Ученица дракона (СИ) - Халкиди Марина Григорьевна - Страница 68

— Давай же, живи.

Ласар ступал по земле, чувствуя запах трав и зов предков. И когда прошлое растворилось в темноте за спиной, орк увидел свет, огненный вихрь, который в этот раз не жалил кожу, а принес тепло и покой. Орк вспомнил, кто звал его и открыл глаза. И хотя лицо дракона расплывалось перед глазами, Ласар попытался улыбнуться, но его губы едва дрогнули. Он ощутил и боль, ведь его тело оставалось изломанным.

— Вот так, хорошо, — прошептал Берт. — Ты вернулся.

Ласар все же улыбнулся, пытаясь не показать насколько ему было больно и желая запомнить и эту последнюю встречу. Орк пытался не закрыть глаза, хотя он продолжал слышать барабаны, которыми его приветствовали предки. Берт еще не осознал, но он дал орку всего лишь несколько минут, чтобы проститься. И за это Ласар был благодарен, ведь он так и не сказал дракону главных слов. Орк протянул руку и сжал пальцы одалима.

— Я был рад быть твоим другом.

Слово было резануло по ушам дракона, и он покачал головой.

— Нет, — возразил он. — Ты не умрешь. Я найду целителя, мы…

— Слишком поздно, — прошептал Ласар. — Только не перебивай, боюсь, что не успею всего сказать.

Дракон и впрямь хотел прервать друга, но сдержался.

— Я никогда не сомневался в твоей чести… И я ненавидел себя за то, что причиняю тебе боль… только поэтому я и просил тебя уйти. А теперь наоборот прошу останься, позаботься о Ларде.

— Ты вернешься к ней и сам позаботишься о ней.

— И поклянись, поклянись, что ты не будешь искать того, кто убил меня, — добавил орк, не обращая внимание на слова друга.

— Нет, — замотал головой Берт.

— Если ты… желаешь мира и покоя моему духу — поклянись!

— Я не могу.

Берт сжал кулаки, вспомнив встречу с темным драконом. Он собирался преследовать его, чтобы бросить вызов.

— Это моя последняя просьба.

— Я…

— Прошу, Берт.

— Я… клянусь.

— Хорошо…

Ласар улыбнулся, ведь боль наконец-то отступила. И в этот раз, закрыв глаза, он очнулся уже в великой степи, куда уходили все орки. И барабаны приветствовали его…

Берт все еще держал руку Ласара, не имея сил ее отпустить. Он почувствовал ту долю секунды, когда сердце орка остановилось, и он перестал дышать. Первой мыслью было обратиться в дракона и последовать за противником, чтобы найти себе цель, вместо того чтобы оплакивать смерть друга. Но клятва держала его на берегу: ни один светлый дракон не мог нарушить свое слово. Тем более нарушить клятву, данную брату. И только в эту секунду Берт осознал смерть друга. И тогда ночную мглу нарушил крик дракона…

От быстроходного корабля Ласара ничего не осталось. Охваченный пламенем, он пошел ко дну. Команда наблюдала за пожаром с берега. Они прощались с кораблем и своим капитаном, который не пережил гибели «Ларделли».

Берт на несколько минут оставил тело Ласара на берегу, чтобы с помощью драконьей магии затушить пожар в порту. После чего он вернулся за другом.

Первой мыслью было возвести погребальный костер и отдать орка пламени, согласно традициям своего народа, но только Ларделль имела право решить, какой обычай прощания выбрать.

Берт помнил клятву, данную другу, и оказалось она держала его сильнее любых границ, стен и пут. Хотя взгляд то и дело он обращал на запад, туда, где скрылся темный дракон. Да и второе обещание — позаботиться о Ларде — жгло сердце Берта.

Одалим использовал морок, чтобы укрыться от чужого внимания. Он боялся лететь в синий квартал и сообщить каладе о смерти орка. Хотя, она скорее всего видела пожар в порту. К синему порталу дракон подлетел, когда первые лучи солнца коснулись крыш домов. Берт посмотрел на сад, еще недавно он цвел и зеленел, а сейчас листья пожелтели и опали.

Дракон не стал стучать, для него двери этого дома всегда были открыты. Оставлять Ласара на улице одалим больше не хотел, поэтому он занес тело орка в гостиную и, осмотревшись, выбрал диван с мифологическим орнаментом.

— Ларделль.

Дракон почувствовал, что дом пуст, каладе в нем не было.

