Наследница поневоле 2 (СИ) - Салтыкова Инга - Страница 3

— Ты прав. Мне плевать на детей, Повелитель. Но я согласна попробовать, чтобы помочь тебе в твоих целях. Ты же помог мне взойти на престол, пусть и формаль…

Он был рядом быстрее, чем она успела закончить фразу. Схватил когтистой рукой за горло и прижал к кровати, нависая сверху — огромный, гораздо больше и мощнее, чем казался только что. Чудовищный, человекоподобный монстр с обозначившимися на лбу огненными рогами…

— Как ты ни старалась, Лэвэндель, — глухо рычал ей в лицо, — я еще не видел тела истинной наследницы. И поверь мне — если есть хоть один шанс, что она жива…

Он сдавил ее горло сильнее, разом перекрывая весь кислород, в пыль разметывая надежды на то, что дело закончится заточением в башню. Если наследница объявится живой — ей, Лэвэндель, крышка. Еще более крышка, чем когда был цел Шар Благословения.

О, с каким удовольствием он будет мучить ее! — прочитала она в его сплошь черных, безо всяких зрачков глазах. И прохрипела сквозь вымученную ухмылку — что угодно, только не показывать страх!

— Иномирянка не станет… помогать тебе, даже если жива, Повелитель… Ты убил ее любовника…

Верховный поднял перерезанную шрамом бровь.

— Ты говоришь об этом с такой уверенностью… Разве видела его тело?

Не успела она как-то отреагировать, демон отпустил ее и резко встал, мгновенно оказываясь на своем прежнем месте — будто и не кидался на нее, меняясь лицом и телом. Рога и когти пропали — перед ней снова стоял импозантный, хоть и суровый мужчина со шрамом через все лицо.

Принцесса с растерянностью следила за ним, вспоминая, что именно видела этим утром.

Драконы напали неожиданно, и все же у нее было ощущение, что Верховный ждал их — в отличие от нее, уверенной в том, что нет такой силы, которая бы подняла баронов с их разжиревших задниц и заставила воплотиться в свою истинную форму.

А быть может, в стане врага скрывался его шпион, который сообщил Верховному о восстании раньше, чем на горизонте показался первый дракон.

В любом случае, новый правитель не стал выставлять магическую защиту, позволяя драконам почувствовать собственную неуязвимость и, по сути, заманивая их в ловушку. Распустил даже несколько отрядов демонов перед их наступлением — так, чтобы с воздуха хорошо были видны разбегающиеся под огненными струями бойцы.

А как только драконы оказались в зоне доступности, выстрелил по ним крепчайшими сетями Руах — особенной защитной магии, которую обычно используют на границах миров и городов.

Оказалось, что демоны нашли способ сделать Руах подвижной, запаковать сети в дальнобойные орудия и стрелять ими, заставляя раскрываться только при соприкосновении с драконьей чешуей, чтобы не осели раньше времени на землю, подобно парашютам.

Скованные и не способные двигать крыльями, несчастные драконы сыпались с неба, как воробьи, побитые градом. Кроме главного — того самого, бывшего советника короля и нынешнего любовника его дочери. Элизар ден Бахор долго не попадал под сети, однако геройствуя, пытался магией сорвать путы с собратьев — рвал их зубами и когтями прямо на лету и даже освободил одного… прежде чем сам был снесен очередным залпом Руах.

Лэвэндель действительно не видела его тела, но как можно выжить, упав с такой высоты?

Если уж на то пошло, у королевской дочки куда больше шансов выжить — ее ведь до сих пор так и не нашли. Мысли о сопернице вернули Лэвэндель к собственной судьбе.

— Ты убьешь меня, если она жива? — заставляя себя не дрожать голосом, спросила она у мужчины, который теперь хозяйничал в ее королевстве и ее спальне.

— Зачем? — Верховный ласково улыбнулся, но от его улыбки встали дыбом маленькие волоски на затылке. — Я отправлю тебя прямиком в Преисподнюю, нагиня. Живьем. В качестве подарка Низшим бесам.

Лэвэндель физически почувствовала, как белеет ее и без того белая кожа. Вот тебе и «не страшный»…

— А если… наследница мертва? — пролепетала, уже видя круги перед глазами.

