Ректор поневоле (СИ) - Никитина Анастасия - Страница 25

— Кто вас послал? — рыкнула я, раздумывая, чем бы таким их приложить побольнее.

И тут меня настигла очередная неожиданность.

Вместо того, чтобы ответить на мой вопрос или, хотя бы, просто выругаться, оба бандита вдруг синхронно захрипели.

— Это ещё что?! Ну-ка, прекратили спектакль! — забеспокоилась я, видя, как быстро синеют немытые рожи и глаза выкатываются из орбит.

Минуту спустя в замёрзшей луже лежали два трупа. Уже послужившей мне сегодня штакетиной я потыкала сначала одного, потом другого. Грязные душонки действительно отлетели в Бездну. Я призадумалась. Кто бы ни нанял этих мерзавцев, он хорошо подстраховался. Обычная фраза активировала или артефакт, или отложенное плетение, и навсегда избавила громил от необходимости отвечать на неудобные вопросы.

— Смотри! — воскликнул чернак, показывая куда-то вперед.

Я подняла голову и поняла, что только что упустила последний шанс узнать, кто стоит за этим наглым покушением. Очнувшийся горбун воспользовался тем, что и я, и чернак глазели на мертвецов, и уже на большой скорости поворачивал за угол, а на плече у него болтались обе антимагические сетки.

Я глухо выругалась.

— Что им было надо?

— Ифит их знает, — я разочарованно пожала плечами и, погасив уже ненужное в рассветной серости осветительное плетение, протянула чернаку руку. — Рагетта.

— Никс.

— Чудные у вас имена.

— Нам ваши тоже чудными кажутся, — ухмыльнулся он.

— Тоже верно.

— Ладно, Рагетта, пора мне.

— Что, даже вина не выпьешь? — удивилась я, но, взглянув на розовеющий край неба, кивнула. — Да, ты прав. Поздно уже.

— Скорее, рано, — снова хмыкнул он.

— Тогда в другой раз.

— Всегда рад.

— И когда будем пить за спасение невинной девы?

Похоже, меня нагнал отходняк после схватки — расставаться с весёлым чернаком совершенно не хотелось.

— А как встретимся, так и будем. Я у Адама не в первый раз был, и, думаю, не в последний. Это дебет с кредитом не сходятся, а человек с человеком всегда сойдётся.

Я расхохоталась, а он, взмахнув рукой в знак прощанья, развернулся и быстро зашагал к центру. Отсмеявшись, моё повеселевшее высочество снова взглянуло на занимающийся рассвет и почти бегом понеслось на портальную площадь. Если я хотела поспать хоть пару часов, прежде, чем снова воевать с неугомонными студиозами, мне стоило поторопиться. А кто такой таинственный чернак, я всё равно узнаю. И не важно, что лица его я практически не видела. Случайных людей в трактире «У наёмника» не бывает. Кто-нибудь, да сможет рассказать Рагетте, что за ловкий переселенец вдруг пристрастился к кислому вину Адама.

Глава 9. Сюрприз в трубе

Утро началось с безумного грохота. Я подскочила с постели и, путаясь в подоле ночной сорочки, вылетела в кабинет. В камине сидело нечто, перемазанное сажей, и издавало хрюкающие звуки.

— Ты кто такой и зачем сюда влез?! — рявкнула я, на всякий случай активировав ещё и щит.

— Это не я. Оно само! — тут же заявила неведомая зверушка, продолжая при этом хрюкать.

Я замотала чумной со сна головой. Что-то знакомое почудилось мне в этих словах, но что именно, я никак не могла сообразить.

— Там что-то шкрябалось. Я подумала, что птица в трубу упала. У нас в селении такое бывало. Ну, и полезла посмотреть. А оно как бухнет, да как посыплется… Я честно ничего не трогала! Оно само, Аленна!

— Оли! — наконец дошло до моего одуревшего высочества.

— А я чего? Говорю же, оно само! — тут же набычилась девчонка, и я даже удивилась, что не узнала её сразу. Наверное, свою роль сыграло то, что с постели-то я соскочила, а вот проснулась несколько позже.

Она снова хрюкнула, а потом рассмеялась в голос.

— Ну, и что такого смешного в том, что ты сидишь в камине, грязная, как варан в пору брачных танцев?

