тьфу! Бизнесмен какой-то. Делец из торговой палаты, каких легион в Адлендоре.

Молодой человек незаметно зевнул в кулак.

— Приветствую королеву! — голос из-под маски звучал так же глухо, как и сама машина Верховного.

Губы Принцесса Лэвэндель дрогнули в улыбке.

— Ваше приветствие внушает доверие… ээ… — она запнулась, явно не зная, как обращаться к этому самому обыкновенному на вид мужчине.

— Повелитель, — учтиво подсказал ей Верховный, слегка склоняя голову. — Все, кто хотят иметь дело со мной, зовут меня «Повелитель».

Ого! А вот это уже интереснее — намечалась борьба характеров! Противостояние! Эдрих навострил уши.

Однако и тут его ждало разочарование — принцесса явно не собиралась бороться, не собиралась возмущаться и показывать свой властный характер.

— Приветствую вас, мой повелитель… — даже присела в книксене, всем своим видом выражая покорность.

Со глубоким вздохом Эдрих вспомнил — как и положено нагине, принцесса всегда готова была пресмыкаться, если того требовали ее цели. Вот тебе и борьба характеров… А он так надеялся поуворачиваться от летающих в магической схватке молний.

Импровизированный трон все же появился — сделав замысловатое движение рукой, Верховный создал прямо из воздуха кресло, обитое красным бархатом, куда тут же с достоинством опустился, заложив нога на ногу и всем своим видом выражая внимание.

— Я весь в вашем распоряжении, королева. Говорите.

Названная королевой во второй раз, Лэвэндель совсем размякла. Создала из воздуха небольшую резную табуреточку, слевитировала ее, установив перед троном, и грациозно села, подобрав юбки. Прям как паж перед своим господином.

— Думаю, вы знаете, что меня интересует, Повелитель.

Маска скрывала все эмоции, но Эдрих почему-то был уверен, что Верховный поднял бровь.

— «Кто» — было бы точнее, не так ли?

Принцесса хмыкнула и кивнула. Верховный продолжил.

— Я рад, что мы говорим без околичностей. А теперь, позвольте спросить… Вы понимаете, что убийство последней законной наследницы на Тотрусе чревато… изменениями в самой Ткани Мироздания?

Ничего себе… Эдрих нахмурился. Он лично этого не знал! Ни того, что наследница — последняя из кровных, ни о каких-то там «изменениях» в ткани… чего?

— Знаю, Повелитель. Я к ним готова.

— А ваш народ?

— Боюсь, у него не будет выбора.

Маска не дрогнула.

— Что ж… В таком случае предлагаю поклясться мне в верности, и я сообщу вам, что именно мне нужно от вас… Разумеется, клятва должна быть Нерушимой.

Тут уже принцесса нахмурилась.

— Может, сначала сообщите что вам нужно? Я должна знать, в моих ли это силах, прежде чем принесу Жертву и поклянусь.

Краем глаза Эдрих заметил, как ноги его любовницы срастаются под платьем, превращаясь в мощный, весь покрытый чешуйками змеиный хвост. Странно… Она вроде собралась сделку заключать, а не сражаться?

— Разумеется, — ответил демон. — Я хочу доступ в Светлые и Высшие миры, кои мне может предоставить только Видящая. И вы, если станете королевой и зачнете от меня ребенка.

Лицо Лэвэндель на мгновение вытянулось. Но только на мгновение, тут же сменившись плотоядной улыбкой.

— Вот оно что… Ваше Темнейшество желает власти над Светом посредством смешения темной крови с королевской?

— Нет, — отрезал Верховный. — Его Темнейшество желает вернуть то, что принадлежит ему. То, сбежало от него в этот самый Свет и забыло о его существовании.

Принцесса задумалась на мгновение, явно собираясь с мыслями. Эдрих заметил, что хвост уже сформировался, а вместе с ним изменилось лицо его любовницы — стало жестче, серее, скулы заострились, нос же, наоборот, втянулся и стал плоским, как у животного.

— Это… ваша… женщина? Как же вы хотите ребенка от меня?

Хвост вытянулся в сторону Эдриха и скользнул по его телу наверх. Молодой человек замер в предвкушении, всем своим существом ощущая, как адреналин вскипает в его крови. Игра началась! Какая, он еще не понимал, но явно не скучная!

— Нет. Это не моя женщина, — спокойно ответил Верховный, тоже следя за хвостом. — Но я вижу, вы согласны, королева.

— Да, — Лэвэндель повернула голову и спокойным, немного задумчивым взглядом окинула своего любовника. — Хоть это будет не легко сделать.

— На то она и Жертва, королева…

Хвост достиг шеи, закрутился вокруг нее и легонько, будто играючи, сжал. Эдрих хватанул ртом воздух.

И вдруг понял — нет никакого крестьянина! В жертву не приносят чужого, никому не нужного мужика с полей! А тем более в жертву Нерушимой Клятве, цель которой связать клянущихся, скрепить их слова печатью крови…

В жертву приносят… дорогое.

Черт бы ее побрал, она любит его! Эта долбанная извращенка любит его!

И готова убить. Прямо сейчас, просто чтобы заключить сделку, которая — может быть! — поможет ей надеть на голову корону.

— Ты сошла с ума… — пробормотал, понимая, что в этот раз ему не избежать смерти.

— Нам было хорошо вместе, мой друг… — констатировала она, не отводя от него глаз.

Эдрих сглотнул слюну.

— Да…

— А через год… тебе бы снова стало со мной скучно, — хвост стянулся сильнее и, хоть он и согласился, ответить уже не смог.

Зато услышал — сквозь звенящий шум в ушах и нарастающий, инстинктивный, животный страх смерти. Страх, которого он так ждал.

— Клянусь убить для тебя твою соперницу, королева. Или сделать для этого все возможное.

— Клянусь сделать все, что в моих силах, чтобы вернуть тебе твою… кого мы собрались возвращать?

— Идрис Аш-Торес, королева. Мою дочь. Мою единственную и любимую дочь.

Глава 25

Пещера была выдолблена в стене небольшой, каменистой скалы, росшей прямо из массива леса, в котором преобладали раскидистые деревья, напоминающие клёны.

Открываясь над берегом небольшой речушки, в древние времена пещера служила местом тайных, даже запрещенных обрядов.

Каких именно, Анна уточнять не стала — не до того было.

Что ж…

Значит, беременна она. Если только эта мадам, оказавшаяся вдруг матерью Элизара — а, стало быть, ее будущей свекровью — не врет.

В любом случае, иных методов провериться на таком коротком сроке нет было — а тем более здесь, в этом мире. Приходилось верить на слово, хоть все это могло быть частью игры, целью которой — привязать ее покрепче к будущему мужу. Заставить смириться с тем, что нет у нее других путей, кроме как довериться ему, вожделеющему стать настоящим королем.

Придя в себя и кое-как, с помощью Элизара, выбравшись на воздух, Анна попросила побыть одна и, сидя ступеньчатом склоне горы, опершись спиной о камень, думала о случившемся.

А случилось многое. Практически все, чего добивался Элизар, и ничего из того, что теоретически, хотела бы она.

Собиралась не спать с ним, пока не поймет, что он к ней чувствует — переспала. Собиралась не влюбляться — влюбилась. Отстаивать свое право наследницы и не становиться марионеткой в руках серого кардинала — тоже накрылось медным тазом. Все мысли теперь о том, как бы угодить ее красавцу-мужу, как снискать его одобрение и вызвать улыбку на его лице.

Даже с ребенком получилось все исключительно, как того хотел Элизар, правда в его другой ипостаси — драконьей.