— Тогда я заставлю тебя зачать от меня. Даже если для этого придется разобрать тебя на части и вывернуть наизнанку, чтобы моим ученым было сподручнее исследовать твое тело.

Вот тут уже принцесса не могла с уверенностью сказать, что хуже и от какой перспективы падать в обморок. Или, наоборот, на колени. Вряд ли что-либо из этого поможет, но она решила попробовать.

Воспользовавшись тем, что Верховный отошел, наливая себе ее любимого коньяка из графина, Лэвэндель сползла с кровати и, как была, почти голая, опустилась на колени.

— Повелитель, я осознаю свою вину и готова к любому наказанию… — пролепетала, вкладывая в мольбу всю свою почти забытую девичью суть. — Гордыня одолела меня, и я не думала ни о чем, кроме престола… — она сложила руки на груди. — Но, клянусь, я была уверена, что такому великому и могучему демону не составит труда вернуть моей утробе способность зачать…

— Это если есть «утроба», — раздался в пустоте новый, насмешливый и до странности знакомый ей голос. — А у тебя ее нет, помнишь? Ты лишилась ее, когда превращалась ради шпионажа в мужчину.

Лэвэндель в ужасе подскочила, оглядываясь. Верховный тоже обернулся, болтая янтарную жидкость в стакане. Он не выглядел так, будто сильно обеспокоился или испугался — тем более, что пока беспокоиться было не о чем. В просторной спальне, кроме них двоих, явно больше никого не было.

— Голос? — спросила принцесса с подозрением. — Тебя давно не было…

— Голос твой я праааагнал. В шею! — все так же насмешливо протянул невидимка. — Образно говоря, разумеется. Потому что шеи у него нет. Как, собственно, и у меня.

Лэвэндель отступила, машинально поднимая руку к собственной шее. Она уже начала догадываться, кто это говорит.

— Э-эдрих?

— К твоим услугам, дорогая, — тут же ответил бывший любовник… и материализовался — в своем старом кресле, с ногами на маленьком столике, прозрачный и чуть светящийся, как и полагается привидению.

— Что ты… что ты здесь делаешь? — она не боялась привидений, но знала, что, если они затаили обиду… ей придется несладко. Уже крутила в голове возможности избавления от таких вот… мстителей.

Хотя, если верить Верховному, страдать ей от Эдриха придется недолго.

— Я вернулся, потому что там, куда меня отправили, было дико скучно, — с удовольствием пояснил Эдрих, устраиваясь поудобней. — Ты единственная, кто может развеять мою тоску. Помнишь?

— Его отпустили, — расшифровал Верховный, расслабляясь и отхлебывая из стакана. — Наверняка, в качестве твоего пожизненного наказания — раз клятва сопровождалась ложью.

— Я не лгала! — забыв о том, что собралась играть невинную жертву собственных заблуждений, прошипела принцесса. — Нельзя назвать ложью то, что просто не договорили!

— Кто-то рассудил иначе, — демон красноречиво показал на Эдриха.

Она еще хотела что-то сказать, возразить, поспорить… Но Верховному уже было не до нее — дверь внезапно распахнулась и в спальню без стука ворвался придворный — один из немногих людей, кто согласился остаться служить в компании демонов.

— Кто-то открыл портал прямо в замок, Повелитель… — запыхавшись, сообщил мужчина.

Верховный напрягся.

— Куда?

— В подвал, Повелитель.

Не говоря больше ни слова, Лорр сорвался с места и быстрыми шагами вышел из комнаты, оставляя Лэвэндель одну.

— Не спускать с нее глаз и не выпускать из комнаты даже в уборную! — бросил стоявшим по обе стороны двери угрюмым, человекоподобным тварям.

Твари что-то забубнили в ответ на своей абракадабре, кивая и кланяясь.

Дверь за Верховным захлопнулась.

— И тут скучноооо… — вздохнул Эдрих и вдруг завыл, взвившись над креслом — да так тоскливо и пронзительно, что у принцессы тут же заложило уши. — Скууучно, дорогая, понимаааешь? Скучноскучноскучноскучноскучно, СКУУУУУЧНООО!!!

НГлава 3

Дыра, которую пробил в стене острый, но отнюдь не магический нож, вела не в соседнее помещение и даже не в другую часть замка, прошив пространство порталом.