Эверест (СИ) - Свирская Дарья - Страница 51

— Что, ты, Дим, — начинает она дрожащим голосом, и на ее щеке образуется мокрая дорожка. Это что еще такое?

Стирая слезинку, обнимаю Леру, а она разуверяет меня:

— Тебе не за что извиняться. Я, наоборот, хочу поблагодарить тебя за то, что тебе не все равно и за то, что ты сегодня сделал.

Я-то думал, что она расстроилась сейчас, приняв близко к сердцу реакцию офиса, а на самом деле растрогалась тем, что прикрыл ее, хотя поступил всего лишь так, как любой нормальный мужик на моем месте.

ЛЕРА

Как он и говорил, рабочий день завершается после совещания. Дима везет меня к Мариванне и после обеда, которым та нас потчует, остается поболтать с ней на кухне, пока я собираю вещи.

И он просит ее разрешение на мой переезд!!!

Кажется, все мы понимаем, что это лишь формальность, дань уважения пожилому человеку, ставшему родным. Но то, как сияет моя хозяйка и с каким важным видом благословляет нас, надо видеть.

— Очаровываешь Марию Ивановну? — Спрашиваю его в машине.

— В бизнесе это называют союзом, Лерочка, — с улыбкой поясняет он, — конкуренты объединяются и действуют уже не поодиночке, а совместно.

— То есть, теперь она тебе не конкурент?

— Как можно? — Смеется он. — Ты меня совсем прожженным циником видишь, у которого один бизнес на уме?

— Ну почему один бизнес… — Начинаю я, но он не дает договорить:

— Правильно, он у меня не один!

Улыбка от этой пикировки становится все шире, и я подкидываю очередную «шпильку»:

— Ну надо же, какие подробности! А я и не знала!

— Вот. — Подмигивает он, повернувшись ко мне, пока мы стоим на светофоре. — А если серьезно, Мария Ивановна очень милая, и я сразу заметил, что она привязана к тебе. Так что уважить старушку мне не трудно, а она будет спокойна за тебя.

Чувствуя, что он недоговаривает, с вопросом в глазах поворачиваюсь, а он берет мою ладонь, и, поднеся к губам, начинает покрывать поцелуями:

— И что это значит? — Спрашивает он.

— Что? — Глухо повторяю я, уже не понимая, к какой части разговора относится вопрос.

— Что теперь она будет беспокоиться о тебе меньше, а значит, больше твоего внимания достанется мне. — Ааа, все еще о Мариванне.

И снова он прав: моя хозяйка очень заполошная и порой может звонить несколько раз на дню, а теперь, убедившись, что я в надежных руках, успокоится.

— Какой вы продуманный мужчина, Дмитрий Романович! — Язвлю я, проникаясь тем, как легко и непринужденно он выстраивает в уме логические цепочки и приходит к правильным решениям. Издержки профессии, не иначе!

ДМИТРИЙ

— Лера, давай сегодня махнем в ресторан! — Предлагаю ей на подъезде к дому. — У нас есть что отметить!

— Может быть в следующий раз, а то сегодня с чужим вниманием перебор… Давай лучше побудем сами, без посторонних? — Вносит она предложение, которое также мне очень нравится.

— Тогда заедем еще в одно место.

ЛЕРА

«Еще одно место» — супермаркет, где Дима предлагает брать с полки вкусняшки, чтобы дома под рукой было все, что мы любим.

Мы наполняем корзину по очереди: одно беру я, другое — он. Так я узнаю, что ему нравятся авокадо, пломбир и стейки, а он теперь в курсе моего неравнодушия к копченой колбасе.

Дима катит тележку медленно, но все время рядом, как будто между нами невидимая нить, и, отойди мы чуть дальше друг от друга, она, не выдержав натяжения, порвется.

Я касаюсь его будто невзначай, но это так важно и нужно мне, видеть не только глазами, но и кожей.

Он всегда отвечает: легким пожатием, многообещающим взглядом, а, когда мы оказываемся одни между полок с продуктами, крепко вжимает меня в свое тело и жадно целует, да так, что у меня чуть не подкашиваются колени.

ДМИТРИЙ

Открыв багажник, размышляю, как донести его содержимое за раз, не привлекая Леру. В итоге отдаю ей ключи от машины и квартиры, а сам беру по пакету из магазина и лериной сумке в каждую руку. Она не возражает и предупредительно идет впереди, открывая передо мной двери. А, когда мы равняемся с консьержем, и он сообщает о конверте, который принес на мое имя посыльный.

