Наследница поневоле (СИ) - Салтыкова Инга - Страница 36

— Лорр привел… полк демонов в столицу. Через портал. Еще столько же послал… в герцогство. Тоже порталом, — медленно повторяла Руби, не отрывая глаз от коротких тычков ворона по буквам, отчего ему приходилось крутиться по доске юлой. — Сам Верховный остался во дворце и объявил захват власти. Парламент распущен. Принцесса Лэвендель под замком, в башне, ждет коронации и последующей свадьбы с Верховным…

— Так ей и надо, дуре! — не выдержала мать.

— Лэвендель… поклялась Нерушимой Клятвой в верности Верховному и преклонила перед ним колено. Но он все равно запер ее, чтобы не убежала…

— Нерушимой клятвой? — вздернул голову Элизар, который все это время не смотрел на ворона, а слушал как «читала» его манипуляции Руби. — Кто стал жертвой?

«Эдрих», спустя пару секунд ответил ворон.

На лице советника отразилась непонятная борьба — будто он одновременно хотел ухмыльнуться и поцокать языком от жалости.

— Что ж… Нельзя сказать, что я рад его смерти. Жаль юношу. Хотя… ничего другого судьба не могла ему приготовить — с его-то характером.

Ворон нетерпеливо дернул головой — мол, давайте не отвлекаться! — и продолжил тыкать клювом в буквы.

Однако, скоро ему снова пришлось остановиться — от следующей его фразы все пришли в такое возбуждение, что стало не до дальнейших новостей.

«Шар Благословения разбит».

Все одновременно вскочили — даже Анна.

— Как разбит?

— Да она с ума сошла?!

— Сама ведь еще не коронована!

— И что же теперь делать?!

Все заговорили одновременно, заохали, запричитали… Руби в отчаянии заламывала руки, Элизар снова заходил по комнате, потом остановился, сунув руки в карманы брюк.

— Не думаю, что Лэвендель сама решилась на столь роковой шаг, — наконец выдал. — Она ведь тоже наследница, хоть и не прямая. И меньше всего она хотела бы, чтобы ее считали узурпаторшей, а не законной королевой.

— Демоны умеют уговаривать, — резонно вставила Адейла, успокаиваясь вслед за сыном.

— Но даже если и так… Зачем ему это? Грядет неразбериха, война… Демоны, конечно, питаются эмоциями, но Высшим не нужны разрушения и страдания — им достаточны любые сильные эмоции… Мы должны разобраться. Есть ли у тебя книги о значении Шаров и королевской крови? Что случится, когда погибнет последний потомок древних королей, не оставив наследника?

От этих слов у Анна побежали по коже мурашки, а в голове всколыхнулось неясное воспоминание.

Не ее — чужое.

Воспоминание из множества прожитых жизней — из далекого прошлого, когда миром справедливо правили Семеро Богов.

Перед внутренним взором предстал огромный трон с великаном, восседающим на нем — статным и длинноволосым, как Темный Эльф из сказки. Вокруг него люди в длинных одеждах — молчаливо внимают неслышным ей премудростям…

А вокруг — звезды и черное небо, будто все это происходит в открытом космосе.

— Хаоссс… — прошило вдруг пространство глухим, громким шепотом, и люди на картинке вздрогнули и подернулись зябью, пропадая, не давая ей возможности присмотреться, прислушаться… понять, что за премудрости доносились до ее предков из божественных уст.

— Хаос… — лишь еще один раз прошипел безымянный бог, глядя прямо на нее. Прямо, черт бы его побрал, ей в глаза!

Видение померкло, Анна дернулась, очнулась… и будто из огня да в полымя попала в перепалку между сыном и матерью.

— У нас нет времени изучать книги, сын мой, — упрямо поджимая губы, спорила Адейла. — Мы должны действовать. Мир на грани войны!

— Мы должны понять, что происходит, — сузив глаза, Элизар стоял на своем. — А не лезть напролом. В любом случае, что мы можем сделать против целой армии демонов? Геройски погибнуть?

— Ты знаешь, что, — спокойно ответила мать и почему-то указала головой на Анну.

— Нет! — отрезал он.

Мать сжала руки в кулаки, с досады рубанула воздух и пулей вылетела из пещеры. Следом за ней, с таким видом, будто его все достало, вылетел Свантон.

— Тысячи людей погибнут прежде, чем ты решишь сказать ей правду! — донеслось снаружи.

