Наследница поневоле 2 (СИ) - Салтыкова Инга - Страница 24

Анна мотнула головой, злясь, что личное снова затмило общее. Сейчас важнее спасти Руби и Свантона, а не лелеять комплексы! В конце концов она королева — а королям всегда было плевать на слуг, которые могли подглядывать за ними…

— Что ты хочешь взамен, Идрис? — спросила она, перебивая собственные мысли. Просто заставляя себя не думать о всякой не имеющей значения чепухе.

Демоница подняла на нее глаза.

— Хочу, чтобы ты помогла мне найти сейф, в котором хранится то, что поможет найти моего ребенка. Не выдавая меня отцу, конечно.

— Мы согласны, если ты позволишь мне сопровождать Анну, — тут же вмешался Элизар — твердым голосом, не принимающим возражений. — Я больше никуда ее одну не отпущу.

Идрис пожала плечами.

— Мне совершенно все равно, кто будет сопровождать ее. Так вы согласны?

Переглянувшись, оба медленно и не очень уверенно кивнули — Анна не совсем представляла себе, что от нее требуется, но ведь условия не предполагали беспрекословного подчинения. Можно будет отказаться от чего-нибудь особенно опасного.

— Я сделаю все, что в моих силах, Идрис… Я сама хочу помочь тебе найти ребенка.

— Вот и отлично! — обрадовалась демоница — так бурно, будто они его уже нашли, этого ребенка. — Я назову моего малыша в твою честь, если это девочка, а если мальчик, то в твою… — и мотнула головой на советника.

— Эмм… Я не думаю, что это хорошая идея… — начал тот, вряд ли обрадованный этой перспективой. Но Идрис уже переключилась на другое.

— Ты сможешь поднять его на ноги хотя бы временно? — спросила, экспериментально трогая Свантона пальцем и вызывая у него болезненный стон. — Для венчания необходимо быть в здравом уме и согласии. Иначе Ритуал не примется, и он все равно умрет.

Элизар кивнул.

— Если временно, то смогу. Я сделаю для него настойку из Королевского Черноцвета — это займет около часа. Но для начала надо бы его собрать. Насколько я знаю, Шиилу выращивал Черноцвет за восточным крылом, в единственном месте, где он вообще может расти…

Он вдруг остановился и почему-то посмотрел на Анну — неуверенно, будто сомневался, стоит ли продолжать говорить.

— Что? — не поняла она.

И тут увидела, что Эдрих тоже смотрит на нее — совершенно с таким же выражением.

Оба переглянулись.

— Сказать?

— Это может все затормозить.

— Не факт. Ее Величество не станет ударяться в неуместное оплакивание…

— Возможно. Она совсем не знала его. И все же велика возможность, что эмоции взыграют и мы застрянем там надолго.

Анна начала закипать — что может быть обиднее, чем когда о тебе говорят в третьем лице? Но вслух возмутиться не успела, потому что Элизар вдруг решился.

— Я скажу ей, — твердо сказал он и посмотрел на нее пристальным, изучающим взглядом. — Дорогая, тебе, возможно, будет неприятно это слышать, но… Черноцвет имеет обыкновение приживаться только в одном месте. Определенном… очень специфическом месте… там, где течет королевская кровь. Вернее, текла.

Смутные догадки захлестнули ее, холодком пробежавшись по рукам и ногам.

— Ты хочешь сказать…

Элизар кивнул.

— Да. За восточным крылом дворца расположены склепы покинувших этот мир королей. Там же похоронили твоего отца, Анна. Только там и растет нужный нам цветок. Рядом с его могилой.

До огромного склепа в живописном уголке сада дошли быстро — даже чересчур. Элизар пытался остудить ее пыл, хоть как-то притормозить, поговорить, успокоить…

Но Анна не слушала.

Ей вдруг страшно, непреодолимо захотелось почувствовать хоть что-нибудь к этому человеку — пусть уже мертвому. Хоть как-то, близостью его могилы попытаться пронять себя дочерней любовью и прощением. Задушить обиду, с которой она так и не смогла справиться все эти годы.

Ведь должна же она простить покойника? Должна?!

Тем более сейчас нет времени лелеять старые обиды. Обязательно должна!

