Цена притворства (СИ) - Черная Снежана Викторовна "Черноснежка" - Страница 23

- Егор, - окликнул водителя взбешённый до крайности жених, - помоги мне с этой ненормальной!

Егор послушно вышел из машины и, обогнув капот, застыл в растерянности. Наверное, прикидывал, с какой стороны ко мне лучше всего подступиться. Я же вертелась ужом в попытках освободиться от ручищ Бестужева, но в то же время крепко, до хруста в костяшках пальцев, держала его за грудки. Егор неуверенно перехватил меня за пояс и потянул на себя. Со стороны это, должно быть, выглядело нелепо. Жених мой заметно нервничал, то и дело оглядываясь на случайных зрителей нашей… хм, ролевой игры.

Дура! Что же я молчу-то?

- Помогите-е-е! – закричала как можно громче.

И тут же получила от Бестужева подлый тычок под дых. Согнувшись пополам, я повисла в руках Егора. Тот подтащил меня к машине и предпринял новую попытку протолкнуть внутрь. А мне ничего не оставалось, как вскинуть ноги и упереться босыми ступнями по обе стороны дверного проёма. Не сдамся! Буду бороться до последнего! Ну, не могу, не хочу я с ним. Воротит меня от Бестужева так, что просто край! Дура безмозглая! Думала, перетерплю, пересилю себя, но нет. Нет и ещё раз нет! Да лучше под поезд, чем под него!

Пока Аскольд маячил где-то сзади, прикрывая собой выставленную на всеобщее обозрение сцену, Егор снова попытался впихнуть меня внутрь, на этот раз полубоком. И, в конечном счёте, ему это удалось. Краем зрения отметила про себя двух знакомых охранников, выбежавших из здания. Всё. Хана.

Ободрав коленки и с задранной на голову юбкой, я развалилась на заднем сидении в позе звезды с подвывертом. Тут же услышала характерный хлопок закрывшейся двери, а в следующий момент «Ауди» с визгом сорвалась с места. Только вот ни Аскольд, ни его водитель, ни двое из ларца не успели даже обойти машину, не говоря уже о том, что бы сесть в неё. Так кто же, чёрт возьми, за рулём?

В попытке приподняться, я отчаянно барахталась сзади, ещё больше запутываясь  в подъюбниках бального платья, пока и вовсе не свалилась на пол между сиденьями. Оттуда я наконец рассмотрела того, кто сидел на месте водителя.

- Тоха, миленький! Ты что здесь делаешь? – зашептала я со слезами на глазах.

Я же о нём совершенно забыла!

- Этот недоумок оставил чип-ключ в замке зажигания. Даже движок не заглушил, - ответил мой верный друг.

- Да как же ты тут оказался-то? – выкрикнула я и заплакала навзрыд. То ли от счастья, то ли от всего пережитого.

На что Тоха поднял вверх руку с зажатым в ней письмом. Моим письмом.

Я же сама просила его держать такси неподалёку от входа!

- Решил перестраховаться. Когда увидел, как он тебя силком в машину тащит, пришлось импровизировать. Сумка с вещами, правда, в такси осталась, - сокрушенно произнёс Тоха.

Подхватив юбки, я перелезла вперёд.

- Тоха, я никуда не лечу, - обречённо произнесла я.

Даже если бы хотела, то не могу. Полушубок с паспортом остался в раздевалке Дома Союзов, а Алискины деньги я и вовсе с собой не брала. Одежды нормальной и то нет. В бальном платье, обвешанная жемчугом как новогодняя ёлка, я далеко не уйду.

- А я бы тебя никуда и не отпустил, - ответил мой друг на полном серьёзе.

Тоха повернул голову, на считанные секунды встретившись со мной взглядом. Жёсткость, уверенность и даже агрессивность сквозили в его глазах. Таким я его ещё никогда не видела.

Тоха гнал по Хабаровской. А ведь я даже не знала, что у него есть права, хотя была абсолютно уверена, что знаю о нём всё. Вообще, он очень толковый. В то время, как некоторые всё силы пустили на наращивание мышц, Тоху Бог одарил усидчивостью и тягой к знаниям.

     - Тоха, мне домой нужно. Отвези меня на Рублёвку!

- Тебе нельзя домой.

- К тебе домой мне тоже нельзя. Он тебя видел!

- Он не знает, кто я.

- Догадаться нетрудно!

Похоже, Тохины умственные способности я всё же переоценила.

 -Ася, выходи за меня! – выдал он после паузы.

     - Тоха, ты чего? – я недоуменно уставилась на друга.

     - Я знаю, сейчас не то время и место, но сама подумай – это ведь выход!

