Если в сердце осколок чужой души (СИ) - Танюшина Юлия - Страница 17

Я мигом отпрянула назад, уж в реакции мне можно было позавидовать, и судорожно вдохнула воздух. За дверью молчали, но у меня было такое ощущение, что чей-то взгляд буквально прожигает дверь насквозь. Матриах, это был Дракон Бездны, брат самой богини Судьбы. Как я сразу не догадалась…

Закрыв глаза, я слушала, как колотится мое сердце и в душе выругала себя, на чем свет стоит, за развешивание ушей. Подслушивать разговор самого бога!

Домой! Домой! Лес, верни меня! Как выбраться из видения?! Голова закружилась, а сознание дернулось куда-то в сторону. Последней мыслью было сожаление, что я не рассмотрела самого Дракона.

— Ми! Ми! С тобой все в порядке? — услышала я где-то вдалеке тревожный голос Оливии.

Сознание качалось на мутных волнах усталости и никак не хотело возвращаться в состояние бодрствования.

— Ми! Великое небо, очнись же! — чуть не плача просил голос.

В ту же минуту в голове вспыхнул свет, как будто огонек от костра отражался в сотне разбитых зеркальных осколков. Сказать, что мне было больно. Нет. Легкое раздражение и только. Но я уловила резкий запах трав, а голос прозвучал над моей головой.

— Ми! Пожалуйста! — всхлипывала Оливия.

Я попробовала сказать, что все хорошо, но в горле застрял непонятный хрип.

— Оливия вы можете немного отдохнуть, — раздался рядом голос Тациратуса.

Ну, куда же без него? Я прислушалась к своим ощущениям. У меня ничего не болело, только странное чувство безразмерной слабости окутывало меня коконом, но уже не норовило утащить вновь в свои сети и лениво забыться. Я попробовала открыть глаза. Сначала с большим усилием воли приоткрыла веки и, немного проморгавшись, осмотрелась.

Возле моей кровати сидела Оливия и держала мою руку. Как странно, я не чувствую даже ее касаний. Рядом с ней стоял Тациратус с чашей, что и была источником резкого, почти противного запаха. Немного в стороне стояли отец и Сейгар.

— Милейна, — устало произнес Тациратус. — Ваши приключения очень оживили мою скучную деятельность в академии за последние несколько лет. Как вы умудряетесь так часто ходить по грани?

Я жалобно посмотрела на него.

— Ладно, сегодня отдыхайте, — кивнул он и повернулся к демонам. — Уважаемый шии Наашдар, я очень польщен, вашим визитом, который, я так понимаю, предполагался инкогнито. Вашей дочери необходим отдых, а посторонним в академии находиться без моего разрешения строго воспрещено. Об этом мы еще поговорим с господином Дорейком, — архимаг сделал небольшой акцент на окончании предложения. — Вы можете держать связь с дочерью через магипочту. А сейчас я попрошу вас удалиться.

— Да, — кивнул отец и, повернувшись ко мне, прошептал, — выздоравливай моя девочка, ты, настоящее Черное пламя, — сказал он с толикой гордости, а затем развернулся и вышел из комнаты. Сейгар отправился следом.

— Оливия, вы тоже можете уйти отдыхать, — напомнил моей сестре архимаг, но та отрицательно покачала головой и поджала губы.

— Я останусь с ней, с вашего дозволения, — жестко ответила она. — Ми беспомощна в данный момент, а в палатах целителей нет охранных чар. Мне противна мысль о том, что меня постоянно хотят лишить сестры. С этого момента ни вы, ни мой дед, никто не сможет мне указывать, где мне находиться, и можно ли быть рядом с Милейной.

Она смотрелась очень забавно. Существом она была очень мягким и добрым. Всегда напоминала теплое солнышко. Видеть ее сейчас очень сердитой, готовой в любой момент броситься меня защищать, было удивительно и ново. Я ласково посмотрела на девушку. Тациратус же только кивнул и покинул комнату.

Оливия набрала стакан воды из кувшина, что стоял рядом, и принялась поить меня. Живительная влага, казалось, впитывалась, едва попадая на язык. Неужели я потеряла так много сил? Ведь, я могла выгореть. Совсем.

— Тебе плохо? — спросила Оливия.

Я попробовала откашляться. Как ни странно это помогло.