— Анна, стой! — не выдержав гонки, Элизар схватил ее за руку, остановил и заставил развернуться к себе.

— Что? — в нетерпении она кусала губы и притопывала, снова порываясь бежать.

— Я хочу, чтобы ты успокоилась. И попыталась… не знаю, понять, что ли.

Анна быстро закивала и безуспешно подергала рукой.

— Обязательно пойму! Вот сейчас увижу его могилу, порыдаю, как полагается дочери, и сразу же все пойму. Пусти!

— Нет, не пущу. Пока у тебя истерика, тебе нечего там делать.

— Пусти, я сказала! Духи, ко мне! Связать его и доставить обратно в Тронный зал!

Она и сама не знала, о чем думала, когда призывала каких-то там «духов» против любимого мужчины. Скорее всего ни о чем — лишь бы избавиться от надзора. От заумных рассуждений о том, что, мол, это «бывает», когда отец не хочет видеть собственное дитя и позаботиться о нем… От психологических объяснений такому поведению, способных соревноваться с фрейдистскими… от моралей и призывов «не истерить».

Понимая, что так просто ей не простят, она бросилась вперед, затыкая на ходу уши и стараясь не обращать внимания на звериный рык и ругательства советника, разнесшиеся по саду.

Она вымолит у него прощение — как угодно, на коленях, задабривая своим хорошим поведением… но вымолит. И Черноцвета сама нарвет — благо Элизар очень хорошо описал, как именно он выглядит.

А теперь… теперь ей надо побыть одной.

Тропинка плавно закончилась, переливаясь в мощеную камнем, довольно широкую дорожку, уходящую в коридор между двумя крытыми колоннадами.

Внезапно растеряв весь запал и уверенность, Анна остановилась у самого входа.

Гулял веселый ветерок, пели и скакали птицы по ветвям кустарника, оплетающего колонны, и если бы она не знала, никогда не догадалась бы, что это и есть общий склеп королей династии Хэйан.

— Что ж… — девушка глубоко вдохнула, выдохнула, потопталась немного на одном месте и медленно, с дико колотящимся сердцем пошла между высокими могилами, встроенными подле широких проемов, напоминающих окна.

Внезапно ей стало страшно, что сейчас она увидит его. Точнее ее — могилу своего блудного отца.

Увидит, и не сможет простить.

Ведь это же страшно — не простить покойного. Господи, как же страшно…

Одно за другим проплывали мимо места погребения, каждое оформлено красивой, мраморной статуей, изображающей "обитателя". Или даже целой композицией статуй.

Вот женщина, склонившаяся к толпе существ, похожих не то на гномов, не то на эльфов. Королева «Адриана Восьмая» — прочитала Анна — Повелительница Долины Моррока.

Молодой парень, стоящий на груди у поверженного чудовища — Антейро четвертый Отчаянный, спаситель Солнечного Града.

Мальчик на коленях у грустной, миловидной женщины — Его Высочество Герцог Ортанский, в юном возрасте оставивший эту Вселенную, чтобы присоединиться к Зоргам — Хранителям Светлых Миров.

И постепенно забывая свои обиды и страхи, все больше проникаясь атмосферой вечного покоя королевского кладбища, Анна принялась изучать их, эти тихие изваяния, видеть в них магию, красоту… и величие.

Ее родовое величие.

Все эти люди. Все эти ушедшие в прошлое поколения — властных, мудрых, одаренных магией, управляющих драконами и возглавляющих огромные армии… Поколения королей, принцев, градоначальников, мудрецов и дипломатов… Умеющих также, как и она, видеть то, что не видят другие, перемещаться между мирами и командовать духами… Коронованные по праву своей крови — самой драгоценной, самой древней крови на земле, нерушимой нитью тянущейся из древности и соединяющей их с богами…

— Невероятно… Просто невероятно… — чувствуя, что колени слабеют от великолепия этого места, Анна остановилась. Спиной прислонилась к одному из столбов и зажмурилась.

Дышать… медленно и вдумчиво дышать… дышать и больше ничего…

Стояла долго, выгоняя из головы туман и успокаивая взбесившийся пульс.

Наконец, справившись с головокружением, медленно открыла глаза, оглянулась, снова впитывая в себя величественную картину погребения предков.