Не-единственная в Академии (СИ) - Светлая Лючия - Страница 47

Она же пыталась покинуть службу при дворе олдандезийской Короны, я знаю. Но король её не отпустил. Хотя правильнее было бы сказать, не отпустила его толстая жена. Интересно, она знала, что связывало главу её личной охраны и её мужа? Если знала, то такой её поступок — ужасная низость, и она не так глупа, как кажется, а если просто каприз?.. Нет, ни желания, ни сил искать ответы ещё и на эти вопросы у меня не было.

А про мою «детскую» магию мне рассказал улыбчивый седобородый старик, дворцовый маг. Он доброжелательно и большим интересом расспросил меня о том, как я это делаю, внимательно наблюдал за несколькими моими демонстрациями, а потом всё так же по-доброму объяснил:

— Видите ли, ваше высочество, это портальная магия. В принципе, она не так уж и редка, но в вашем случае… удивительна. Обычно ею овладевают после довольно длительного обучения, и такой вид магии требует немалых сил. А у вас ваши способности долгое время были перекрыты, но эта возможность сохранилась. Это необычно! Ну и сам вид порталов… Дверца! Подумать только! — старик хмыкнул и пожал плечами. — Очень, очень необычно!

Наверное, или даже безо всяких сомнений, старый маг был прав. Потому что как я ни рассказывала, как ни учила Зиада, получалось у него, скажем честно, из рук вон плохо. Он мог открыть дверцу в пределах одной комнаты, мог с близкого расстояния, например, из начала длинного коридора общежития к себе в комнату.

Но вот из дворца в свою комнату — нет, в библиотеку Академии — нет. В замок отца даже призрачный вид дверцы не прорисовывался. Мы пробовали и так, и эдак, но результаты были очень скромные.

И самое грустное (и я бы повеселилась или даже порадовалась этому в другой ситуации), но открывал он маленькие дверцы только ко мне. То есть, если он знал, что я стою где-то за дверью, причем в месте, где он бывал, и хорошо помнил, то мог открыть эту дверцу. Но если запомнил плохо, или меня там не было, его маленькие дверцы не открывались.

— Зиад, — сказала я ему, когда в короткий перерыв он обнял меня и прижал к себе, поглаживая по спине так, словно гладил кошку. Сил уже не было ни у него, ни у меня. Хотелось упасть и, раскинув руки, лежать, не шевелиться, смотреть бездумно в потолок. Но мне не давал покоя страх. — Я очень переживаю за тебя. Мне страшно, что ты оттуда не сможешь выбраться!

Он молча гладил меня по спине, и мелено расслаблялась. И я предложила:

— Давай туда поеду я? Я там всё знаю, я смогу выбраться. Я и в самые трудные времена изворачивалась и сбегала, а сейчас у меня сила увеличилась, я тем более ускользну. А, Зиад?

Он стоял неподвижно, уткнувшись носом мне в макушку, и громко сопел. Потом пробормотал:

— Ты так пахнешь, Рада-сть моя. — А потом оторвался от обнюхивания моих волос и твёрдо сказал: — Нет, родная, туда поеду я. А ты будешь страховать меня здесь. И к тому же, я королевский посланник, со мной нельзя обращаться плохо. Ничего не бойся!

Мне было до слёз страшно думать о том, что в Оландезии с ним могут сделать, когда узнаю зачем он туда приехал. И я не могла не бояться. Я сильнее обхватила его за талию и прижалась так сильно, что почувствовала все швы на моей одежде и каждую пуговицу — на его.

— Господа, позволите?

Знакомый низкий голос. Я вздрогнула и обернулась, а Зиад выпустил меня из объятий, и как-то неожиданно, но плавно и мягко я оказалась у него за спиной.

— Да, реджи, прошу вас, — муж слегка поклонился его высочию Дамиану.

— Как успехи?

— Хорошо!

— Плохо…

Мы с Зиадом сказали это одновременно. И он примирительно сжал мой локоть.

— Мой реджи, — снова обратился он к его высочию Дамиану, — Рада права. Было бы совсем хорошо, если бы я потренироваться месяц.

— У нас нет месяца! — отрывисто бросил принц и стал вышагивать вдоль гостиной, которую нам с Зиадом выделили как тренировочный полигон.