С облегчением сгружаю все в коридоре, и мы совместно разбираем покупки, обсуждая, что приготовим на ужин. А, когда Лера спрашивает, где можно разложить свои вещи, уверенно веду ее в спальню, открывая вторую часть шкафа, которую успел освободить.

А потом мы делаем самые простые вещи в мире, — болтаем, готовим, накрываем на стол. И Лера зачем-то отлучается.

У меня уже все готово, и ужин на столе стынет, а ее все нет. Но несколько минут ожидания стоят того: она появляется в обтягивающем коктейльном платье с распущенными волосами и туфлях на высоком каблуке. Уверенно подходит ко мне и впивается в губы поцелуем:

— Ты хотел ресторан, Дима? Можешь представить, что мы там.

ЛЕРА

Он галантно отодвигает для меня стул, и начинается ужин. Мы знакомимся друг с другом снова, рассказывая всякие мелочи, доставая из глубин памяти милые сердцу воспоминания. Я любуюсь им. А он не отводит глаз от меня.

Мы в обыкновенной квартире обыкновенно едим после обыкновенной работы. Как обычная семья. Ну, подумаешь, надела платье, чтобы, создав антураж, порадовать своего мужчину. Только для меня все это намного больше, чем просто заурядный ужин. Внутри как угорелые носятся пузырьки счастья, и вовсе не от шампанского кружится голова.

ДМИТРИЙ

Мы говорим, и ее голос обволакивает со всех сторон. Я вижу восхищенные глаза и неподдельный интерес к своей персоне.

В ответ пою соловьем, рассказывая, что мне нравится в ней, чем восхищаюсь. Говорю как на духу, как торкнула меня наша первая встреча, тот первый раз, когда я увидел ее глаза со смешными чертенятами. Не понимаю, откуда это во мне, но чувствую, что так правильно — передать, как очарован ею, как она мне нужна. Она внимает, затаив дыхание, и посылает счастливую обезоруживающую улыбку. И я напитываюсь этим счастьем, заряжаюсь, внезапно ярко осознавая, что счастлив. Благодаря ей.

ЛЕРА

Я получаю еще одно подтверждение того, что Дима романтик, когда он, включив в мобильном фортепианную мелодию, приглашает меня на танец. Разве я могу отказать?

За ужином он наговорил мне столько красивых слов. И я понимала, чувствовала, что это не пустой треп. Все идет от души, и это подкупает, записываясь в память, создает легкую эйфорию.

Он осторожно прижимает меня к себе, но держит крепко, уверенно ведя за собой.

— Где ты научился танцевать, Дима?

— В школе танцев.

Этот мужчина полон сюрпризов. Сколько я еще не знаю о нем!!!

Поднимаю голову вверх, чтобы лучше рассмотреть, а он с улыбкой интересуется:

— Удивлена?

Я улыбаюсь, но молчу, рассчитывая на продолжение, которое вскоре следует:

— Отвечаю на невысказанный вопрос: это было в далеком детстве. Но память тела, знаешь ли, даже без долгой практики может проявиться. Как, например, сейчас.

ДМИТРИЙ

Зарываюсь руками в ее волосы и медленно целую во время импровизированного танца. Мне хочется чувствовать ее еще ближе, чем это было за столом, и идея возникает совершенно спонтанно.

Отрываюсь от нее с неохотой, но нам некуда спешить, ведь впереди целая ночь.

— Не знаю, чего мне хочется больше, — делюсь с ней новыми ощущениями, — закрыть тебя под замком, чтобы никто кроме меня не видел, или, наоборот, показать всему миру, чтобы все видели, как мне повезло.

— А давай сходим в театр? — Задаю вопрос, интуитивно улавливая, как резко и бесповоротно меняется ее настроение.

— Нет!!! — Как-то слишком поспешно, громко и нервно восклицает она.

Не успеваю додумать, почему такая странная реакция, но музыка заканчивается и она, чтобы не возвращаться за стол, предлагает сварить нам кофе.

Ну, нет, так нет, может, ей театр не нравится, — думаю я, продолжая прощупывать почву:

— Тогда, может быть, разрешишь пригласить тебя в кино?

— Может быть, и разрешу, — кокетливо отвечает она, переводя разговор: