Ледяное сердце короля (СИ) - Лакина Ирина - Страница 20

Она вспомнила, что сказала тетя Люба — напротив комната Кирилла. Если это он упал, то она должна ему помочь, иначе это будет не по-людски. С другой стороны, в такой час девушке уже неприлично выходить из комнаты, тем более совершенно ясно, что Кирилл изрядно набрался виски. Если это, конечно, был Кирилл.

Любопытство раздирало. Вася замерла у двери, вцепившись пальцами в ручку и закусив губу. В эту минуту ей ужасно хотелось, чтобы в двери был глазок. Ее раздирали сомнения, но в итоге человечность взяла верх и она вышла в коридор.

Под дверью напротив сидел Королев. Вокруг него образовалась лужа. Вода стекала прямо с одежды. Мокрые волосы прилипли к щекам, с длинной челки капала вода. Рубашка была расстегнута, открывая взору красивые мышцы груди. В холодном свете ночника он казался бледным, но ужасно привлекательным. Вася невольно сглотнула, почувствовав, как становятся дыбом волоски на руках.

Королев сидел, прикрыв глаза, и улыбался, напевая под нос какую-то песенку.

Первой реакцией девушки был побег обратно к себе в спальню, но на пороге что-то задержало ее. Она на мгновение остановилась и прислушалась:

— Василиса-а-а-а — краса, дли-и-и-иная коса-а-а-а, — донеслось пьяное бормотание Тимура, которое очень отдаленно напоминало пение.

Мороз пошел по коже. Вася обернулась и посмотрела на мужчину еще раз. После услышанного ей почему-то захотелось сесть с ним рядом и послушать, что он «споет» дальше. Вася тряхнула плечами, сбивая с себя налет его очарования.

— Приди в себя, глупая овечка, — прошептала она, осторожно делая шаг в сторону Королева.

Неожиданно мужчина поднял голову и открыл глаза. На губах заиграла довольная улыбка. Сердце у Васи сжалось до размеров булавки, а потом вновь раскрылось, как парашют. Кровь ударила в виски. Она невольно схватилась рукой за грудь, пытаясь успокоить сердцебиение. Сбежать теперь точно не получится.

— Василий, — сказал Тимур так, будто смаковал каждую букву, — это ты по ночам по коридору бродишь? Или мне это кажется?

Язык у него немного заплетался, но выглядел он настолько мило и комично, что девушка едва не начала улыбаться во все тридцать два зуба.

— Я не брожу, — ощетинилась она, горделиво вздернув подбородок. — Я услышала шум и подумала, что Кириллу нужна моя помощь.

— Кириллу? — Тимур с удивлением поднял бровь. — И давно вы с патроном так близки, что называете друг друга на ты и по имени?

— К чему ты клонишь? — фыркнула Вася. — Лучше вставай и иди спать. Душ, судя по всему, ты уже принял.

— О — о — о, да у нас тут капитан Врунгель собственной персоной! — Королев устало поднял руки и несколько раз похлопал в ладоши. — Какие будут еще приказы? Поднять якорь? Отдать швартовые?

— Тут еще и пьяный матрос в довесок, — съязвила Вася, — как тебя угораздило упасть в бассейн? Слишком много рома выпил? Или это ты так удачно порыбачил на озере? Не удивительно. Удивительно было бы, если бы ты на самом деле поймал рыбу.

— А-а-а, — протянул Королев, грозя ей пальцем, как ребенку, — какая ты хитрая. Откуда ты знаешь, что я поймал очень крупную рыбу? Кто тебе рассказал? Или патрон тебе все доложил? Я ему покажу! Это наш с ним секрет!

— Что ты несешь? — фыркнула Вася, подходя к нему ближе. В нос ударило винное амбре. Она поморщилась, а в носу защекотало, захотелось чихнуть.

Мысленно отругав себя за излишнее человеколюбие, она обхватила мужчину обеими руками за предплечье и потянула на себя.

— Я помогу тебе встать, но после этого ты отправишься баиньки, — пояснила она ему.

Мужчина шумно выдохнул и вцепился в ее руку, второй рукой отталкиваясь от пола. Спустя пару минут мучений ему удалось встать. Он обнял Василису, словно закадычный армейский товарищ, уложив мокрую голову на плечо. Васе с каждой минутой все труднее становилось справляться с охватившим ее волнением и противоречивыми чувствами.