— Друг мой, мы что-то придумаем. Обязательно, — я, оказывается, не заметил почти постоянного спутника его высочия Дамиана — советника Суземского. Он стоял у дверей и привычно улыбался. Только в улыбке этой мне почудилось сочувствие. Он сочувствовал? Его высочию Дамиану? Я перевела удивлённый взгляд на принца. Кто эта девушка, которую нужно вытащить из королевского дворца Оландезии, что его так жалеют? Его единственная?

Я попыталась вспомнить, что мне об этом говорила Ариша, но не смогла. В голове крутились какие-то обрывочные сведения, что-то про помолвку и траур, но и только.

— Ваше высочие, — осмелилась я произнести, изо всех сил стараясь, чтобы голос не дрожал от страха. — Может, вам удастся открыть дверцу к вашей… к той девушке?

Его высочие глянул на меня с горечью, потом усмехнулся, как скривился, и ответил:

— Я принц, моя магия — родовая. Своей я не имею.

Ну да, что же это я… Мы же учили это в Академии. Вот же я недотёпа! же наверное, ему не легко понимать это и видеть вокруг себя обычных магов…

— Извините, — пробормотала и опустила глаза.

— Ничего страшного, принцесса. — это было сказано задумчиво. А затем попросил: — Покажите, что у вас получается.

И мы с Зиадом продемонстрировали, всё увеличивая расстояние. У него отлично получалось, если он стоял за стеной. Просто прекрасно! Но стоило ему отойти на сотню шагов, как дверца переставала открываться, и я стояла совершенно бессмысленно в ожидании того, как кусок стены у самого пола вдруг подастся назад, открывая низенький проход.

— Принцесса Ило, а вы можете к господину Марун открыть дверцу? То есть не в какое-то определённое место, а именно к вашему мужу? — спросил Суземский, тоже видимо, утомлённый созерцанием неподвижной стены. Я слишком задумалась, чтобы соблюсти все правила вежливости и просто пожала плечом.

— Наверное, да. Я никогда не пробовала. Но идея неплохая.

Подошла к стене, присела и, крепко зажмурившись, представила себе, как Зиад напряженно пытается открыть эту проклятую маленькую дверь. Не глядя, начертила на стене пару линий, пробормотала: «Ну-ка стену отвори, и Зиада покажи!» Да, мне не до церемоний было! Но дверке, похоже, было без разницы вежливая я или не очень. Она отворилась, а за ней я увидела очень знакомые сапоги.

— Зиад, — тихо позвала. Он моментально развернулся и присел, заглянув ко мне в открывшийся проём.

— Рада-сть! — и прошмыгнул ко мне.

— Ну и что ты на это скажешь, Зорий? — голос принца, как и всегда, прозвучал неожиданно.

— Есть у меня одна идея…

Я взглянула на советника, тот, прищурившись смотрел на моего мужа.

— И если не сработают кровные связи, стоит её попробовать.

— Зорий, нам надо до вечера успеем выслать посла, — Дамиан явно волновался, настолько явственно прозвучало напряжение в его вечно холодном голосе. Никак не могла поверить, что он может испытывать столько эмоций, чтобы при посторонних так обнажать свою тревогу.

Её высочие королева и его высочие принц Дамиан отобедали с делегацией из жарких песков в узком кругу в Малой столовой. Я надеялась, я страстно мечтала не попасть на это мероприятие. Но отказать личной просьбе его высочия я не смогла. И я набралась терпения и с огромной неохотой явилась на обед.

Я старалась не отрывать взгляда от тарелки — воспоминания об утренней сцене на ступенях дворца были свежи, как подснежники в вечернем лесу. Но… я ошиблась. Князь Марун молчал почти всё время, пока жевал, и разговорился только во время десерта, и речи его, как ни странно, были хвалебными. Он восхищался могуществом Бенестарии, её быстрым развитием, интересовался железными конями и прочими новинками, в которых было больше техники и почти никакой магии. И если меня не подводил слух, а причин к этому я не видела, в голосе звучала зависть. Хоть и прикрытая, хоть и доброжелательная, но откровенная зависть. А ещё — интерес.

Королева покровительственно улыбалась, но больше молчала, передав возможность отвечать на все вопросы своему сыну. Оно и понятно, ведь именно он курировал Академию — центр развития всего королевства. Но было заметно, что Дамиан отвечает без пыла, чего можно было ожидать. Его мысли были заняты чем-то другим. И я, кажется, догадывалась чем.