Ректор поневоле (СИ) - Никитина Анастасия - Страница 63

— Прекратили базар! — рявкнуло мое обозленное высочество. — Буи. Объяснитесь.

— Там было гораздо проще, профессор Аленна, — отозвался тот. — Учебником можно было пользоваться при подготовке к ответу. А зелье мы перед испытаниями варили и приносили уже готовое, кому какое выпало.

— У вас, что, на всех испытаниях так? — оторопела я.

— Нет, конечно, — покачал головой Буи. — Но профессор Симеон говорил, что зельеваренье боевикам ни к чему, и поэтому он нас сильно не нагружает.

Мы с ассистентом обменялись одинаково ошалелыми взглядами.

— Но позвольте… А другие профессора разве не видели, что у вас отсутствует даже тот минимум знаний, который требует нынешняя укороченная программа?

— А мы и не сдавали никогда при других, — как ни в чем ни бывало, выдал студиоз. — Профессор Симеон очень много работал и испытания назначал тогда, когда у него время было. Сам принимал…

— А… Ммм… — на какое-то мгновенье я разучилась говорить.

Зато моему ассистенту речь не изменила. Взглядом спросив моего разрешения и дождавшись кивка, он поднялся на кафедру.

— Леры студиозы. Думаю, все читали вывешенное в Главном зале расписание Контролей этого года…

Ну, студиозы, может, и читали, а мое загнанное высочество так даже и не видело это расписание, как, в общем-то, и сам упомянутый зал. Впрочем, судя по лицам некоторых студиозов, не я одна.

— Но мне кажется, не все из вас обратили внимание на две строчки мелким шрифтом в самом низу, — продолжал между тем ассистент.

«Очень интересно, что там такое мелким шрифтом, о чем даже ректор не знает. А парень становится все более полезным, кстати. Надо будет все-таки выяснить, как его зовут, — подумала я, навострив уши.

— Для тех, кто не заметил, уточню. В этом году на выпускном Контроле будет присутствовать представитель Совета…

Дальнейшие его слова заглушил целый шквал выкриков. Похоже, на приписку внимание не обратил никто. Хотя и времени на пристальное изучение у студиозов пока не было. Как оказалось, объявление появилось только сегодня утром, и пробегающий мимо народ интересовался в основном датами собственных испытаний, а не читал здоровенный пергамент сверху донизу.

Боевики злились, что-то обсуждали между собой, но я их не останавливала. Все мои силы уходили на то, чтобы «удержать лицо» и не показать меру собственного ужаса. Это будет грандиозное фиаско. Мое личное фиаско. Потому что именно я преподаю этим мордоворотам то самое зельеваренье, благодаря которому в этом году в Академии Стихий не будет выпуска боевиков. Мой первый выпуск в полном составе провалит выпускной Контроль на моем предмете. Потому что невозможно научить за полгода тому, на что отводилось пять лет.

И плевать, что потом дядюшка огребет от царственного брата за свою «занятость» и нововведения. Об этом узнают всего несколько магиков из ближайшего окружения правителя. А вот о моем громком провале будут знать все! Я невольно поежилась и поманила ассистента.

— Вы сами видели, на что они способны.

— Ни на что, — кивнул чернак.

— Программа, конечно, сейчас куцая, но и там хватит с головой. Составьте план занятий с учетом того, что они не знают ничего. Минус теория, больше практики. Пусть варят, варят и еще раз варят. Попробуем научить их хоть чему-нибудь. Я добавлю в расписание дополнительные часы. Рассчитывайте на три… Нет, четыре практических занятия в неделю.

— Пустые головы приходится заполнять хоть чем-то, — философски заметил ассистент.

— «Хоть чем-то» меня не устраивает, — фыркнула я.

— А это уже как получится, — едва заметно улыбнулся он, и я невольно ответила на улыбку.

По крайней мере, он не лебезит передо мной, как его предшественник, и разбирается в том, чему учит студиозов. Что ж, хоть с ассистентом мне наконец-то повезло.

Ударил гонг, и мое слегка пришибленное новостями высочество вымелось в коридор.

