Ректор поневоле (СИ) - Никитина Анастасия - Страница 41

«Нет, — усмехнувшись, подумала я, — кусты как раз очень даже хорошие. Где ещё лерра ректор сможет узнать столько интересного? Тот же Кор при встрече произвёл на меня самое благоприятное впечатление. Я даже не собиралась соваться на его лекции. А он, оказывается, иногда студиозов пересчитать не способен!»

— Тут нас не подслушают, — продолжал Рус.

— Какие тайны…

— Сердечные. Ноксан, ты мне друг, или как?

— Ну, друг, — с едва заметной опаской отозвался тот. — Но если опять надо признаваться в каком-нибудь скандале, то мимо. На мне ещё за прошлый раз предупреждение висит. Отец меня убьёт, если я вылечу из Академии.

— Не вылетишь. Потому что о тебе никто и не узнает. А я в долгу не останусь.

— Посмотрим.

— Всё очень просто. Я решил жениться, — с пафосом возвестил Рус.

Я прямо таки воочию увидела, как он приосанился при этих словах, выпятив грудь, и сразу практически потеряла интерес к разговору. Юношеские влюблённости моё толстокожее высочество никогда не воспринимало всерьёз. Надо признать, они вообще прошли мимо меня. За тем, как мои сокурсники влюблялись, расставались и страдали напоказ, я с недоумением наблюдала со стороны. Разве что, однажды отправила в целительский корпус очень уж наглого серцееда с факультета бытовиков. Он, бедолага, не знал, что очередная брошенная и активно обсуждаемая пассия дружила со мной. Впрочем, и впоследствии меня миновала горькая участь влюблённой дуры, о чём я ничуть не жалела.

В этот момент распахнулась дверь сторожки, и на пороге показался ожидаемый прогульщик. Да не один, а в сопровождении Никса. Я пригнула голову: не дай Создатели, заметят. Но чернаки не смотрели в мою сторону, зато моё глазастое высочество с удивлением узнало в собеседнике привратника любителя каминных труб Юрася.

Они спокойно беседовали, а моё нетерпеливое высочество старательно напрягало слух, пытаясь расслышать разговор. Но вместо этого до меня долетело собственное имя, и совсем не с той стороны, откуда ожидалось.

— Да. Аленна. А что? Она — дочь Правителя. Представляешь, какую я сделаю карьеру? Кроме того, внешне вполне ничего. По крайней мере, мне не придётся создавать иллюзии, исполняя супружеский долг, — вещал Рус, о котором моё склерозное высочество уже благополучно успело забыть.

Сообразив, на ком он собрался жениться, я едва не расхохоталась. Хохот выдал бы моё присутствие. Пытаясь подавить его, моё невыдержанное высочество, мало того, что прохлопало продолжение монолога нахального студиоза, так ещё и Никс с Юрасем прогулочным шагом двинулись по аллее.

Беззвучно ругаясь последними словами, я сидела на земле, пытаясь слиться с кустами и не упустить из виду ифитову парочку. А за спиной продолжали переговариваться боевики, и их разговор становился всё более интересным.

— Ну, может быть, — с сомнением отозвался на какую-то, опять прослушанную мной фразу Руса Ноксан. — А ты проверку на совместимость прошёл?

— Да это ерунда. Просто традиционная формальность, чтоб вежливо отсеивать неподходящих. По происхождению там, или с паршивой репутацией. Мне отец сказал.

«Много твой отец знает! — невольно подумала я. — Если бы всё было так просто…»

В действительности, чисто теоретически, войти в семью Правителя мог любой. Достаточно пройти Контроль совместимости у древнейшего артефакта Белого континента и добиться взаимности избранника. Говорят, что артефакт оставили Правителям сами Создатели, когда уходили в Горний мир. Однако одно маленькое «но» не оставляло камня на камне от подобной вседозволенности. Королевский дар. Он передавался из поколенья в поколенье только с подходящим супругом. Случится ли такое с претендентом, и определял Контроль на совместимость. Когда Па открыл мне эту тайну в день пятидесятилетия, то сказал, что артефакт одобряет примерно одного из десяти тысяч приходящих к нему людей. Учитывая, что каких-нибудь чернаков или безграмотных крестьян к нему не приводят, выбор остаётся довольно узким: о любви мечтать не приходится…

Увлёкшись грустными воспоминаниями, я опять чуть не пропустила все события вокруг. Во-первых, парочка боевиков всё-таки договорилась, хотя моё рассеянное высочество и прослушало, до чего, но финал разговора уловило. И сказать, что я обалдела, значит сильно приуменьшить.

