Искушение для искусителя (СИ) - Телицына Евгения - Страница 7

Ева встала и начала ходить по кухне. Она всегда начинала мерить шагами комнату, когда нервничала.

Я перехватил ее и взял за руки.

– Успокойся. Я обещаю тебе, что с Никой все будет в порядке. Я сделаю все, чтобы…

– Что здесь происходит? – удивленный Иер замер в дверях.

– Привет, любимый, - Ева тут же бросилась к мужу.

– Привет, милая, - он обнял ее и чмокнул в макушку. – Верховный, - кивнул мне.

– Привет, Иер, - я подошел, и мы пожали предплечья. – Уверяю тебя, мы просто разговаривали о вашей дочери.

– Ева снова паникует? – он улыбнулся. И тут же скривился из-за болезненного тычка по ребрам.

– Да. Но я обещал присмотреть за Никой, - я честно пытался не засмеяться, глядя на гневно сопящую в объятьях Иера Еву.

– Я и не сомневался, - откликнулся черт. – Только не переусердствуй.

Что-то в его тоне заставило меня насторожиться. Мы встретились взглядом, и я понял, что в отличие от бывшей души, Иер о печати уже узнал.

– Постараюсь, - кивнул я в ответ на невысказанный вопрос.

– Вот и славно. Поужинаешь с нами?

– С удовольствием!..

Лекция третья: физика тела

На второй день лекции Верховных я ползла как беременная черепаха. Идти не хотелось совершенно. Но выбора у меня уже не было.

Вчера я долго рассматривала появившуюся слева чуть ниже груди печать Асмодея. Никогда раньше не видела этого символа. Между двумя кругами располагались буквы «A S M O D A Y»[1]. А внутри меньшего из них – странная искривленная стрелка, пересекающая линию с маленькими перпендикулярными зарубками. Весь рисунок был диаметром с мой мизинец.

И казался удивительно правильной частью меня…

Черная татуировка Асмодея не давала мне покоя всю ночь. Нет, она не болела и не жгла. Но она постоянно заставляла думать о том, кто ее оставил. О том, как Верховный прижимал меня к себе. Как мягко поцеловал… Рррр! Леший!

В очередной раз задумавшись о странном поведении Асмодея, я не заметила демона, стоявшего у ворот универа. И естественно врезалась в него!

Чешуйчатокожий парень недобро на меня глянул и отошел, ругаясь себе под нос.

А я, буркнув «извини», вошла на территорию «Центрального университета адских наук, пыточных дел и демонических изощрений».

Во дворе сегодня было оживленно. Судя по носящимся туда-сюда по каменным дорожкам дъяликам, у одного из их потоков сегодня какой-то внеплановый зачет. Рядовые служители Ада всегда очень нервно воспринимают сессию. Отчего страдают все вокруг. Так что не удивлюсь, если они сегодня снова разрушат статую-другую из-за своих «шалящих нервишек».

Я прошла мимо фонтана грешной любви (так почему-то его называла моя мама), представляющего собой небольшой круглый бассейн со скульптурной композицией в виде пары в центре, и свернула к учебному корпусу чертей.

Вообще студенческий городок состоял из центрального административного центра, трех учебных корпусов и библиотеки. Все здания были выдержанны в одной стилистике средневековых человеческих построек. Стены из темного камня, высокие шпили башен с узкими окнами-бойницами и все в таком духе.

Наш корпус оригинальностью не отличался. Я быстро пересекла мрачный холл и поднялась на третий этаж. До лекции Люцифера оставалось еще минут пять. Так что сегодня я не бежала сломя голову, а спокойно успела занять свое место…

Занятия у Верховных прошли на удивление спокойно и интересно. Сегодня черти давали план работы по своим спецкурсам и отбирали студентов для персональных занятий.

Люцифер, естественно, предложил мне пойти к нему. Но, судя по полному отсутствию удивления на лице, прекрасно знал, что я откажусь. И нисколько не обиделся. Только понимающе хмыкнул и пожелал удачи.

Что ж впереди ждала самая сложная на сегодня лекция…

Асмодей опаздывал. Мы честно тихо ждали… Ну минут, наверное, десять. А потом занялись своими делами.

