Жених для няни (СИ) - Сандер-Лин Галлея - Страница 22

Наверное, если бы я сейчас была с мужчиной-коллегой, он повёл бы меня в ресторанчик или кафе и угостил не растворимым, а свежесваренным кофе, мы бы расположились в удобных креслах за столиком и вели какую-нибудь интеллектуальную беседу. Но вместо этого я упираюсь пятой точкой в твёрдые перила (лавочек поблизости не видать), болтаю со старшеклассником обо всём на свете и ни о чём конкретно и чувствую себя прекрасно!

Согревшись, мы с Димой прошлись вдоль сквера, у которого припарковались, и собирались продолжить путь, но до нас донеслась музыка: скрипка выводила трепещущую трель. Мы переглянулись, не сговариваясь пошли за звук в глубь сквера и увидели уличного скрипача, который, стоя под фонарём, развлекал игрой небольшую группу прохожих.

Идёмте, — позвал Димка.

— Куда? Зачем? — я была заинтригована.

— Сделаете мне подарок ко дню рождения? Подарите танец? — он заглянул в мои глаза.

И ведь не использовал одно из оставшихся желаний, значит, даёт мне выбор, просит, а не настаивает. И я не смогла отказать имениннику.

Честно говоря, последний раз я танцевала с Егором ещё на экваторе, когда мы всем курсом отправились отметить это дело в клуб, а потом было не до развлечений. Танцевать сейчас, да ещё и со своим учеником… Можете назвать меня неправильной, но подобная перспектива была действительно заманчивой! Или я просто соскучилась по школьным дискотекам?

Дима договорился с музыкантом, бросил ему несколько купюр — и заиграла традиционная поздравительная мелодия ко дню рождения. Народ вокруг хлопал, хотя, кажется, никто так и не понял, у кого из нас праздник. А потом на присутствующих снизошла пронзительная мелодия, пробирающая до самого нутра. У меня даже мурашки по телу пошли. Медленная и тягучая, она звала за собой.

Я сняла заколку и распустила волосы, насколько возможно прикрыв лицо. И пусть со стороны мы с Димкой смотримся практически ровесниками, но рисковать не стоит. Хотя тут у нас, по идее, знакомых быть не должно. Подумаешь, парочке влюблённых захотелось романтики. Стоп, парочке кого? О чём я вообще думаю?!

Дима сомкнул руки на моей талии и стал двигаться в такт музыке, ведя меня за собой. Как ни странно, из собравшихся людей тоже отделились две парочки и с улыбками присоединились к нам, а другие просто глазели и подбадривали.

Димка тоже улыбался, донельзя довольный происходящим. Ну жучара же! Пусть только попробует опустить руку куда не следует!

Но Зарецкий не опускал, зато перебирал пальцами у меня на талии, будто играя на музыкальном инструменте и посылая толпы мурашек по телу. Дима так близко, вкусно пахнет (это я ещё сидя на скутере почувствовала), его демонические глазюки смотрят мне в душу, словно пытаются дотянуться до самой сути. Кажется, моё сердце сейчас не выдержит.

— Наконец-то мы танцуем медленный танец. вместе, — шепнул он мне на ухо, щекоча кожу тёплым дыханием.

Сердце припустило с новой силой. Да что происходит? Почему так трудно дышать?

Я ничего не ответила, просто продолжила следовать за партнёром, которого моё молчание, судя по всему, ничуть не обидело.

— Всё это намного лучше любой дискотеки, — улыбнулся он.

— А ты за прошедшие годы часто бывал на дискотеках? — спросила я, не успев себя остановить.

— Нет. — качнул головой Димка. — Потому что там не было вас, — добавил тише, почти шёпотом.

Так, кажется, кто-то решил, что уже взрослый и может подкатывать к тётенькам старше себя, хотя до совершеннолетия ему ещё целый год! Он тут городит всякий смущающий вздор, а у меня душа мечется, и поди разберись, что с ней происходит. Кому тут недавно было прохладно? Мне? Да о мои щёки сейчас, наверное, обжечься можно!

Мелодия подошла к концу, но скрипач заиграл новую. Чуткий мужчина, правильно ощущает атмосферу. Ещё три (или четыре?) композиции, плывя над сквером, наполнили собой пространство. К нам с Димкой присоединилось ещё несколько парочек из тех, что проходили мимо, совершая вечерний променад. Вот тебе и мини-дискотека! Всё-таки романтическое поведение заразно.

Когда музыка смолкла, зрители и участники танцевального литмоба поблагодарили маэстро. Молодые люди скупиться не стали и открыли кошельки, да и Зарецкий подбросил музыканту ещё несколько купюр. Урожайный сегодня для него выдался день.

Скрипач, кстати, тоже оказался Димой, и я, стоя меж двух Дим, загадала желание. Не требовала денег или новую квартиру, даже на хорошую работу после выпуска не замахнулась, нет. Попросила только, чтобы и через годы Зарецкий остался таким, как сейчас, неиспорченным и чистым сердцем, чтобы жизнь его не искорёжила и не вытравила то хорошее, что в нём есть.

Мы вновь оседлали железного друга. Теперь мне почему-то уже не было так страшно, а под конец поездки я почти расслабилась и даже стала получать удовольствие. Интересно, а ещё быстрее эта штуковина ехать может?

Было так здорово прикасаться к спине Зарецкого, тёплой и сильной. Еле сдержалась, чтобы не положить на неё голову, прижаться щекой и прикрыть глаза. Отпустить Диму, раскинуть руки по сторонам и задрать голову, глядя на звёзды я, понятное дело, не решилась, но не отказалась бы. Хочу ещё! Если Димка снова предложит покататься, соглашусь без раздумий!

Следуя моим указаниям, бывший воспитанник въехал в спальный район и вскоре подкатил к нужному подъезду. Аллилуйя, бабульки, имевшие обыкновение засиживаться на лавочке до темноты и обсуждать всех встречных-поперечных, уже отправились по домам, иначе разговоров было бы на неделю.

На этот раз я не стала дожидаться помощи и своими силами слезла со скутера. Пора проявить самостоятельность и независимость, а то что-то слишком разомлела. Ощущение

— будто балансирую на грани и могу в любой момент сорваться туда, откуда нет возврата и куда даже заглядывать опасно.

Мы сняли шлемы и некоторое время смотрели друг на друга. Никто не начинал разговор, то ли ожидая первого шага от другого, то ли просто не зная, что сказать. Однако я ясно видела, что Димка мог бы сказать многое, слишком многое, но сдерживался. Вот и правильно. Всё, надо держать дистанцию и попрощаться на дружеской ноте, но сначала…

— Дим, это тебе, — я протянула парню белый с чёрными и синими полосами платок, на котором в уголке вышила инициалы Зарецкого. — Хэнд мэйд, как говорится. Прости, не знала, что ещё можно подарить имениннику, у которого и так есть столько всего…

Мой подарок был более чем скромным, и я постеснялась дарить его при всех. Он не то что мерк по сравнению с остальными презентами, его бы вообще никто не заметил.

Дима принял платок, прошёлся пальцем по вышивке, рассматривая буковки «Д.З.» (означавшие «Дмитрий Зарецкий»), и усмехнулся:

— Дэ-зэ? Даже тут вы умудрились задать мне домашку.

А ведь и правда, я даже как-то не задумывалась.

И тут Зарецкий совершенно неожиданно поднёс платок к губам и поцеловал.

— И я выполню эту последнюю домашку, не сомневайтесь, — он спрятал платок в левый нагрудный карман рубашки, качнулся в мою сторону и открыл было рот, будто хотел что — то сказать или сделать, но потом передумал, остановился и, отступив, отвёл взгляд. — Я… домой. Доброй вам ночи, Ангелина Павловна, спасибо, что сегодня пришли, — Димка надел шлем и, бросив на меня прощальный взгляд, стартанул с места.

Я стояла и глядела ему вслед, пока красный отблеск задней фары не скрылся за поворотом, и только потом заметила, что моя рука потянулась в сторону бывшего воспитанника, будто хотела остановить. Но нет, он исчез в ночи, да и я тоже уже совсем скоро вновь исчезну из жизни Зарецких.

Глава 16

Время расставания стремительно приближалось. Май перевалил за середину, дни мчались с бешеной скоростью. Тимофей вовсю готовился к выпускному в детском саду, и мы с ним репетировали выразительное чтение стихотворения, которое ему предстояло рассказывать. Димка выиграл финальные соревнования и завершил спортивную карьеру заслуженной победой. К итоговым испытаниям он готовился самостоятельно, штудируя специальные брошюры и конспекты за последние несколько лет.