Одержимая страстью (СИ) - Блэк Элли - Страница 11

— Заткись, Малика, — шипит на нее соседка.

Я перевожу взгляд, различить их можно только по пухлости губ.

— Меня одолела уже эта старая стерва, — она зло щурит глаза.

— Замолчи, а не то тебя услышат, и нам всем придется худо.

Мои глаза не успевают отсканировать эмоции этих девушек, они настолько быстро их скрывают, что и понять невозможно, насколько эта неприязнь к мэрое у них высока.

— Я скоро уйду отсюда, — продолжает та, которую обозвали Маликой. Надо запомнить и девушку, и ее имя. — Леон обещал пойти к Императору и попросить у него жениться на мне.

«О-о-о, так значит, отсюда есть выход», — проносится в голове, и я мотаю эту информацию себе на ус.

— Эти никчемные представления для публики мне уже поперек горла, — не унимается она, хотя с ней уже никто не разговаривает, — все для этой чокнутой Императрицы делается, только не пойму, чего она боится?

Девушка наконец-то замолкает, не видя никакой отдачи со стороны остальных Ид, и, как мне показалось, все вздохнули с облегчением, кроме меня, конечно.

Для меня эти крупинки информации были как глоток воды в жаркую погоду. И я про себя молилась, чтобы она не затыкалась и говорила еще, но моим просьбам никто не внял, так как снова голос мэрои сообщил, что наши тела вновь наполнились силой, и теперь мы может отдавать Императору ее столько, сколько понадобится. Вот на этом предложении я заострила особое внимание. Кто я? Это будет первый вопрос, который задам Амину.

Празднования длились бесконечную вечность. Мне кажется, что я даже в процессе два раза впадала в беспамятство. Непрекращающаяся ни на минуту музыка гудела в зале, заполняя все пространство не только внутри помещения, но и внутри меня. Мне даже сперва почудилось, что вот если я сейчас упаду в обморок, то очнусь у себя дома, ну, на худой конец, на корпоративе, и все это мне покажется страшным сном.

Но я так и продолжала кружить вместе с девушками по комнате, не останавливаясь, и ноги уже отнимались, и тело ничего не чувствовало, оно будто парило в воздухе. Толпа, состоящая, в основном, из женщин улюлюкала и пела странные песни, но они действовали странным образом на мозг. Он будто отключался, высвобождая все сокрытые мысли наружу, преобразовывая это все в странные движения танца. В голове мелькали мысли о том, что не столько Священные воды Алфея очищают, но больше вот этот бит, который долбит неустанно толпа. Тело, как сумасшедшее, извивалось и крутилось по кругу, и что самое странное, я ни разу не задела Ид, которые так же кружились в такт. Мы будто марионетки, которыми управляет опытный кукловод, не допуская того, чтобы его красивые игрушки поранились.

Эта какофония продолжалась и продолжалась, заставляя сознание забиться на задворки черепной коробки и не высовываться оттуда.

Очнулась я от того, что смертельно хотелось пить. Язык, казалось, прирос к небу, а во рту не то что пустыня Сахара образовалась, там было ощущение просто выжатого до последней капельки лимона с ребристой морщинистой кожурой.

— Боже ж мой, — поднимаюсь на локтях и вглядываюсь в темноту, — это как же меня так угораздило напиться, что не помню, как попала домой?

Переваливаюсь набок и просто скатываюсь на пол, благо невысокая кушетка, и мне хватило длины рук и ног, чтобы облокотиться о твердую поверхность пола.

— Где же воды-то взять? — прищуриваю глаза в попытках привыкнуть к темноте. И, как ни странно, у меня это выходит.

Вижу впереди цель. Стол. Ползу к нему на коленях, потому как не уверена, что способна сейчас идти на своих двоих. Ну, а что? Ничего страшного в этом нет, как мне кажется, я же у себя в комнате, что хочу, то и делаю, уже взрослая девочка. Хмыкнула невесело, вспоминая встречу с Принцем. Чертов извращенец, не мог нормально трахнуть. Встаю на колени, оглядываю столешницу в надежде найти на ней тару с водой. Хвала небесам. Небольшой кувшин все-таки стоит там, и я, обрадованная столь драгоценной находке, хлопаю в ладоши. Даже решила приподняться на стул, но тут же передумала, когда комната перед глазами неожиданно поплыла, и темнота смешалась с предметами мебели. Я снова села обратно на колени и, немного подышав, взяла кувшин, сделала оттуда глоток. Прохладная жидкость оросила полость рта, и язык, как по мановению волшебной палочки, набравшись влаги, перестал царапать небо.