Так что влетевший в аудиторию еще минут через пятнадцать Верховный застал нас за самыми разными действиями. Кто-то из ребят играл в карты, кто-то нагло курил в окошко, а кто-то страстно целовался на последних партах. Были и персонажи, соревнующиеся в скалолазание по шкафам. Но все замерли, когда поняли, что появился преподаватель.

Немая пауза затянулась. Глядя на ошарашенное лицо узревшего все происходящее Асмодея, я порадовалась, что в отличие от большинства тихо сидела на своем месте и в сотый раз перечитывала буддийскую легенду.

– Какого лешего? – подозрительно мягко поинтересовался наставник.

Народ начал приходить в себя. Не рискуя смотреть на Верховного, но бормоча что-то напоминающее извинения, черти быстро разбежались по своим местам.

– На будущее. Если я опаздываю, вы сидите и ждете. На своих местах. Тихо. Ясно?

Студенты почти синхронно кивнули.

– Ну что ж… Я могу рассчитывать на то, что услышу сейчас развернутые аргументированные ответы на заданный на прошлой лекции вопрос?

Народ молчал. Асмодей хмыкнул и прямо из воздуха вынул наш журнал.

Демоны, только не меня. Только не меня.

– Что ж… Посмотрим… - протянул он. – Предположим… Эрик?

Я облегченно выдохнула, наблюдая за тем, как в центре аудитории поднимается из-за стола высокий долговязый черт.

– Слушаю вас, - подбодрил его Асмодей.

– Я считаю, Верховный, что ближе к грехопадению был первый из…

Ответ Эрика получился длинным и нудным. И совершенно не устроил нашего учителя.

Асмодей мучил ребят одного за другим, заваливая кучей вопросов. А потом просто заявил:

– Курс, вы меня разочаровываете снова и снова. Я все еще жду ответ на свой вопрос. И надеюсь получить его хотя бы на зачете. Ну а теперь сегодняшняя тема.

Он спрыгнул со стола, на котором сидел во время опроса. И начал расхаживать между рядами.

– Сегодня мы будем говорить об азах. Об основах. О физике тела. О проявлении желания. Мне интересно, знаете ли вы как по внешним признакам определить, возбужден ли ваш собеседник?

Если честно, услышав тему, я немного расстроилась. Что тут может быть нового? По-моему, любой понимает, возбужден его партнер или нет.

А Асмодей, проигнорировав растерянные шепотки, продолжил:

– Господа знатоки, начнем с простого. С мужчин. Перечислите мне признаки сексуального возбуждения сильной половины?

– Стояк! – крикнул кто-то с галерки. В аудитории послышались смешки.

– Печально, молодой человек, что головы у вас способны работать только посменно! - Даже не повернувшись в сторону выкрикнувшего, сказал Асмодей. – И еще печальнее, что сейчас работает явно не та, что на плечах. Еще!

Народ давился смехом, пока пунцовый юморист с задней парты не знал, куда себя деть. А Верховный продолжал ходить между рядами и требовать ответ.

– Учащенный пульс, - сказала, наконец, чертовка, сидящая на первой парте в ряду у двери.

– Уже лучше. Еще!

Но аудитория молчала.

– Что же вы за искусители такие! Хриплый голос! Расширенные зрачки! Легкий румянец! Учащенное дыхание! Вы что, дамы, мужчинам выше пояса вообще никогда не смотрите?! А вы, черти, кровь прилила и все, остальные ощущения исчезли?!

Верховный злился. И уже почти кричал. А мы пристыжено молчали.

Не знаю, как остальные, но я себя чувствовала полной идиоткой. Мало того, что в последнее время я будто сама не своя. Мямлю, краснею, смущаюсь… Никогда раньше не вела себя так глупо! А теперь еще и понимаю, что на его занятиях я теряюсь и не могу ответить на самые элементарные вопросы. Демоны…

– Ника!

От неожиданности я подпрыгнула на месте.

– Да, Верховный.

– Прекрати витать в облаках и марш к моему столу!

– Но…

– Быстро!

Не желая злить и без того взбешенного наставника, я быстро сделала то, что он просил.

– Итак, женщина обыкновенная. На вид двадцати пяти человеческих лет. Хороша собой. Представим, что ее соблазняют. Возбуждают. Собираются затащить в постель. Как хотите называйте, только включите, наконец, мозги. Как по ее виду понять, что процесс пошел?