— Нет, — тихо проговорила я, задумчиво, как будто пробуя на вкус свой голос. — Скорее я растеряна.

— Тациратус сказал, что через пару часов ты придешь в норму, а потом строго наказал тебе выспаться. Сказал, что выругает за истощение организма.

— Да никто бы и не узнал, — тихо протянула я. — Завтра я бы выспалась и восстановила силы, в почти необходимом объеме.

— Только вот на истощенный организм, благословление черным пламенем чуть не стал смертельным приговором, — поджала губы Оливия. — 0 чем ты думала?

— Я… Не знаю, — вздохнула я. — Да, и не думала я. Слишком все получилось спонтанно.

— Дариан и Кей чуть не разнесли крыло целителей, — наябедничала на моих женишков лисичка, я удивленно вскинула брови.

— А им то зачем смотреть на мое бездыханное тельце? — спросила я, с демоном все понятно, а ушастому на кой я сдалась. — Да и как они узнали, что я тут?

— Браслеты, — Оливия указала мне на мои запястья. — Они подсказывают каждому носителю о том, что со второй половиной беда. Вот они и примчались.

— Ну ладно еще Дариан, ему просто неймется попортить мне жизнь, — проговорила я. — Так что чем дольше я живу, тем дольше он будет тешить свое уязвленное самолюбие. А Кею я зачем? Он уже понял, что опростоволосился и браслет надел парню. Все равно через какое-то время браслет снимут. Не понимаю.

— Ну, тут, наверное, магия самих брачных артефактов, — пожала плечами Оливия. — Ты горела изнутри, черное пламя грозилось выжечь тебя, собственно, я тоже примчалась, как только именной камень вспыхнул черным светом. Такого раньше не было.

— Как так?! Не может такого быть, он… — выпалила я удивленно и осеклась, но под пристальным взглядом сестрички поняла — пришло время каяться. — Ли, — я виновато потупилась, — твой камень не отражает опасность для меня, так он зачарован. Только направление поиска.

— Как так?! — возмутилась она, янтарь глаз полыхнул гневом и обидой. — Значит, вот как?! Твоя идея или деда? — она прищурила глаза, и взгляд этот не обещал мне легкого исхода этого разговора.

— Оливия, ты прекрасно знаешь, как и почему я оказалась в твоем доме, — тихо сказала я, возвращаться к неприятной теме совершенно не хотелось. — Но если мы с тобой действительно подружились и с годами наша связь стала только крепче, то со старым Родношем у нас деловой договор, который был расторгнут недавно. Он нанял меня для твоей защиты, и он прекрасно видел, что ты сильно привязалась ко мне. Как любящий тебя родственник, он не хотел, чтобы ты беспокоилась. Камень был зачарован так специально.

— И он принял это решение, зная, что ты мне очень дорога?! — Оливия чуть не плакала от обиды. — Он обещал мне, что при угрозе, тебе будет оказана помощь, для этого и тебе, и мне, зачаровали камни, — сестричка возмущенно сжала кулачки.

— Как бы то ни было, — прервала я Оливию. — Договор о твоей защите за предыдущий год закончился, как только ты уехала домой на лето, а новый мы с бароном так и не заключили. Теперь я не твоя охранница, да и войти в твой дом я больше не могу. Как гостья, может, но и тогда, уверена, твой дед не будет рад. За то, что я стала имперским магом он, скорее всего, уже получил вознаграждение от императора. Так что больше я не должница ему. Только вот дядюшка мне не пишет больше. Уж и не знаю, что думать, а навестить его не могу.

— Я постараюсь узнать, — Оливия поостыла, глядя на разнесчастную меня. — И все-таки, почему в этот раз камень среагировал так бурно?

— Кто его знает, — я задумалась. — Может меня делили две магии и не могли договориться, а слабый организм не смог им сопротивляться? Вот и случился спонтанный выброс энергии по линии, что связывала наши камни, — поделилась я своими рассуждениями. — На самом деле, я просто выпала из реальности. Не очень приятное ощущение. Да, еще… Видение мне было, к слову, очень необычное.

Я решила умолчать о том, что этот промежуток времени провела в Бездне, ведь не рассказывала лисичке ни об одном из своих путешествий в междумирье. Оливия сразу любопытно глянула мне в глаза. Ох, подозреваю, чует она, что я недоговариваю.