Найти единственную (СИ) - Светлая Лючия - Страница 6

На самом деле княжна Маструрен была бы идеальной партией. Знатность и древность рода делала её одной из того неполного десятка девушек, чья родовитость могла сравняться с королевской. Матушка, Дамиан точно знал это, была бы рада этому браку. Родовая магия князей Маструрен была как будто создана для усиления родовой магии правящей династии — их земли на западе страны были наиболее плодородны, и это лишь тому, что князь с женой наезжал в свои земли из столицы не реже четырех раз в год. Войди Милэда в королевскую семью, гарантированно обеспечила бы поддержку магии принца, а стране, Короне — новую эру процветания.

Однако девушка всегда мягко, но настойчиво избегала положительного ответа на подобное, пусть и шуточное предложение принца. Да он и сам понимал, что замуж она за него пойдёт только под давлением, и счастья им обоим подобный брак не принесет.

Впрочем, кроме дружеских чувств и удачного сочетания родовых магий, в ней не было ничего настолько привлекательного для принца, и то, что он увидел во сне накануне Ритуала поиска, было точно не про неё. Там было другое…

…Женское тело, мягкое, горячее, с полной грудью, с таким ароматом, который принц почувствовал тут же, только прикоснувшись воспоминаниями к этому сну.

Нет, это точно была не Милэда. Хотя её внешность считалась идеальным образцом современной моды — стройная, даже сухощавая, без пышных форм, она не носила корсет, который мог бы исправить эту оплошность, прическу носила тоже нынче модную — стрижку боб. Никто при дворе себе такого не позволял, предпочитая поддерживать старые моды, которым консервативно следовала королева, и устраивая себе из волос совершенно невероятные по сложности сооружения. Куаферы и портные были весьма востребованы при дворе и составляли особый род слуг — высокооплачиваемых, стоящих в стороне от остальных, особенных.

И весь этот модный и очень подходящий княжне Маструрен современный стиль был для принца чем-то далеким. Даже Лали, тоже стройная, невысокая, была для Дамиан больше женщиной, чем Милэда. И дело было не в более женственных формах, нет. Фаворитка не была товарищем детских игр, не лазала вместе с ним по крышам конюшни, не стреляла из самодельного лука, ей он не вынимал из окровавленной ладони заноз и не таскал тихонько сладких булочек из кухни, чтобы разделить их и съесть. Милэда была товарищем, другом, верным, надежным, немного таинственным, но не женщиной, нет. Особенно — после того сна. Не вызывала она томительного желания сжать её в объятиях, вдыхать её горячий запах и не выпускать, ни за что не выпускать из рук.

Но этот тихий маленький домик ещё в приличном районе, но уже на окраине столицы, который Маструрены позволили содержать дочери при условии — абсолютной конфиденциальности о личности женщины, проживающей здесь, — ибо это позор, когда не замужняя дочь уходит из дома родителей! — принц очень любил. Здесь было спокойно и тихо. И он, поддерживая и собственное инкогнито, приходил сюда иногда, изредка, побыть в тишине хоть полчаса, посидеть у камина и выпить чаю с ароматными горными травами, который так любила Милэда.

Под тихий треск дров в камине ароматный чай был выпит, суета и напряженность дня стали тихо растворяться, голова прояснялась и мысли снова сворачивали на дела. Дамиан встал, подойдя к креслу княжны, поцеловал её в лоб, как сестру, и с благодушной полуулыбкой произнес:

— Как же у тебя хорошо! Да будет дом твой благословлен Плодородной, княжна. Спасибо за передышку.

Она лишь слабо улыбнулась в ответ, подняв к нему грустное лицо. Всё то время, пока принц отдыхал, сидя у камина, женщина молча смотрела в огонь, думала, иногда что-то черкала грифельным карандашом в маленькой конторской книжице, больше похожей на небольшой альбом. Теперь она отложила свои записи и встала.

— Богиню в пути, мой реджи. Вас проводить?

И видя её нежелание никуда идти из этого тихого уютного места, пусть даже до прихожей, принц отрицательно качнул головой и направился к выходу сам.