Еще ни один мужчина не был к ней так близок с тех пор, как… Она вздрогнула всем телом, вспомнив студию, и едва не сбросила с себя в порыве эмоций обездвиженного Королева. Она несколько раз мысленно повторила, что в таком состоянии он вряд ли причинит ей вред, после чего смогла успокоиться.

Толкнув ногой дверь в его спальню, она помогла ему войти внутрь и довела до кровати. Королев плюхнулся на постель, словно мешок с цементом. Он раскидал в стороны руки и прикрыл глаза.

— Ты так и будешь спать? Мокрым? — спросила Василиса, не сдержав любопытства, после чего легонько стукнула себя по лбу. Опять с ее языка слетают компрометирующие вопросы. И почему только она не может держать его за зубами, когда рядом оказывается этот тип?

Королев улыбнулся, как мартовский кот, после чего приподнялся на локтях и пронзил ее таким взглядом, от которого у нее внутренности в животе завязались тугим узлом. Он бесцеремонно буравил ее глазами, скользя взглядом то вверх, то вниз. Вася благодарила бога за темное время суток и противоположную от бассейна часть дома, в которой располагалась его спальня. В его окно не проникал свет от фонарей, только луна проделала узкую дорожку по полу. Мужчина не видел, как пылает ее лицо.

— Как видишь, я немного не в состоянии раздеться. Может быть, ты поможешь?

— Ни за что на свете! — ответила девушка. — Я думала, в тебе есть немного вежливости и такта, все-таки достойная семья, достойные родители. Но нет. Только пошлость и хамство. Вот, что у тебя внутри. Спи мокрым. Мне то что?

Она повернулась и направилась к двери, но голос Тимура остановил ее:

— Тогда что ты делаешь у меня в спальне на ночь глядя, а? Если тебе все равно, что ты здесь забыла? Что заставило тебя помочь мне встать и добраться до кровати? Только не говори, что ты ошиблась, приняв меня за Кирилла. Ты прекрасно видела, что это я, и все же подошла. И не надо мне тут заливать про человечность. Оставь это бла-бла-бла для своего патрона. Он любит такое. Ты любишь меня, понятно? Любишь…. Ты без ума от меня, Василий….

Мужчина, устав от своей тирады, плюхнулся обратно на кровать и продолжил бормотать себе под нос, засыпая:

— Недотрога, видите ли.… Это я-то хам и пошляк? Мы еще посмотрим, еще увидим…, еще посмотрим….

Вася застыла в дверях, не смея сделать и шага. Ей казалось, что если она шевельнется, то у нее случится сердечный приступ. Комок стоял в горле, а за грудину будто насыпали штук двадцать булыжников. Он застал ее врасплох, вспорол ее, словно мясник, достав наружу все тайное и сокровенное, да так, что она теперь не знала, как с этим жить. Как жить с вывернутой наизнанку душой?

Она осторожно обернулась, дрожа от страха, как тростинка на ветру. Королев заснул. Он тихонько похрапывал, повернув голову на бок. От сердца немного отлегло. Раз заснул, значит, на самом деле чертовски пьян. А раз пьян, то не знает, что говорит. Логические размышления успокоили ее.

Вася нахмурилась, вспомнив, что он по-прежнему лежит в мокрой одежде. Неведомая сила вновь понесла ее к нему. Не зная, что творит, она подошла к кровати и осторожно сняла с него ботинок, после чего мужчина громко вздохнул и перевернулся на бок.

Она отпрыгнула от него, как от огня, и пулей выбежала в коридор. Нескольких секунд хватило, чтобы принять решение. Возвращаться к нему было слишком опасно, и уж тем более самой его раздевать. Пусть даже спящего. Идти к Кириллу тоже казалось плохой затеей, ведь если пьян его друг, сам он тоже вряд ли в состоянии помочь. Вася спустилась вниз и вышла во двор. Свет в домике кухарки еще горел.

«Слава богу» — подумала она.

Девушка почти бегом добралась до дома и постучала в дверь.

— Василиса, дочка, что случилось? Тебе что-то нужно? — испуганно затараторила тетя Люба, запахивая халат.

— Там…Тимур. Мокрый. Так и лег спать в хозяйской спальне. Вы бы помогли ему раздеться, а то простудится. Мне нельзя, не так поймут.

Вася выпалила это, словно отвечала параграф на экзамене, после чего, не дождавшись ответа, убежала обратно в дом.

Не помня себя, она добралась до своей комнаты, закрыла дверь на ключ и плюхнулась на кровать.