— Все-таки есть и здесь понимающие люди, — благодарю мысленно того человека, который позаботился обо мне, и делаю еще глоток живительной влаги.

Через десяток мелких глотков наконец-то чувствую вкус напитка. Огурец с имбирем? В замешательстве выпиваю еще немного, наслаждаясь прохладой в желудке, и ползу обратно в постель. Представляю, как выгляжу со стороны. Голая, на коленях, да еще и пьяная в драбадан. Веселая картинка.

— Амин, — просто так он от меня не отделается, — подойди ближе.

Паренек замирает возле столика, на котором расставляет завтрак.

— Да, госпожа, — он бросает свое занятие и подходит ко мне почти вплотную.

Смотрю на него сверху вниз.

— А куда задевалась кэро? — все же не решаюсь задать ему вопрос, который меня на самом деле интересует.

— Она приболела, Ида, поэтому я пока за двоих, — чуть растягивает он губы в улыбке, но веселья в ней нет ни грамма.

— А где же тот мальчишка, которого ты приводил? — надо просто разговорить его, да и самой тоже не молчать. Большого опыта в обращении с детьми у меня нет, вот придется импровизировать и практиковаться в онлайн-режиме, как говорится.

— Он сегодня матери помогает к празднику готовиться, — слуга замолчал, видимо, раздумывая, говорить ли мне подробности. — Его отец собирается участвовать в игрищах, которые будут проводиться на гладиаторской арене.

Я затаила дыхание, а перед глазами тут же всплыли кадры из одноименного фильма. Господи Боже, неужели это на самом деле происходит со мной?

— Ам-ин, — чуть заикаясь, отступаю от мальчишки на шаг и ищу местечко, куда бы присесть, потому что ноги стали ватными, и мне показалось, что я могу просто-напросто упасть, — у меня к тебе есть очень серьезный разговор.

Парнишка кидает на меня косой взгляд, но при этом молчит.

— Я могу тебе доверять?

И взгляд проникновенный на него бросаю, чтобы понял, как мне нужно его согласие. Надеюсь, он ничего не поймет и не почувствует фальшь.

— Да, госпожа, — он склоняет голову и прячет от меня глаза, чертов засранец, но у меня попросту нет выбора.

— Это хорошо, Амин, — протягиваю я, закидываю ногу на ногу. — Знаешь, тут со мной небольшой казус произошел…

Начинаю издалека, даю ему свыкнуться с мыслью, что он посвящается в мою сокровенную тайну, только мне это время и самой понадобилось, чтобы осознать, что за словечки из моего рта вырываются. Какой, нахрен, казус? Он ребенок и, тем более, из какого века! Вот дурочка… Провожу ладонью по лицу.

— …происшествие, — поправляю себя. — Я ударилась головой и ничего не помню, — на одном дыхание выдаю ему полуправду.

Полнейшая тишина затягивается, я уже сама себе места не нахожу. Вот как ситуация влияет на человека, вроде взрослая баба, а веду себя как ребенок нашкодивший.

— И мне нужна твоя помощь, — предпринимаю я попытку повернуть мысли парнишки в своем направлении, потому что его молчание начинает меня напрягать, и я от волнения уже губу закусываю и сжимаю до боли.

— Госпожа Лейалана, — наконец, выдает он, а у меня сердце в груди быстрее забилось, — а чем я могу вам помочь? Возможно, вам нужно обраться к мэрои Лисан, и она направит вас к лекарю…

Тут же вскакиваю с кровати и хватаю его за руку.

— Нет, нет, об этом никто не должен знать. Помнишь, это наша тайна, секрет, — нервно сжимаю его ладонь.

— Но, госпожа, я вам немногим смогу помочь, — переходит он на шепот, — я ничего не знаю о вас.

Вот так. Удивленно вскидываю брови. Скорее всего, обманывает, ведь всем известно, что прислуга во дворцах знает все сплетни и все новости, что происходят у господ, а этот ничего не знает? Подозрительно смотрю на него. Мышцы на щеке подрагивают, нервничает, значит, врет, паршивец.