Остаток дня пришлось угробить на разбор корреспонденции и прочие бумажки, собравшиеся за последние дни и жаждавшие ректорского внимания. Кое-как разобрав гору свитков только к вечеру, я взглянула на часы и активировала портал. Чернак с моими варанами должен был уже ждать на площади. Да и желудок поскуливал, напоминая, что я в очередной раз пропустила и обед, и ужин.

Площадь встретила мое изголодавшееся высочество запахом сдобы и жареных на углях ребрышек. Живот громко заурчал. Выругавшись и пообещав оторвать лже-Максе голову, если тот опоздает хоть на минуту, я пошла к условленному месту. Но репрессии не понадобились. Чернак уже ждал меня с двумя варанами на поводу. Не здороваясь, он сунул кожаные ремни мне в руки и мгновенно исчез в толпе. Что ж, будем надеяться, что у него хватит ума больше не впутаться в такую авантюру, как заговор.

Быстро доставив варанов в загон своего питругского особняка под опеку духов-охранителей, я снова вернулась на площадь. Но ужинать здесь же в одном из пафосных и дорогих ресторанов не захотелось. Слишком велик был риск нарваться на какого-нибудь знакомого аристократа и волей-неволей изображать культурную принцессу, микроскопическими кусочками поедая безумно отвратное, зато очень дорогое и модное блюдо. Но и тащиться на окраину в таверну «У наемника» тоже не хотелось. Что-то мне подсказывало, что Никс так просто не отступится, а очередная разборка с ним вряд ли полезна для пищеварения. Да и наедине с собой я всегда предпочитала оставаться честной: сумел зацепить меня лживый чернак, крепко зацепить, и даже просто вспоминать о нем было больно.

Кое-как отогнав мысли о Никсе, я развернулась и быстрым шагом направилась к выходу с площади. Там, на параллельной улице, недалеко от академии была небольшая, но вполне приличная таверна, где мне уж точно не грозили нежелательные встречи.

По мере приближения к вожделенному ужину настроение улучшалось прямо на глазах. Свернув в узкий переулок, последнее, что отделяло меня от таверны, я начала насвистывать что-то веселое: «Окорок, Рагетта идет к тебе!»

Даже высокий, закутанный в плащ по самые брови незнакомец, внезапно выскочивший на дорогу, не сбил радостный настрой. Продолжая насвистывать, я шагнула в сторону, намереваясь его обойти.

— А ну, стой! — рявкнул он и попытался меня схватить.

Я увернулась и отступила к стене, краем глаза отмечая, как из ближайшей подворотни вынырнули еще трое.

«Ну, вот что им стоило дать мне спокойно поужинать?!» — мелькнула в голове бредовая мысль. Выругавшись, мое обозленное высочество выхватило из-за спины парные мечи.

Ржавое подобие сабли в руках первого нападавшего переломилось от первого же удара, и он с руганью отскочил, доставая длинный кинжал. Остальные участники праздника подходили не спеша, уверенно беря меня в клещи. Но, как ни странно, сети из белого железа не появлялись. С возрастающим удивлением я наблюдала, как заговорщики, выставив перед собой металлолом, который они ошибочно считали оружием, подпихивают друг друга локтями. «Это что еще за танцы? — лихорадочно соображало мое воспользовавшееся короткой передышкой высочество. — Кого-то ждут?»

Применять магию, кроме щитовой, я и не пыталась, прекрасно помнила, как мои попытки насмешили бандитов в прошлый раз, и полагалась исключительно на парные мечи. С ними я управлялась недурно, в отличие от этих гопников. «Эх, жаль, так и не узнала, что за плетение применил тогда Никс, — царапнуло запоздалое сожаление. — Впрочем, попробуем сымпровизировать».

Пользуясь тем, что бандиты все еще стояли на расстоянии, я подкинула верх один из мечей и сбросила с ногтя ярко-голубую искру замораживающего плетения. Мгновение, и оружие снова у меня в руках, а в радиусе десяти метров, кроме маленького пятачка, занятого моей царственной тушкой, мостовая покрылась тонким слоем льда. Разбойники как раз закончили совещаться, а точнее, глухо переругиваться, и двинулись вперед. Ехидно ухмыляясь, я ждала. Шаг, другой, и вот уже самый смелый и шустрый, или правильнее будет сказать, самый тупой, поскользнулся и начал заваливаться на соседа.