— Это… — приблуда попыталась состроить серьёзную мину, но ей не удалось, и она снова прыснула, — Вы токмо на себя посмотрите…

Я скосила глаза на свое отражение в оконном стекле и едва не расхохоталась сама. Да, уж… Найдёныша можно понять. Не каждый день видишь всклокоченную принцессу в ночнушке и неведомо как оказавшемся на левой ноге тапке, зато с огненными шарами размером с арбуз в каждой руке. Глухо выругавшись, моё сконфуженное и даже слегка покрасневшее высочество погасило боевые плетения.

— Вот что, развесёлая ты моя, — сказала я, смерив горе-ученицу тяжелым взглядом. — Судя по всему, кроме сажи, ты ничего в каминной трубе не нашла. Да и не могла найти: заслонка по случаю теплой погоды закрыта наглухо…

— Вьюшка, что ль? — перебила мелкая.

Мысленно отметив, что воспитанием приблуды придётся заняться в первую очередь, я со вздохом кивнула:

— Она самая.

— Ничего она не закрыта. Я по трубе высоко поднялась. Там ступеньки есть, потому и выпачкалась так…

— Стоп. Какие ещё ступеньки?! — опешила я и, коротко взглянув на каминную цепь, поднимавшую заслонку, ещё более недоуменно добавила: — И вьюшка, то есть, заслонка, закрыта должна быть!

— Открыта! — упрямо фыркнула Оли. — Да Вы сами посмотрите!

— Вылезай оттуда! — решительно мотнула подбородком я и, как только девчонка, оставляя на дорогом ковре чёрные следы, отошла в сторону, влезла в широкий зев камина.

Конечно, так привольно, как худосочная приблуда, я себя не чувствовала. Но места всё равно хватало, чтобы развернуться. Треснувшись макушкой о железную скобу, так вот какую «лесенку» имела ввиду мелкая, я задрала голову и полюбовалась квадратом голубого неба далеко вверху. Заслонка — поднята. А ведь цепь оставалась в положении «закрыто». Я присмотрелась. Загадка разрешалась просто — излишек цепи был аккуратно намотан на одну из скоб-степенек. И что бы это значило?

Отвязав цепь и получив по многострадальной голове захлопнувшейся заслонкой, я запечатала её запирающим плетением и, отплевавшись от сажи, выбралась в кабинет.

— О, Вы похожи на очень чёрного чернака! — воскликнула приблуда, едва увидев моё перемазанное высочество.

— Чернаки — не чёрные, — машинально поправила я, продолжая гадать, кому понадобилось открывать ифитову заслонку. — Они только чуть смуглее нас.

— Да? — искренне удивилась Оли. — А учитель Ронд говорил, что чернаки чёрные как уголь, на голове у них рога, а сзади длинный хвост, как у крысолаков.

— Что за глупость?!

— А ещё они пьют кровь невинных младенцев, чтобы стать магиками, — продолжала мелочь, явно повторяя чьи-то слова.

— Ещё одна глупость! — фыркнула я.

— Какие они тогда?

От ответа меня спас дух-хранитель, возникший посреди кабинета так внезапно, что я с разгону прошла сквозь него.

— Лерра ректор, — заявил он скрипучим голосом профессора Карны, — Ваше присутствие необходимо в третьем корпусе общежития немедленно…

— Вот сейчас всё брошу! — возмутилась я, представив, какой фурор произвела бы, действительно, «немедленно» явившись на зов.

— … ночная выходка студиозов с боевого…

Моё перемазанное сажей высочество почесало ушибленную заслонкой голову, спохватившись, что разговаривает не с вредной профессоршей, а всего лишь с посланным ею духом.

С очередным тяжёлым вздохом я стряхнула с ногтя искорку плетения, позволяющего духу запомнить мои слова:

— Профессору Карне. Буду через полчаса.

— А что там случилось? — тут же спросила Оли, едва посланник исчез.

— Ифит его знает, — пожала плечами я. — Но ничего серьёзного. В ином случае, Карна уже ломилась бы в дверь моего кабинета лично.

— А что это за Карна?

— Да так. Одна старая, пришибленная… — тут я, наконец, посмотрела на приблуду и прикусила язык, сообразив, что ей вряд ли стоит знать моё истинное мнение о некоторых профессорах академии.

— Старая пришибленная ведьма? — закончила Оли, не дождавшись продолжения от меня.

— Нет. Я оговорилась. Старая приятная преподавательница. Всё, мелочь, не морочь мне голову, она и так болит. Я в душ, и пойду разбираться, что там стряслось в этом общежитии. А ты, когда я уйду, тоже вымойся.