В замке, почти у входных дверей, его ждал секретарь, Марк Апрель. С легким поклоном сообщил:

— Мой реджи, ваша матушка изъявил желание видеть вас тот час же, как вы появитесь.

«Ему не в секретари, ему ко мне в ведомство нужно, — меланхолично подумал принц, разворачиваясь в сторону рабочего крыла замка, где располагался кабинет матери. — Как он смог вычислить, что меня нужно ждать по возвращении именно у этого входа?»

Построением предположений на этот счет Дамиан и развлекался все время пути до кабинета матери. А то, что разговор будет именно там, он не сомневался. Слишком говорящим был взгляд королевы на ужине. И именно потому он ушел к княжне — чтобы передохнуть, расслабиться, накопить положительных эмоций перед наверняка трудным и точно неприятным разговором.

— Добрый вечер, ваше величие!

Принц сам широко распахнул обе створки двери кабинета, пройдя через секретарскую с несколькими конторками помощников. Матушка подняла глаза от бумаг, лежащих на её огромном столе.

— А вот и ты, сын мой.

Королева встала из-за стола и прошла к дивану у стены, предлагая принцу занять кресло напротив. Сервированный к чаю столик и обращение «сын мой» должны были располагать к теплой семейной беседе, но кабинет… Нет, разговор точно не будет теплым. А вот семейным… На ты, значит, все же о семье.

— Могу ли я поинтересоваться, где ты пропадал, сын мой?

— Безусловно, матушка, вы можете поинтересоваться, а я с радостью вам отвечу, — нужно было выдерживать предложенный вежливый тон. — Зашел на чашку чая к княжне Маструрен. У неё великолепный сбор горных трав.

Матушка легко улыбнулась. «Приподняла маску? Значит, все-таки семейный разговор. Но почему тогда в кабинете?»

— Стоит заказать такого же и нам?

— Не стоит. Я же тогда потеряю повод посещать княжну, — улыбнулся принц.

Матушка все также улыбалась едва заметно и смотрела в свою чашку, потом подняла глаза.

— Сын мой, это она?

— Милэда? Нет, матушка, вряд ли. Мы слишком давно знакомы, чтобы я этого не заметил. Мне просто приятно общаться с её светлостью.

Матушка пристально смотрела на сына.

— Но я была бы рада, если парой окажется она.

Принц ободряюще улыбнулся прежде, чем сказать:

— Я буду держать этот вариант в запасе.

Матушка едва заметно выдохнула и снова перевела взгляд, блуждавший по столу, на принца.

— Боюсь, это не вариант. Дамиан… Сынок, что ты знаешь о Поиске?

А вот это уже очень сильно заставило напрячься — выдох, который ещё чуть-чуть и можно было бы принять за тяжкий, обращение по имени и уж совсем все плохо — «сынок». Кажется, сегодня околичностей не будет. Сегодня все напрямую, все в лоб. Третья рука сама вырвалась из тела и судорожно потерла лоб. Маленькая пауза, чтобы справиться с эмоциями, и:

— Да, матушка, знаю немного. Это ритуал, который проводится для наследников, если к двадцати пяти годам они не находят свою пару. Парой в принципе может стать практически любая молодая женщина вне зависимости от её происхождения и рода занятий. Исключая замужних, естественно.

Матушка пила чай, глоток за глотком, не отводя взгляда от сына.

— Всё верно. А ещё что-то знаешь?

— А есть ещё что-то? Я вот, например, не понял, как определить, что уже её встретил. Наш оч’Ивар очень размыто сформулировал. Что-то вроде «не сможешь пройти мимо». Не очень-то это объясняет принцип действия ритуала.

Принц по-детски пожал плечом третьей руки. Королева слушала не перебивая, сделала ещё глоток чаю и отставила чашку, вновь уперев взгляд в столешницу. Принц тоже внимательно её оглядел. Не найдя ничего замечательного, перевел взгляд на лицо матери. Может, она пытается словить свое отражение в полированной поверхности? С чего бы? Она хороша, всё идеально. Как и всегда.

— Я расскажу тебе, сынок, — принц едва не вздрогнул от слова «сынок», — свою историю. Так, вероятно, будет понятнее.

— Но ведь вы, матушка, не проходили обряд Поиска?