Берт присел на ступени лестницы, не зная — идти ли на поиски каладе или же дождаться ее в доме. Несколько раз Берт порывался подойти к Ласару и убедиться, что тот мертв. И каждый раз одалим присаживался обратно на ступени. Смерть нельзя было спутать ни с чем другим.

Прошел час, а Ларде так и не появилась. И когда дракон решил все-таки отправиться на ее поиски, наконец-то до него долетел шум легких шагов. Он весь собрался и сделал несколько шагов вперед, чтобы каладе сразу не увидела тело орка. Берт даже не стал сканировать пространство, опасаясь, что с его уст не сорвется ни одного слова. И Ларде догадается о случившемся по его лицу.

Берт выдохнул, увидев Неру. Он получил отсрочку. Но тут он разглядел лицо женщины. Ее левую щеку уродовал свежий шрам. Дракон побледнел, подумав, что дрейфус обманул его и, сделав круг, вернулся в Осад за каладе. Он подумал, что опять опоздал, а также не сдержал обещание, данное брату.

— Где Ларделль?

Нера печально улыбнулась.

— Это все что тебя интересует? — с горечью в голосе спросила она.

— Где она? — повторил дракон.

Нера пожала плечами и рассмеялась.

— Ушла, — зло бросила она. — Ушла, навсегда!

— Нера, не говори загадками. Ларде никогда не бросила бы Ласара.

— Рада, что ты это понимаешь. Она выбрала его с первой встречи. Она всегда выбирала его, а не тебя… Вижу, ты удивлен. Думал, что мы втроем не видим, что ты пылаешь от страсти к женщине своего друга? Но мы знали. Ласар, Ларделль и я. Только один ты в своей слепоте не желал замечать, что вел себя как глупец.

Дракон молчал, разглядывая Неру, которую не узнавал. Она всегда оставалась спокойной и уравновешенной, в любой ситуации. Но сейчас она выглядела немного безумной.

— Где она? — тихо спросил Берт, ощущая тревогу.

— Ларде — провидица. Одна из лучших провидиц, что я встречала в своей жизни. Хоть она и редко обращается к своему дару. Впрочем, ей и не надо его призывать, видения сами приходят к ней. С той самой первой встречи она знала, что Ласар умрет, если свяжет свою судьбу с ней. Она сказала, что пыталась исправить видения. Но каждый раз все возвращалось на круги своя… Она ощутила этой ночью его смерть, поэтому и ушла.

Берт подумал о своем видении. Он слишком поздно его увидел. Но если ларде видела смерть Ласара, почему она никому ничего не рассказала? Почему? Но каладе не было рядом, чтобы задать ей этот вопрос.

— Что с твоим лицом?

— О, наконец-то ты заметил, — Нера рассмеялась и резко продолжила. — Я видела дрейфуса, говорила с ним. Я рассказала ему о Ласаре, о тебе… Вот Ларде и оставила мне на память этот шрам. Она заговорила его, чтобы я не смогла от него избавиться. Вечное напоминание о моем предательстве, так она сказала. Но это не моя вина. Я всего лишь хотела, чтобы ты был моим. Но ты продолжал любить ее, а не меня… Это твоя вина, ты убил своего друга!

— Замолчи!

— Не нравится правда?

Берт сделал шаг к женщине, хотя и сам не знал, что собирается сделать. Оставить второй шрам на ее щеке?

— Уходи, — прошептал он. — Просто уходи!

Нера несколько секунд смотрела на дракона. А затем молча, не говоря ни слова, она отвернулась и ушла. Но ее слова жгли дракона изнутри. «Это твоя вина, ты убил друга».

— Это не так. Я отдал бы жизнь, чтобы ты жил.

Правда, Ласару не суждено было услышать этих слов. Огонь дракона как кокон охватил тело орка, секунды, и оно превратилось в пепел. Горсть праха Берт собрал до последней крупицы, заимствовав одну из закрытых чаш каладе. Дракон и сам не знал, что ему сделать с прахом — сохранить на память, оставить в степи орков или же развеять над океаном. И пока он не принял решение, то спрятал чашу в пространственный карман.

Берту некому было сказать прощай. Ларделль исчезла, и оно было к лучшему. Одалим был уверен, что каладе сможет о себе позаботиться. А Берт не хотел податься искушению. Ларде никогда не будет его. Он смирился с этим много лет назад. И не собирался предать память друга.