— Пусть! Но я сам решу, когда сказать ей правду! — прорычал Элизар, отшвырнул тетрадь, в которую пыталась записывать новости Руби, и вышел в обратную от матери сторону — во внутренние помещения. Скорее всего, искать книги по теме в библиотеке, которую собрала в своей пещере герцогиня.

Анне вдруг страшно надоело все это. Жутко достало, что все вокруг что-то знают, что-то скрывают, считая ее то ли недостойной правды, то ли слишком нежной.

Упав на стул, она подтянула к себе бутылку с коньяком, даже уже плеснула себе в рюмку Элизара. И вдруг вспомнила — она ж беременна! Беременна от человека, который лжет ей в лицо, и в чьих руках она — всего лишь пешка. Маленькая, влюбленная в него пешка.

В сердцах девушка отставила бутылку и положила руку на живот. Быть может, малыш будет честнее отца? И будет любить ее — по-настоящему, а не ради «плюшек».

Если выживет.

Она закрыла глаза.

Пожалуйста, господи… или Семеро… сколько вас там… пусть все будет хорошо, пусть малыш родится, и пусть никто никогда не навредит ему…

— Ты — беременна, — констатировала факт Руби.

Анна открыла глаза.

— Да. Но думаю, это сейчас меньшая из наших проблем.

Руби издала неопределенный звук.

— Он знает?

Девушка кивнула. И внезапно, ей пришла в голову идея — настолько дикая и шальная, что даже глупо было надеяться на ее исполнение. И все же, она решила попробовать.

— Руби… А ты… ты знаешь, что от меня скрывают? — спросила тихим голосом.

Демоница подняла на нее глаза — с мгновенно пожелтевшими и вытянувшимися вертикально зрачками.

— Знаю.

— Расскажи мне, — попросила Анна, а у самой дыхание перехватило — она была почти уверена, что сейчас и эта откажет.

И оставаться ей в неведении, пока советник не соизволит посвятить ее в тайну «Драконьего Союза». Если он когда-нибудь соизволит.

Но Руби удивила ее.

— Хорошо, — спокойно ответила она. — Я расскажу тебе. Но ты должна пообещать мне, Анна…

— Все, что угодно! — девушка сложила ладони на груди в умоляющем жесте. — Все, что угодно!

— Не позволяй никому оживить меня… когда я умру.

Глава 28

Миллион вопросов мгновенно взвихрились в голове, но Анна решила не отвлекаться.

Хоть и страшно любопытно было, почему Руби не надо оживлять и как вообще можно оживить мертвого демона! Да и, собственно, непонятно было, с какой стати Руби умирать собралась. Хотя все они под угрозой погибели, в свете насущных неприятностей. Вон сколько людей уже погибло!

— Обещаю, что сделаю все возможное и не позволю никому оживить тебя, — торжественно, хоть и быстро произнесла она, бросая косой взгляд на проход во внутренние помещения.

Эх, успеть бы все услышать — до того, как вернется из библиотеки их главный интриган. Или пока Руби не передумала.

— Не радуйся, — хмуро отреагировала демоница на ее нетерпение. — Тебе не понравится то, что я скажу.

Анна кивнула.

— Я не сомневаюсь — иначе бы от меня это не скрывали.

Она действительно была готова ко всему.

Даже не так.

Она до такой степени не представляла себе, о чем речь, что думала, что готова ко всему. Мозг интуитивно предлагал как самые ужасные, так и самые щадящие варианты. От смерти кого-нибудь из них двоих, до какого-нибудь банального договора, по которому они не имеют права официально жениться.

Реальность на первый взгляд оказалась не столько ужасной, как смерть. Но только на первый взгляд.

— Он… не может обратиться без тебя, — после нескольких мучительных минут ожидания выдала, наконец, Руби. — Без твоего желания. И присутствия.

— Что? — не поняла Анна.

— Элизар. Он не может принять драконью форму без твоего желания, присутствия или надобности. И не только он — все остальные драконы этого мира тоже. Понимаешь, Анна… Союз, заключенный между драконами и твоими предками — он не был… добровольным. Да и союзом-то не был. Драконов победили в войне, покорили и подчинили магией. Сделали их зависимыми от любого, кто носит в себе королевскую кровь — и теперь они не могут обращаться в свою истинную форму, если того не пожелает король или королева… Или если это не потребуется ради спасения жизни венценосной особы.