— Хорошо. Договорились, — решительно припечатал Ноксан. — Но что, если она сама не захочет? Тогда все твои планы — болтовня. Всё-таки Аленна старше тебя лет на тридцать, если не больше.

— Плевать! — Рус просто дышал самоуверенностью. — Возраст — ерунда. Я потерплю. Моя матушка отца на пятьдесят шесть лет старше, и ничего, живут. Так даже лучше. Больше меня ценить будет, молодого и красивого.

— А может, ты ей не понравишься, — ехидно приспустил приятеля собеседник. — Такой молодой и красивый.

— Глупости! Понравиться любой проще простого. Женщины любят сексуальных и властных самцов, которые их самих ни в грош не ставят. Раз Аленна до сих пор не замужем, значит, пока никто не посмел вести себя с ней именно так, как девицам нравится. А я не побоюсь, и она стечёт в мои руки, как масло с ножа. Говорят, прежний ректор на черначке женится, и ничего. Чем я хуже? Хоть крестьянка, хоть принцесса — всё равно баба останется бабой.

— Ладно. Но твой план опасен. Я слышал, что ректор Аленна боевик, наш факультет заканчивала. А ну, как наваляет этим…

— Ага. Боевик, как же, — насмешливо перебил Рус. — То-то она у нас зельеваренье читает. Враньё!

Только смутное осознание, что высунуться значит познакомить Никса с моей второй ипостасью, заставило моё взбешённое высочество усидеть на месте. С Русом и его идиотскими планами я могу разобраться и позже. А вот чем занимаются чернаки, надо выяснять здесь и сейчас. Другого шанса может и не представиться. Кстати, где они? Аллея была пуста, а Никс как раз входил в привратницкую.

За спиной зашелестели кусты: боевики убрались на параллельную аллею. Разрываясь между желанием немедленно надавать по наглой физиономии Русу, из-за которого упустила Юрася, и попыткой догнать чернака, я вскочила и завертела головой. Никого. Плюнув на исчезнувшего чернака, я ломанулась сквозь кусты на другую сторону.

Когда моё сквернословящее высочество выбралось на дорожку, боевики как раз скрывались за поворотом. С трудом заставив себя соблюдать хоть какие-то приличия, я быстрым шагом, сильно смахивающим на бег, отправилась следом. Возле учебного корпуса я почти нагнала парочку, но, случайно взглянув в сторону, заметила Юрася, открывающего дверь в соседнем здании. Резко развернувшись на девяносто градусов, я бросилась туда, уже не заботясь о приличествующей званию ректора степенности.

В холле шустрого чернака не оказалось, и я, сверившись с расписанием на первом этаже, побежала в кабинет, где проходили занятия у его курса. Вела эту лекцию, что меня совершенно не удивило, профессор Карна. Вот пусть она и объяснит мне, где бродят её студиозы!

Не объяснила. Первым, кого я увидела, войдя, и оказался Юрась. Потный и запыхавшийся, он сидел в первом ряду и старательно делал вид, что не замечает, кто пришёл. Он даже голову не повернул, так старался. А решительное выражение на лице Карны подсказало моему взбешённому высочеству, что объяснений мне не дождаться.

Я так же молча вышла вон, проклиная свою щепетильность. Ну, вот что мне мешало убавить ифитову переселенцу прыткости каким-нибудь парализующим плетением, коих я знала с полсотни?!

В соседний корпус выяснять, почему по аллеям в учебное время болтаются боевики, я, поразмыслив вообще не пошла. Не надо быть провидцем, чтобы догадаться, что там моё в очередной раз севшее в канаву высочество ждет аналогичная ситуация, плюс двусмысленные взгляды Руса.

Ругаясь сквозь зубы и распугивая злобным бормотанием случайных духов-охранителей, я отправилась к себе. Как же теперь узнать, зачем Юрась бегал к Никсу, и что за пакость опять задумал Рус?!

Глава 15. Если всё идет по плану, значит, что-то осталось незамеченным