     - Да никакой это не выход! Я и так втянула тебя в неприятности, не хватало ещё, чтобы ты из-за меня пострадал.

Тоха ударил рукой по панели управления, а я отпрянула, уставившись на него во все глаза.

     - Ты никогда меня не любила, ведь так? Ты вспоминала обо мне, только когда тебе было что-то нужно. Ну скажи, скажи, что это неправда!

- Тоха, - взмолилась я, - прошу тебя, перестань. Ты единственный, кому я не безразлична. Я не хочу потерять ещё и тебя!

 Антон еле заметно кивнул, но до самого дома со мной больше не разговаривал. Я же предпочла тоже помалкивать, мне больше нечего было ему сказать. Извиняться глупо, да и не за что. А давать ложную надежду было бы с моей стороны кощунственно. Он и так из-за меня здорово рисковал. Как это не печально, но для него же лучше забыть обо мне.

- Приехали, - в мои мысли бесцеремонно ворвался Тохин голос.

Ворота перед автомобилем Аскольда открылись, и Тоха въехал на охраняемую территорию.

- Послушай меня, Антон, - развернулась я к нему всем корпусом, - я тебе очень благодарна, поверь. Но больше так из-за меня не рискуй. Это опасно, понимаешь?

Тоха отвернулся, всем своим видом давая понять, что разговаривать со мной не имеет желания.

- Я распоряжусь, чтобы тебя отвезли домой.

Бросив на него прощальный взгляд, я открыла дверцу и вышла из машины.

На вахте стоял Андрей, один из ребят моего отца.

- Мой отец или мать уже вернулись?

- Ещё нет, - ответил Андрей, - А где Аскольд Эдуардович?

Тоха как раз выбрался из «Ауди» Бестужева и предстал перед нами во всей красе: щупленький очкарик в потёртых джинсах и мешковатом свитере.

- А Аскольда Эдуардовича нет, - ответила я. - Где остальная охрана?

- Двое обходят территорию, остальные в пристройке.

- Отлично, распорядитесь, чтобы до прибытия моего отца на территорию никого не впускали. Особенно Аскольда Эдуардовича, - сделала я ударение на последней фразе.

- Но ваш отец…

- Андрей, позвольте вам напомнить, что в отсутствие моих родителей, я уполномочена сама решать, кого впускать к себе домой, - перебила я его.

Охранник лишь коротко кивнул.

- Кто из водителей сейчас здесь? – спросила я более миролюбиво.

- Никого. Ваш отец всех отпустил. С собой взял одного Данилу.

- Ладно. Андрей, мне нужно, чтобы вы отвезли моего друга домой. Возьмите служебную машину.

- Не положено, Анастасия Викторовна. Без распоряжения Виктора Александровича или Данилы я не могу оставить пост, - возразил охранник.

- Вы же сами сказали, что ни моего отца, ни Данилы здесь нет. Чьи распоряжения вступают в силу в этом случае?

- Ваши, - нехотя ответил Андрей.

- Что и требовалось доказать. Оставьте кого-нибудь вместо себя и поезжайте.

Развернувшись, я направилась к ступеням дома. А ведь я, возможно, спасла этому парню жизнь, хоть в тот момент я об этом даже не догадывалась.

Дом встретил меня тишиной. Тая уже, наверное, спала, а никого другого из прислуги в доме не осталось, потому как завтра с утра должны прибыть специально нанятые для свадебного банкета люди.

Протопав босыми ногами в кухню, я открыла холодильник и осмотрелась. Есть хотелось неимоверно. Пребывая целый день на нервах, кроме скудного завтрака, я так ничего и не смогла перехватить.

Вынув из ящика с приборами ложку, я зачерпнула ею ароматный жюльен прямо из сотейника. Видела бы меня сейчас мама! Ну, значит хорошо, что её сейчас здесь нет, вынесла я вердикт и отправила в рот следующую порцию грибов и курицы под сырным соусом. Интересно, куда они с Алексом пропали? Могли бы и меня подождать, а не оставлять наедине с Бестужевым. Да и отца что-то долго нет.

Расправившись с доброй третью керамического сотейника, я, сыто пожмуриваясь, поднялась по лестнице к себе. Сейчас в душ и спать. А завтра… а завтра будем решать проблемы по мере их поступления. Прежде всего, нужно будет ещё раз поговорить с отцом, без ссор и криков, как взрослые люди. Если не прислушается, то после позора, на который я завтра обреку свою семью, фамилию Пылёвых ещё долго будет мусолить жёлтая пресса. Но это завтра, всё завтра. Глаза слипаются, а ещё нужно как-то распустить волосы.